ЖАНРЫ

Свет юности [Ранняя лирика и пьесы]
Шрифт:

На катке

И откуда вас взяли? Вы летите, озорны и легки! Равнодушным и вялым Здесь не встать на коньки. И летают мохнато Свитера, как шмели. Карапузы! Гиганты! Здесь девчонки смелы! Звон, движение, смех… Две улыбки навстречу… В электричестве снег… — Это вы? Добрый вечер! — И мальчишку заносит, Он заносчив и нов. Завтра тихо он спросит, Что такое любовь. Где-то ждущая мама, Укоризненны ее шаги. А луна — керосиновая лампа В сказках стынущей Бабы-Яги. 8 декабря 1963 года.

Грусть

Грусть любите, храните! Грусть — рожденье мечты, Жажда в людях, в граните Чистоты, красоты! Грусть моя — это отрочество, Вызревание чувств. Грусть моя — это творчество, Мой ван-гоговский куст! 12 декабря 1963 года.

* * *

Случилось милой школьнице По-женски полюбить. Ах, девочка-ровесница, Что делать нам? Как быть? Зависима от матери, Учителей, подруг, Призвания и будущих Дорог, разлук, Скучала ты и плакала. Мучительно светла, Взаимная и чистая, Была любовь, была! И не забыть то раннее, Во мне живет оно, Как наизусть зачитанное Татьянино письмо. 15 февраля 1964 года.

Во всем

Прижаться удивленно К ее груди, губам. Трепетно, влюбленно Внимать ее словам. Читать ее, как книгу, Как лучшую из книг. И мять ее, как глину, Чтоб новый мир возник. Крутить баранку МАЗа, Лететь во звездный мрак Царственно, чумазо, Как Геракл. Строить гидростанции, Словно пишешь стансы. И пусть летит твой свет До городов, планет. Во всем пусть страшно хочется! Во всем дерзки, чисты Увлеченность, творчество, Жажда красоты! 15 февраля 1964 года.

Постижения

Мне было восемь лет, Когда я вдруг постиг: В глазах моих весь свет Исчезнет, как возник… То было за обедом. Смеялись брат и мать. Я плакал и при этом Не смел им все сказать. Не смерть страшна, не смерть. А мысль о ней страшна. Еще страшней: не сметь Возникнуть, как весна. И будет день, и будет свет, И небо голубого дня, И люди — миллионы лет, Но это без меня. 17 февраля 1964 года.

* * *

В детстве далеком, как горы, В детстве прозрачной мечты Я прожил лучшие годы, Видел я лучшие сны. Облако плыло на запад. Облако плыло в лучах. Янтарный сосновый запах Пылал в белых печах. Солнце светило впервые. Меж сосен сквозь синеву Я видел в тропинках Россию, В бегущих огнях Москву. 29 февраля 1964 года.

В школе

В часы внимательных уроков Смотрю я прямо ей в глаза. В окне холодно и далёко, За облаками небеса… И лес осенний, лес дремучий, Под солнцем сочный, золотой. Она меня чему-то учит, Как словом, чистой красотой. Когда зимой, сугробы выстроя, Кружась, летит слепой буран, Она, озябшая и быстрая, Войдет и улыбнется нам. Когда весною все растенья Еще прозрачны и чисты, Она стеяняется растерянно Своей высокой красоты. Она стоит и с нами строго О Маяковском говорит, О Ленине читает строки, Лицо прекрасное горит… 4-5 марта 1964 года.

Осень в Сибири

Бабье лето — радостно и больно. Небо, журавли, года летят. Женщины торопятся по бонам, Женщины тропинками спешат, Полные любви к кому-то, ласки, Полные невысказанных слов. В рощах полыхают листья-краски. В мире голубом свежо, светло. Женщины спешат, смеясь и плача, Жизнь торопят с нежной жаждой жить. Будущее зреет в муках счастья. Будущее женщинам вспоить. Выказать ему так много ласки, Высказать ему так много слов… В рощах полыхают листья-краски. В мире голубом свежо, светло. 9 сентября 1964 года.

В осенний день

1 День, как айсберг, высокий и синий. Золотые леса! Мне и грустно, и дивно, Россия. Я в тебя устремляю глаза. Там над Волгой стремительно-долго Журавли, журавли! И в закат с вековою тревогой Полыхают в лесах Жигули. 2 Может, мне лучшей доли не надо — В руки меч, на коня! Звук мечей, словно песня, отрада И влечет, и волнует меня. Хорошо мне до грусти и странно. Неужели не жил? В пору древнюю утром рано По росе не пахал, не косил? 3 Помню день. Вся в сиянии света Ты встречала меня! Ах, наверно, поэта Сотворила улыбка твоя. Было счастье, юное, древнее, И тревога в певучей крови! Красный дерн в роще ив за деревнею, Тайна первой любви. 6 октября 1964 года.

Возвращение

1 Я снова в той глуши, где с юных лет Грустил и радовался жизни, Рос, чувством постигая путь моей отчизны, Неведомо, в душе своей, поэт. Грустил? О чем? О небе голубом За синей цепью гор… В сиянье золотом Россия беспредельно простиралась, И мысль моя понять ее старалась. Река, бесшумно ширясь, льется без конца. Вода — как свежий вырез старого свинца… Грустил — так значит, я умел любить. Грустил — так значит, я хотел полнее жить. 2 Под небом голубым амурская лагуна. Песок хрустальный, слой воды — тепло и юно! Волной изваянные волны Хрустального песка, по ним блуждают челны Улиток. Мир уютный, как будто для детей! Вода пронизана отрезками лучей, Как стайки рыб серебряным стремленьем. И снова вспоминаю с упоеньем… Как было все чудесно: воду пил, как лоси, И заплывал в сиянье, беспредельность плеса. И неподвижно лежа на спине, Я плыл, я плыл, река меня несла, несла, И белая громада туч в небесной вышине Меня влекла, влекла… 3 Высок утес. Сижу в лучах закатных. Внизу Амур. Закат — разлитый кадмий. Меж нами города и небосклоны, И люди, судьбы — сотни, миллионы… В них столько мыслей и мечты. О, как бы я хотел со всеми быть на «ты» И говорить легко и просто, как с тобой, Всем передать закат лилово-золотой, Как грусть мою, и думать, и смеяться! Всем, всем желаю в жизни счастья. Мигают маяки — навстречу им огни. Сейчас, как никогда сильней И голос Революции, и путь моей страны Звучат, как реквием, звучат, как гимн, во мне. 2-17 ноября 1964 года.

Лето

Плывет ли где под ветками серебряный карась, Стоят ли золотые сосны, шелушась, Струится ли вода, и галька там на дне — Все это в сизой дымке, как во сне. В осоке сом зелено-синий и икринки. Что амфоры, таинственны кувшинки. 2 февраля 1965 года.

* * *

Поделиться с друзьями: