Чтение онлайн

Правда, имелось одно существенное отличие от уже знакомой мне хищной ивы. Если та убивала всё живое вокруг, то на лужайке возле исполина мирно паслись духовные кролики. Их серебристая шерсть переливалась в пятнах света, и судя по их упитанному виду, чувствовали они себя здесь более чем вольготно. Чуть поодаль, у самых корней дуба, стоял духовный олень — величественный, с рогами, усыпанными искрами энергии. Он не только не опасался соседства с исполином, но даже тёрся боком о его кору и явно получал от этого удовольствие.

От непонимания ситуации я замер на месте и даже присел за густой кустарник, пытаясь осмыслить происходящее. От этого подобия дуба не исходило угрозы. Вообще! Наоборот, здесь царило абсолютное спокойствие, словно я смотрел на картину первородного сада — если, конечно, убрать из центра поляны чудовищный дуб.

В голове мелькнула мысль, что все звери на поляне — лишь иллюзия. Но нет: кролики резвились, играя друг с другом в свои звериные игры, а за ними спокойно наблюдал величественный олень, который теперь принялся тереться рогами о кору исполина. Минута за минутой я следил за ними, но так и не заметил повторяющихся движений. В итоге всё же рискнул выйти на поляну.

Медленно шагнув вперёд, прислушался к своим ощущениям, но не почувствовал никакого воздействия на сознание. Тогда сделал ещё один шаг, стараясь не шуметь, чтобы не спугнуть зверей. Олень вскинул голову. В его глазах мелькнула тревога. Я тут же замер, но причина изменения в поведении духовного зверя оказалась не во мне.

Кусты на противоположной стороне поляны с гулким треском раздвинулись, и оттуда вылетел необычный цзянши. Таких я ещё не встречал. Высокий, мускулистый, в истлевших богатых одеждах, он нёсся к испуганному духовному оленю со скоростью, превосходящей даже возможности голема. Вокруг него клубился смертоносный туман. Из широкой пасти, уже мало похожей на человеческую, вырывался жуткий рёв.

Мой разум рефлекторно оценил угрозу, исходящую от твари. Парализующий рёв — это вторая ступень, а если учесть скорость движений, то как минимум третья.

Пока странный цзянши был полностью сосредоточен на добыче, я снова отскочил за густые заросли кустарника и постарался спрятать свою энергетику.

Тем временем, наконец-то оценив опасность, духовный олень рванул прочь, спасая свою жизнь. Но двигался он заметно медленнее, чем я ожидал. Видимо, рёв неживого монстра его все же зацепил своей парализующей магией, замедляя движения животного.

Кролики так же рассыпались по поляне серебристыми молниями. Между рогов оленя сверкнули настоящие молнии, и, кажется, они ослабили эффект парализующего рева нежити — зверь рванул в сторону с куда большей скоростью. Но цзянши всё равно оставался быстрее. Ещё несколько секунд — и неживой монстр должен был настичь свою жертву.

Однако в этой, казалось бы уже предрешённой ситуации, оказался ещё один игрок у которого на все происходящее были совсем иные планы.

Воздух будто ожил. Сотни острых, как бритва, шипов сорвались с ветвей лесного исполина и закрутились подобно смерчу, превращаясь в смертоносную бурю. Это магическое торнадо устремилось к цзянши. Древесные шипы, больше похожие на стальные наконечники, пронзили нежить со всех сторон — грудь, живот, конечности, голову, казалось и не заметив выставленного мертвецом магического барьера. Неживая плоть разрывалась под ударами природных клинков, словно бумага.

Как только шипы достигли своей цели, с верхних ветвей исполина спустились плети лиан — толстые, мясистые, усеянные мелкими шипами. Древесные змеи мгновенно оплели цзянши, пронзённого сотнями колючек, и медленно, но неумолимо потянули к стволу.

Нежить отчаянно пыталась отбиться, словно крыса, угодившая в мышеловку, пуская в ход всё: магию, меч, чей клинок был пропитан тьмой, даже зубы. Но с каждой секундой силы цзянши угасали. Его противник явно принадлежал к совсем иной лиге — и охотник сам превратился в жертву.

Когда неживой монстр оказался полностью оплетён лианами и обездвижен, я ощутил волну энергии смерти, прокатившуюся по поляне. Но это был не магический удар цзянши, пытавшегося освободиться. Нет, происходило нечто иное.

От мертвеца к древесному стволу протянулся едва заметный призрачный энергетический жгут, который, казалось, связал ауры двух чудовищ — лесного колосса и цзянши. И тут я понял, что происходит: дерево высасывало энергетику мертвеца, словно призрачный магический насос. Поток тёмной силы впитывался в ствол исполина, и тот пил её жадно. С каждым таким «глотком» мертвец слабел, а на ветвях колосса появлялись всё новые и новые шипы, а его кора становилась ещё темнее.

Не прошло и минуты, как цзянши окончательно усох, сперва став похожим на банального скелета, а затем и эти древние кости осыпались в чёрную золу. Мгновение — и лианы втянули тёмную, кружившуюся в воздухе взвесь, всё, что осталось от тела нежити, во внезапно приоткрывшееся на стволе исполина дупло.

Буквально через пару секунд после того, как дупло лесного колосса вновь сомкнулось, на поляне воцарилась тишина. Испуганный олень сразу же успокоился и принялся щипать очередную порцию травы. Кролики выползли из укрытий и снова начали резвиться на изумрудной поляне. Будто ничего и не произошло.

А похожий на сошедший со страниц страшной сказки дуб стоял тем же — зловещим, покрытым шипами, но абсолютно безопасным для всего живого. Если я правильно понял природу этого дерева, оно мутировало, приспособилось к близости Темного Источника и питалось исключительно энергией смерти, в которой тут не было недостатка. И за счет этого данный дуб и вырос в настоящего царя леса. Хищного, древнего, сильного, но по настоящему опасного только для цзянши и им подобных монстров.

Живые существа его не интересовали — более того, оно, по сути, их защищало, превратив свою поляну в своеобразный заповедник. Хитрую ловушку, куда будут стремиться ходячие мертвецы, привлечённые жизненной силой духовных зверей.

Какое-то время я понаблюдал за сказочным дубом. Заметил ещё и духовного кабана, размером с малолитражку, который спокойно вышел на поляну и принялся лакомиться желудями. Его, как и остальных животных, исполинское дерево не стало трогать. Но, несмотря на подобные наблюдения, сам я всё же выйти на поляну и проверить, станет ли на меня нападать древесный колосс, не рискнул.

Уже собрался уходить, как увидел ещё одного цзянши, привлеченного аурой духовных зверей и вышедшего на поляную, на этот раз обычного мечника, не выше Первой Ступени. С ним исполинский дуб справился ещё быстрее, чем с неживым магом. В итоге и этот ходячий мертвец был распылён в пыль, которая была поглощена дубом.

Кажется, я не ошибся в своих наблюдениях: этого древесного хищника не интересуют живые создания.

Больше тратить время на наблюдения не стал. Убийца нежити, конечно, интересный экземпляр, но сейчас намного важнее найти гробницу с метеоритом внутри. После той встречи с волшебным цветком я настолько остро ощущал нарушенную связь между душой и новым телом, что чувствовал настоятельную необходимость исправить это искалеченное состояние. Тем более всё моё естество словно подсказывало, что моя цель где-то близко. Каждый новый шаг отзывался тихим резонансом в костях, будто тело реагировало на некий магнетизм, исходящий из-под земли. Воздух вокруг казался наэлектризованным — кожа покалывала, а энергетические каналы в моей грудной клетке гудели, как натянутые струны. Это чувство напоминало приближение к грозе, когда весь мир замирает в ожидании первого удара молнии.