Чтение онлайн

— Боевое искусство мага – это не просто умение метать огненные шары. Это слияние тела, разума и воли. Ваше тело – проводник. Ваш разум – прицел. Ваша воля – порох. Без одного из трех вы – просто хлопушка, которую легко потушить.

Он заставлял их часами отрабатывать стойки, движения, дыхание. Магия на этих занятиях была запрещена. Только наши мышцы и воля.

— Меньшикова, — он возникал за моей спиной так бесшумно, что я вздрагивала. Его пальцы легли на мое запястье, корректируя движение тренировочного меча. От его прикосновения по коже побежали мурашки. — Ты слишком зажата. Думаешь. Перестань думать. Дай телу действовать. Ты борешься не только с противником. Ты борешься с самой собой.

Я ненавидела эти моменты. Ненавидела его близость, его спокойную уверенность, то, как он видел все мои слабости. Но именно на этих занятиях я делала самые большие успехи. Его критика была безжалостной, но всегда точной.

Как-то раз, после особенно изматывающей спарринга, где я едва парировала его молниеносные атаки, он задержал меня в почти пустом зале.

— Твои успехи... заметны, — произнес он, протирая тренировочный клинок. — Но ты по-прежнему бьешься как загнанный зверь. В атаке должна быть ярость. В защите – уверенность.

— Я выживаю, — выдохнула я, убирая с лица потные волосы. — Как умею.

— Выживание для слабых, — парировал он, подходя ближе. Его золотые глаза пылали в полумраке зала. — Ты должна побеждать. Ты должна доминировать. Иначе зачем всё это? Чтобы вернуться в свой клан и снова стать мишенью для интриг?

— Я не хочу доминировать. Я хочу… — Я запнулась.

— Что? Спасти их? — он усмехнулся. — Нельзя спасти тех, кто не хочет спасаться. Можно лишь стать настолько сильной, что они будут вынуждены либо последовать за тобой, либо расступиться. Третий путь — смерть. Твоя.

Его слова эхом отзывались в моем сознании. Он был прав. Я это понимала. Но принять это было непросто.

Помимо физических и магических дисциплин, в учебную программу второго семестра входили «Стратегия и Политика кланов». Этот предмет вёл сухопарый, пронзительно умный магистр Фёдор, бывший дипломат, объездивший все уголки магической России.

Именно здесь я поняла, насколько моё домашнее образование у Матвея было фрагментарным. Они изучали не сухие хроники, а живые, дышащие интригами ситуации: как род Волковых прибрал к рукам торговлю пушниной, спровоцировав искусственный голод среди мелких охотников; как Зимины, сохраняя нейтралитет, наживались на поставках оружия всем воюющим сторонам; как Заревы устроили «Великий пожар» в столице, чтобы сместить слишком уж любопытного Императора.

— Магия решает исход битвы, дети, — говорил магистр Фёдор, поправляя очки. — Но войны выигрываются и проигрываются здесь. — Он постучал пальцем по виску. — И здесь. — Он указал на карту, испещренную линиями фронтов и торговых путей. — Ресурсы, информация, пропаганда. Это — кровь, нервы и дыхание современной войны магов.

Одним из заданий была отработка переговоров. Меня поставили на роль главы Меньшиковых, которой нужно было убедить «нейтральных» Зиминых предоставить войскам клана зимнюю амуницию в долг. Моим оппонентом, главой Зиминых, был Никита Черноокий.

Никита действовал грубо и прямолинейно, сыпля угрозами. Я, вспомнив всё, что видела в поместье, пошла другим путём. Я предлагала. В обмен на амуницию я «пообещала» (разумеется, всё было понарошку) пересмотреть границы в спорном лесном регионе в пользу Зиминых и обеспечить безопасный проход их торговых караванов через земли Меньшиковых.

— Вы отдадите наши леса?! — фыркнул «посол» Волковых, один из учеников. — Это безумие!

— Мы отдаём то, что нам не принадлежит по праву, но на что претендуем, — холодно парировала я. — И получаем то, что нам жизненно необходимо здесь и сейчас. К тому же, кто сказал, что пересмотр будет в их пользу? Мы можем провести его... творчески.

Магистр Фёдор смотрел на неё с нескрываемым интересом. Никита был в ярости. Он проигрывал, и проигрывал вчистую, потому что думал только о силе. Я же думала о выгоде и компромиссе.

— Ловко, Меньшикова, — сказал магистр после занятия. — Вы мыслите не как воин, а как правитель. Это редкость. И это опасно. Правителей обычно убивают первыми.

Академия скрывала не только учебные аудитории. Под крепостью лежала сеть древних катакомб — Лабиринт, как его называли студенты. Официально вход туда был воспрещён. Неофициально... каждый уважающий себя студент старших курсов считал долгом чести туда спуститься. Ходили слухи о забытых артефактах, хранилищах запретных знаний и даже о древних существах, что дремлют в его глубинах.

Я никогда не стремилась туда попасть. У меня и так было достаточно приключений. Но однажды Александра, с горящими глазами, ворвалась в ко мне в келью.

— Я нашла вход! — прошептала она. — Настоящий! Не тот, что охраняют, а старый, через библиотеку. За стеной с картами пятой эпохи!

Борис, как всегда неотступно следовавший за ней, нахмурился.

— Это нарушение устава. Наказание — отчисление.

— Ты что, никогда не хотел узнать, что там, внизу? — настаивала Александра. — Говорят, там есть источник, вода из которого усиливает магию!

Я колебалась. Риск был огромен. Но... и интерес к подземелью постоянно подогревался.

И мы решились. Ночью, под покровом маскировочных чар, которые я к этому времени отточила почти до совершенства, мы втроём прокрались в библиотеку. Александра, изучившая план здания, нажала на почти невидимую трещину в каменной кладке. Часть стены бесшумно отъехала, открыв тёмный, пыльный проход, от которого пахло сыростью и древностью.

Лабиринт оказался не просто туннелями. Это был целый подземный мир. Высокие залы, коридоры, ведущие неизвестно куда, комнаты, заваленные сломанными механизмами и пожелтевшими свитками. Магия здесь особенно ощущалась, и я чувствовала, как мой собственный свет в ответ начинал тихо откликаться.

Мы шли несколько часов, помечая путь светящимися знаками и казалось вышли уже далеко за пределы Академии, как наткнулись на круглую залу, в центре которой стоял древний, покрытый рунами обелиск из чёрного камня.

— Что это? — прошептал Борис, оглядываясь.

— Не знаю, — ответила я, чувствуя, как кулон на моей груди становится тёплым. — Но что-то...

Не успела я договорить, как из теней за обелиском послышалось шуршание. Десятки пар маленьких красных глаз зажглись в темноте. И на нас поползли существа, похожие на помесь крысы и паука. Их хитиновые панцири отливали синевой в свете магического шара.

Обитатели глубин, о которых предупреждали даже в официальных учебниках. Очень быстрые, ядовитые и охотящиеся стаей.

— Назад! — крикнул Борис, прикрывая нас.

Но было поздно. Существа, испуская пронзительные щелкающие звуки, бросились на нас.

Бой был коротким. Борис прикрывал наш тыл, отбиваясь ледяными шипами. Александра создала водяной барьер, но твари пробивали его своими острыми жалами. Я била светом, и он был эффективен — существа с визгом отползали, их хитин дымился. Но их было слишком много.