Чтение онлайн

Электростанции не просто восстанавливались. Обновленные, они были и мощнее и современнее довоенных.

Развернулось и строительство электрических сетей.

С давних пор завод, фабрика зачастую получали электрическую энергию всего по одной высоковольтной линии. Повреждалась линия, и заводы, поселки оставались без света.

В первые же послевоенные годы проектировщики приступили к разметке трасс для резервных линий.

На эти новые трассы срочно направлялись линейные бригады строителей.

Рассказ 11

О послевоенных строителях высоковольтных

линий и о том, как монтер Колька Мельников

нырял под лед.

Это случалось довольно часто, и люди уже перестали удивляться. Внезапно все погружалось в темноту. Смолкал шум фабричных машин, затихали репродукторы.

И сразу рушился установившийся порядок. Рабочие бесцельно слонялись по темным, затихшим цехам. Зрители выходили из кинотеатра, недосмотрев картину. Школьники расходились по домам. И только хирург в поселковой больнице, стоя у операционного стола, продолжал свое дело при слабом свете керосиновой лампы, колеблющейся в руке медицинской сестры.

Фряновская камвольно-прядильная фабрика и большой рабочий поселок Фряново в северной части Московской области много лет получали электрическую энергию по единственной высоковольтной линии. Ее построили в 1925 году, на заре советской электрификации. На протяжении тридцати километров стояли покосившиеся деревянные опоры с подвешенными на них тонкими проводами. Провода эти часто повреждались: то от ударов молний, то от падающих деревьев. А как-то раз линию вывел из строя заряд дроби, выпущенный из охотничьего ружья. Мороз в тот вечер перевалил за тридцать, и опасались, что отопительные батареи в домах поселка вот-вот застынут и разрушатся.

Три часа пробивался тогда к месту аварии вездеход Ивана Кукина - в темноте, по глубокому снегу. За два часа - в предельно короткий срок бригада произвела ремонт, и Кукин, взобравшись на стоявший поблизости телефонный столб, подключил переносный аппарат и доложил о готовности линии к работе.

Именно бригаде Кукина и поручили построить еще одну электропередачу, которая связала бы Фряново со второй питающей подстанцией.

Они приехали сюда в день столетия фабрики, и яркие гирлянды из разноцветных электрических лампочек украшали фабричные здания и улицы поселка.

Было их шестеро: бригадир, два верховых монтера - Николай Логинов и Виктор Пискарев, - шофер Василий Сосулин и два молодых паренька, два Коли - Гусев и Мельников.

Выезжали с рассветом. Скованные морозом болота не мешали проезду. Впереди шла машина с инструментом, за нею - автовышка, управляемая никогда не унывающим Николаем Логиновым. Замыкал колонну Виктор Пискарев на тракторе.

Работали дружно, весело. Опору, поддерживая с боков веревками, приподнимали трактором и лебедкой автомашины, спускали в котлован. Затем, подгоняемые морозцем, с лопатами бежали на засыпку, укрепляли основание, трактором же сдвигали грунт, трамбовали.

Две недели работали на торфяном болоте. Загнали туда все свои механизмы, забили двадцать восемь свай, поставили на них опоры и разрушили тем самым созданную местными старожилами легенду, будто болото непроходимо.

Каждую неделю приезжал к ним старший мастер. Проходил по линии, осматривал такелаж, машины. Когда находил непорядок, подзывал бригадира и всегда говорил одно: "Чтобы этого я больше не видел". Вечером все они усаживались за большой стол и разговаривали о делах. На стол ставилось и большое блюдо с разваристой картошкой. Из чемоданов и сумок вынимались куски сала, колбасы. И обязательно разрезалась толстая, жирная селедка - "особая, фряновская, такой нигде нет".

А снегу подваливало все больше и больше. По утрам машинам приходилось прокладывать новый след. Выручал трактор.

Но наступил наконец день, когда осталось натянуть провода в пролете между последними опорами.

Трактор, приминая гусеницами снег, медленно шел от опоры к опоре, волоча за собой провод. Ничто не предвещало неприятностей. И вдруг...

Кто мог предполагать, что именно здесь река, протекающая невдалеке, делала крутой изгиб и берег ее подходил к самой трассе? Вокруг все бело: снег сровнял ямы, канавы, небольшие овраги и речки. Когда раздался треск и зад ползущего трактора стал медленно оседать, никто вначале так ничего и не понял. Какое-то время под передней частью трактора гусеницы еще держались на льду. Только когда тракторист снова включил рычаг скорости ("была не была, может, выползет!"), лед под пришедшими в движение гусеницами окончательно обломился.

Подбежавшие бригадир и монтеры увидели лишь торчащую из воды выхлопную трубу. Тракторист, еле успевший выпрыгнуть на лед, растерянно ходил по краю образовавшейся полыньи, оставляя на снегу следы от мокрых валенок.

Смеркалось, мороз к ночи крепчал. Нужно было непременно вытащить трактор сегодня, сейчас, иначе он вмерзнет в лед надолго выйдет из строя.

Взяв шест, бригадир метр за метром прощупал дно реки. Трактор находился совсем близко от берега, но берег обрывался здесь таким крутым уступом, что нечего было и пытаться производить подъем своими силами. Ни автовышка, ни машина, ни даже обе они вместе не могли бы сдвинуть трактор с места.

Неподалеку работал торфяной экскаватор. "Такая махина, да он наш трактор запросто вытянет", - сказал кто-то из ребят. Экскаваторщика почти не пришлось и уговаривать. Но в наступающей темноте он сбился со следа, и одна из широких гусениц экскаватора съехала в занесенную снегом канаву. После нескольких безуспешных попыток выбраться из нее экскаваторщик заглушил мотор и ушел.

Помощь пришла тогда, когда на нее, казалось, не было уже никакой надежды. Пришла она в виде невысокого веселого парня в насквозь промасленном полушубке.

– Эй вы, голуби! Кого хоронить собрались?
– раздался вдруг из темноты звонкий голос. Не получив ни слова в ответ и увидев торчащую из воды выхлопную трубу, он присвистнул и уже серьезно спросил: Буксир у вас есть?

Ему показали толстый трос с петлями по концам.

– Тогда ждите. "С-100" у меня. Только заглушил, еще теплый стоит, сказал, и быстро зашагал в темноту к своему трактору.

Как ветром сдуло уныние - все засуетились, задвигались. Тут же подтащили несколько толстых бревен, наклонно подсунули их под трактор, уперев вторые концы в кромку берега.

Затем осталось самое трудное: зацепить петлю буксира за крюк трактора, находившийся глубоко в воде.

Сделали настил - с берега на трактор положили бревна, куски досок. С настила шестом нащупали крюк и пытались зацепить за него опущенную в воду петлю буксира, подправляя ее шестом. Ничего не выходило.

А тракторист не подвел. Вскоре послышалось мощное стрекотание, и знакомый уже голос крикнул:

– Давай буксир, мы его с ходу!

Но "с ходу" не получилось. Все три Николая - Логинов, Гусев и Мельников, - несмотря на крепкий мороз, вспотевшие от натуги, никак не могли зацепить петлю за крюк.