Чтение онлайн

– Ты прав, этот Террагорн и вправду бесподобен, но больше всего мне понравился королевский замок. Мне бы очень хотелось, чтобы воссоздавший его архитектор, приложил свои усилия и к моему дому.

– Уверен ваш замок также красив, но по-своему.

– Мама говорит, что он в несколько раз меньше королевского, но отцу он все равно нравится. Скажи Орион, – дочь графа Нарди отвела глаза вверх, а потом снова продолжила, – а ты что-нибудь слышал о магии?

Если сказать, что последний вопрос ошарашил Ориона, то это значит не сказать ничего. Вероятность того, что он его услышит была не больше той, чем то что к нему кто-то подсядет и заговорит. Но стоило ли отвечать на него? Орион не знал.

– Совсем немногое. Только то, что она существует и здесь даже есть школы, где разрешают ее практиковать.

– Так странно. Почему на нее должно быть разрешение? Хотя может в этом и есть доля здравого смысла, – Майя на секунду задумалась, но вскоре встала. – Я скоро вернусь Орион, как только познакомлюсь со всеми остальными.

Проводив ее взглядом, он облокотился на спинку и задумчиво прижал руки к груди, где под жилетом с рубашкой лежал амулет Иверия. Значит тут все-таки не все такие занудные и малоинтересные, как ему казалось раньше. Оказывается, среди детей герцогов и графов, есть еще те которые интересуются не только богатством и статусом своих родителей, но ещё и магией. А что, если она тоже умеет управлять звездной силой или читать пиктограммы? Его интерес к ней рос с каждой минутой. Он решил понаблюдать за дочерью графа Нарди.

Она подходила, здоровалась, немного беседовала с другими детьми и тут же покидала их, чтобы подойти к новым. Все как и советовал ей ее отец.

Майя сменила уже пять групп, и Орион хотел умерить свое любопытство. В конце концов она могла бы увидеть, что он за ней наблюдает и тогда он выглядел при этом совсем не в лучшем свете. Но вдруг для дочери графа Нарди все пошло совсем не так, как ей этого хотелось. Подойдя к группе из трёх мальчишек, разговор, по какой-то неизвестной причине с ними не заладился. Над ней начали насмехаться и оскорблять, а потом и вовсе толкать в разные стороны, не давая при этом вырваться из их окружения. Один из них, имеющий противные светло – рыжие распущенные волосы, практически издевался над ней, как над непослушной собакой, всячески предлагая все новые идеи, как ещё ее унизить и высмеять. Два его друга при каждом его слове заливались безумным гоготом, добавляя к его фразам такие же не менее противные словечки.

Орион посмотрел на придворного, в обязанности которого входил порядок и безопасность детей. Он все видел, но категорически отказывался что-либо предпринять. Отец просил его вести себя здесь как можно сдержаннее, но он бы и сам не остался стоять в стороне, увидев такое. Орион спрыгнул со стула и разбежавшись врезался в массивную спину одного из них. Но не рассчитав своих сил и массы сам отскочил и оказался на полу.

– А это еще что за немощный защитник оказался? – рассмеялся самый крупный.

– Это, кажется, сын Сиагрия из Роклорской марки, – светловолосый встал прямо над ним и смотрел на него сверху вниз. – Мой отец говорит, что они такие нищие, что едят сено вместе со своими лошадями.

– Майя уходи. В этих разборках тебе не место, – Орион попытался встать, чтобы противостоять нависшему на него недоброжелателю, но тут же получил удар по ребрам и снова распластался на полу.

– Она никуда не уйдет, – светловолосый схватил ее за волосы и кинул рядом с ним.

– Грейнс они такие грязные, что наши свиньи кажутся намного чище!

– И все же одно из этих животных пыталось напасть на нас. А знаете, что делает мой отец, когда его не слушаются?

– Он бросает их к голодным собакам, Грейнс?

– Да! Но и не только, – светловолосый поставил на грудь Ориона ногу и сдавил его легкие. – Ты даже не представляешь, что делают Дорские с теми кто осмеливается переступить им дорогу. Парни, эта свинья заслужила хорошей порки. Кто готов ее проучить?

Первым ударил Грейнс. Острие его ботинка оказалось чуть ли не в самом животе Ориона. Потом полетели не только ноги, но и кулаки. Орион прикрывался как мог и чем мог, но это практически не помогало. Сначала он думал, что слуга все-таки опомнится и увидит, что это уже не детские шалости, а драка, принимающая дурной поворот, но когда краем глаза он заметил, что тот специально отвернулся, все надежды покинули его. Один из ударов попал ему прямо в лицо и в его глазах потемнело. Его избивали действительно как провинившееся животное. Это продолжалось так долго, что казалось еще чуть-чуть и все вокруг расплывется. Если он хотел остаться не покалеченным, необходимо было срочно что-то предпринять. И он это сделал. В озверевшем от боли подсознании стали всплывать пиктограммы из книги «Инквизиторов Света». В этот момент Орион и сам не понял, как у него это получилось, то что раньше казалось неимоверно сложным. Но именно сейчас, он смог преодолеть ранее неподвластную ему грань своих способностей и, к сожалению, только потом осознать всю глубину своего поступка.

Его голова поднялась и невидимый барьер оттолкнул трех избивавших его мальчиков. Глаза Ориона вспыхнули, а вместе с ними и одежда Грейнса. Тот завизжал словно свинья, побежав прочь.

Теперь слуга уже не сидел, как зритель театра, а бежал за светловолосым мальчиком с покрывалом и небывалой для его лет скоростью. Одежду удалось потушить не сразу и Грейнсу, как бы ему не хотелось, не удалось избежать тяжёлых ожогов. Его крик несомненно слышали все в замке и наверняка даже на балу, сквозь пение менестрелей.

– Что ты наделал Орион! – с испуганными глазами на него посмотрела Майя, и тут же побежала на помощь к Грейнсу. Когда ее руки дотронулись до него, рядом возникло тусклое алое свечение.

Дверь открылась и в зал забежали испуганные родители. Софья подхватила Ориона и тут же начала вытирать его лицо от крови. Отец смотрел на все, что случилось ошарашенными глазами.

Сын маркиза до сих пор не мог поверить, как ему удалось применить пиктограмму и с таким сумасшедшим невезением угодить во все эти неприятности.

Всю ночь Арн бежал не знаю куда, не зная зачем и не понимая почему это все случилось именно с ним. Он не понимал, как в один миг можно лишиться всего, что имеешь. Слезы текли градом, а сердце разрывалось от безысходности. Живя в ужасной нищете, постигая все прелести портового района и вдыхая каждый день приевшийся запах тухлой рыбы и помоев, он не думал, что его существование может стать ещё намного хуже. Имея дом, еду и крышу над головой, предыдущая жизнь теперь казалась вовсе не такой уж и безрадостной. Ветер качнул старую деревянную вывеску на одном из промелькнувших домов и Арн обернулся. Пахло едким запахом костра. Издали все еще можно было разглядеть, как в портовом районе вдалеке клубился поднимающийся дым, томными черными кудрями уходящий куда-то на восток.

Зацепившись рукой за широкую ветку, стоящего неподалеку ясеня, Арн подтянулся и уселся на суку. Ему не хотелось, но он не переставал смотреть, как разросшиеся языки пламени пожирали остатки его дома. Они убили ее! Его мать была ни в чем не виновата и никому не сделала плохого. Она умерла только из-за того, что не смогла предать. Его отец теперь в тюрьме и скорей всего его ждет суд и виселица. Что теперь делать ему, когда никого нет? Как выжить совсем одному, без дома и родителей. Все это случилось, просто потому что его отец оказался ни тем за кого себя выдавал. По крайне мере перед ним. Как он мог так поступить с ними? Он погубил их всех…

– Зачем ты вообще был у меня? – Арн, крикнул в темноту и спрыгнув с дерева, чтобы снова скрыться в темноте.

Ноги несли его в неизвестность, он останавливался, орал в пустоту, плакал, смеялся, заходился слезами, колотил скамейку и катался по сырой земле на аллее возле цветочного парка, затем вставал и снова повторял все снова и снова. Вскоре начало светать и гнев сменился пустотой и отчаянием. Силы покидали его. Вместо не успокаивающегося жара и бешеной агонии в нем появлялась туманная апатия и дрожь, волнами сотрясающая его подсознание. Спасаясь от того, чтобы не сгореть в подожжённом доме, он совсем не подумал о том, что выбежал из него лишь в свитере и штанах. Медленно и постепенно он начинал замерзать.