Чтение онлайн

Всю дорогу до Ангурана Мунир сетовал и роптал на то, что Расим не выполнил его приказания и не нашёл Чёрный рубин. Он роптал даже во время пира, с завистью смотря на то, как султан Бузург проводит бракосочетание.

Мунир сидел во главе дастархана, Его очередная жалоба вызвала осуждающие взгляды в сторону Расима от тех, кто сидел слева от Мунира, то есть наиба Шомабада, наиба Чехры и визиря внутренних дел, который в открытую нахмурил свои короткие, густые брови. Расима удивляло, что он был приглашён лично султаном Бузургом, тогда как других визирей и чиновников Зебистана Мунир ибн Нодир мог привезти с собой на своё усмотрение. Рядом с Орзу сидела Нигора, однако она не разделяла их осуждающих взглядов. Не будь Мунира рядом, никто бы из них не осмелился так глазеть на Расима.

Сам премьер-министр Зебистана сидел справа от Мунира. Рядом с ним сидел наиб Джоду, казначей Расулабада и личный слуга Мунира — его опора. Рядом со слугой стояла небольшая резная шкатулка, в которой лежал подарок для султанзаде.

Расим безучастно смотрел на резьбу по алебастру, которой были украшены стены алькова, чувствуя на себе тяжёлые взгляды осмелевших стервятников. Гостей из Зебистана было почти в два раза больше, но после свадебного пира, многие не пожелали остаться на продолжение банкета и ушли отдыхать. Однако, будь эти подхалимы здесь, безусловно, они тоже сверлили бы его порицающими взглядами, как они делали это всю дорогу. Тогда Расим жалел, что отправился вместе со свитой наследного шахзаде, а не своим привычным путём. Он даже не захватил свой коврик.

Высказав своё недовольство, Мунир перешёл к охоте. Он начал хвалить свои достижения на этом поприще. И даже при этом сетовал на то, что в Ахоруне охота вышла скучной и скудной.

— Я очень хотел поймать какого-нибудь большерогого барана, — раздосадовано проговорил Мунир. — Я хотел повесить его рога в своих покоях. Вместо этого я подстрелил какую-то птицу и поймал жалкого кролика.

— Не волнуйтесь, мой господин, — подбодрил его Ахад 40 , наиб Шомабада — пятидесяти восьмилетний мужчина с короткой, седеющей бородой и в синих шелках. Узоры его тонкого халата с короткими рукавами напоминали звёздное небо. — Вернувшись в Зебистан, я устрою для вас охоту на винторого сайгака, — обещал он.

— «Хочешь подбодрить его?» — ухмыльнулся про себя Расим. — «Мунир хотел узнать ваши тайны. Так почему бы вам не раскрыть свою? Вот он обрадуется-то!» — он с украдкой смерил наиба Шомабада и Орзу ответным насупленным взглядом и всё же взял тот жёлтый персик.

— Но кугу большая редкость в ваших краях, — усомнился наиб Джоду.

— Вот именно! — подняв палец, согласился Ахад. — Охота на кугу займет несколько дней, а то и недель, — обратился он к Муниру. — Повалить это животное отнюдь не лёгкая задача, — предупредил он, возбудив интерес в глазах Мунира. — Однако это стоит того. Рога кугу куда красивее какого-то барана, — ухмыльнулся он.

— Я застрелю его первой же стрелой! — самоуверенно предсказал Мунир.

— Стрела — это слишком быстро и не азартно, мой господин, — с задором в глазах возразил старый наиб.

Мунир согласно покивал, уже предвкушая эту охоту.

— Мы загоним его в тесное кольцо и, чтобы убить его, я… — горячо предсказывал Мунир.

Подхалимы внимательно слушали его. Расим же, уставший от чванства и бахвальства Мунира, неучтиво прервал его.

— Скажите, мой господин, вам понравилась сама охота… — он выждал паузу, — или убивать во время охоты? — он вперил в Мунира долгий испытующий взгляд.

Мунир косо посмотрел на Расима. В его безмятежном взгляде горела лёгкая усмешка. Обменявшись некоторое мгновение взаимным презирающим и вызывающим взглядом, Мунир чванливо снизошёл на ответ Расиму, словно учитель ученику, задавший глупый и неуместный вопрос:

— Удел животных — быть съеденными человеком. Для этого они и созданы. Для этого мы и охотимся на них. Будучи в моём возрасте, отец тоже любил охотиться, — Мунир повернулся к наибу Шомабада с видом, будто Расима здесь больше нет. — Отец часто рассказывал нам с братом, как он охотился в лесу Мобаён…

— Но светлый господин никогда не хвастался об этом, — возразил Расим.

К раздражению Мунира Расим всё ещё был здесь.

— Возможно, у нас разные взгляды на это, — холодно парировал Мунир, посмотрев на него.

— «У вас разные взгляды, потому что у вас буквально нет ничего общего, свинья, ты, надменная», — процедил про себя Расим, когда Орзу заметил следующее:

— Светлый падишах не охотился на больших зверей.

— У моего отца не было такого крепкого телосложения, как у меня. Иначе, я уверен, он бы тоже хвастался застреленным оленем, — заявил Мунир.

— «Если эта жирная туша считает себя хорошо сложенным, то Фозилу пора переосмыслить образ жизни», — Расим отвернулся, чтобы скрыть своё отвращение самолюбием Мунира, тогда как остальные лоботрясы в полном согласии кивали.

— Светлый падишах как-то раз охотился на медведя, — при этом поправил старый казначей, глядя на Орзу. — Его шкуру ваш отец подарил своей будущей жене, вашей матери, мой господин, — обратился он к Муниру.

— Моя покойная мать не рассказывала об этом, — задумчиво проговорил Мунир, глядя в глаза казначею.

— «Никакая она не покойная», — фыркнул про себя Расим, снова огрев взглядом наиба Шомабада и Орзу, на которых также посмотрел растерянный Сомон.

— Уф-ф, — томно протянул Мунир, закатив глаза. — Меня утомили эти разговоры. Оглянитесь! — он кивнул в сторону зала. — Они там танцуют, весело проводят время. Празднуют свадьбу… от души, — подчёркнуто заметил Мунир, подавив слабый приступ кашля. — А мы тут спорим ни о чём. Сидите и дальше, если хотите. А я, — Мунир бровью подал знак слуге, — присоединюсь к ним.

Мунир подал руку наибу Шомабада и с его помощью встал с места. Эта помощь стоила не малых усилий наибу, который несмотря на редкую седину, обладал настоящим хорошим телосложением. За ними встали и остальные. Мунир прошёл за спину наиба Шомабада и направился к краю топчана, которые слегка скрипел под его ногами.

— Мой нежный господин, — заботливо окликнула Нигора. — Не переусердствуйте. Танцы — непозволительная роскошь для вашего сердца.

Мунир повернулся к ведьме и, склонив голову набок, мило улыбнулся ей.

— Я не волнуюсь о своём здоровье, когда о нём заботитесь вы, моя дорогуша, — Мунир благодарно и одновременно снисходительно погладил Нигору по щеке и сел, свесив ноги с края топчана. — К тому же, я заметил, что в тронном зале султан Бузург ибн Махмуд зло посматривал на вас. Я хочу переговорить с ним и убедить, что ваша ведьмовская особа не имеет никаких злых намерений в своём визите, — Мунир подал руку слуге и спустился с топчана, который скрипнул с облегчением.

— Это так мило с вашей стороны. Я очень вам признательна, мой нежный господин, — Нигора с почтением приставила руку к сердцу и благодарно склонила голову.