Свобода или гибель
Шрифт:
— Императрица, мы приземлился часа через два, — заглянул к нам один из наших сопровождающих.
— Я поняла. — Я крепче сжала чашку, чтобы скрыть дрогнувшие пальцы. — Спасибо.
— Боишься? — мягко спросила Вистра.
— Естественно, — я не стала юлить. — Я возвращаюсь туда, откуда вырвалась чудом. Туда, где мне было хуже всего в жизни. И я увижу того, кто причинил мне больше всего боли. Конечно, я боюсь. Но, убив Виррана, я убью и свой страх перед ним. Сложно ведь будет бояться того, кого ты уничтожила, верно?
— Алатиэль… Спой что-нибудь? Можно даже не Жреческую Песню, а просто что-нибудь.
— Что-что? — удивилась я.
— Спой. Пожалуйста.
Хотя просьба и была странной, я всё же решилась. К тому же так было бы легче отвлечься. Я вспомнила колыбельную, которая не слышала много-много лет. Когда-то её пела мама, а потом я сама пела её для Заиль. И хотя спать сейчас явно никому не стоило, всё же было в ней что-то теплое и успокаивающее. И я, прикрыв глаза, позволила себе растворится в знакомой мелодии. Она не была такой сложной, как Песни Жрецов, и потому давалась куда проще.
— Спасибо, — тихо-тихо произнесла Вистра, когда я закончила.
Я через силу попыталась улыбнуться. Мне нужно было собираться.
На самом деле, сами сборы-то были не такими сложными. Но я хотела учесть все мелочи и заодно сосредоточиться.
В этот раз я была в темном. Черные брюки, которые я немного подвернула, чтобы свободная часть ткани не шелестела. Черная рубашка с рукавами до локтей. Браслеты Торрелина.
Наверное, страх всё же владел мной куда больше, чем мне бы хотелось. По крайней мере, как ещё объяснить вновь вернувшуюся ломота в спине и плечах, я не знала, но отступать из-за этого не собиралась. Я неделю проживала и преодолевала эту боль, справлюсь и сейчас. В конце концов, я в таком состоянии руководила войсками, пусть и с помощью! Тайная вылазка уж точно удастся.
Вистра, услышав про вернувшуюся боль, просто молча стала разминать костяшками мышцы плеч. Словно испугавшись чужого участия, боль действительно отступила.
Молчаливая Вистра была совсем непривычной, но я понимала, что моя подруга просто очень тревожится. Но ничего нового сказать я ей не могла.
Последним я надела мундир, который вернул мне Шионасс. Металл, который изнутри защищал меня, поначалу казался прохладным, но вскоре нагрелся и почти перестал ощущаться. Зато я отлично чувствовала тяжёлые ножи, прикрепленные к ткани. Рассудив, что доставать их изнутри будет неудобно, я перевесила их на пояс. Распущенные волосы мне, наверное, мешались бы, и я сплела их в косу впервые за долгое время. Они ещё не успели отрасти до прежней длины, будучи сейчас чуть ниже плеч, и коса получилась совсем непропорциональной: слишком толстой и короткой. Но сейчас мне и не нужно было быть красивой.
Мягкий толчок — и мы уже были на земле. Кажется, снаружи были сумерки, очень удачно. В полумраке мне будет проще.
— Точно одна пойдешь? — спросила Вистра напоследок, сжимая мои ладони.
— Точно. Жди меня. Я скоро.
Порывистое объятие, тихое «Жду и верю в тебя»…
Маленькая лестница в три ступени закончилась слишком быстро. Едва слышно щелкнула, закрываясь, дверь. И я, скрывшись с помощью мимикрии, вновь оказалась на земле Империи Менд. Плечи возмущённо ныли.
Глава 39
Мы приземлились в отдалении от города, и я, вдохнув раздражающе-чужой воздух, помчалась в нужную сторону. Когда-то бег почти не требовал усилий. В лесах Орионты я только пешком и бегом и передвигалась. Но сейчас я, хоть и немного окрепла за последнее время, всё ещё оставалась слабее, чем прежде. И на окраине города мне пришлось перейти на шаг. Быстрый бег сбил дыхание, и я прикрывала губы ладонью, стараясь дышать через нос, чтобы мое пыхтение было не слышно.
Вечером здесь было многолюдно. Жители города сновали туда-сюда. Кто-то был в простой, неброской одежде. Кто-то — в цветных «покрывалах», как те послы, что однажды прилетали на Громарис. Эти, кстати, двигались особенно гордо и степенно. Может быть, эта одежда означала какой-то высокий статус у них?
Я заметила и нескольких рабов, которые таскали вещи за своими хозяевами, не поднимая глаз от дороги. Их было безумно жаль, но помочь напрямую я ничем не могла.
Когда мы победим, надо будет выжечь саму идею рабства и освободить всех.
Вскоре я дошла и до площади. Я хорошо её помнила. Прямо передо мной — белоснежный дворец, с одной стороны — сады, с другой — город… Здесь стоял корабль Виррана, когда мы приземлились. Через эту площадь он тащил меня на цепи.
Я не хотела бы это вспоминать. Но вместе с тем картины прошлого определенно делали меня злее и решительнее. Так что площадь я пересекла бегом и через несколько минут осторожно поднималась по ступеням прямо к главному входу. Двое стражников с оружием в руках посматривали вокруг, но меня не замечали. Хотя я вполне поместилась бы между ними, я не стала рисковать и обошла их.
Двери были распахнуты почти демонстративно. Наступая на носочки, я осторожно вошла, оглядываясь. В коридоре стояли ещё четверо стражников, но и из них меня никто не увидел. Отойдя чуть в сторону, чтобы даже случайно никого не задеть, я прислушалась к их ленивому разговору, но они обсуждали личную жизнь кого-то из их отряда. Вряд ли в таком разговоре я даже мельком услышу, где сейчас находится Вирран.
Я не спеша обошла весь первый этаж. Несколько раз пришлось вжиматься в стену, чтобы не столкнуться со слугами и рабами, которые в суматохе носились по коридорам.
А потом, около, кажется, огромной кухни, я споткнулась на ровном месте, во все глаза уставившись на руководящую там женщину.
Она была одета в строгое темное платье… куда красивее, чем то, которое я помнила. При мне она выглядела попроще. Хотя русые волосы убирала в такой же узел. Но той доброй, теплой улыбки, что поддерживала меня, сейчас не было. Женщина строго хмурилась, отчитывая рабов.
— Конечно, мы всё сделаем, госпожа Шиана! — тихо и, как мне кажется, немного испуганно ответил один из них, совсем молодой и светловолосый, склоняя голову ещё ниже, чем было. Он был без рубашки, и я видела, что вся спина его была исполосована тонкими, но слишком яркими алыми следами.
А госпожа Шиана взмахнула рукой…
Я чуть не ахнула в голос, отпрянув и вовремя зажав себе рот ладонью. Хлыст из нескольких узких ремней опустился на спину молодого раба, оставив новые полосы.
— Поторапливайтесь, — жестко произнесла мендка, заставив дернуться даже меня. — Иначе в следующий раз свое недовольство на вас будет спускать сам Повелитель. Вы же слышали вопли предателя-друиса? Вот и думайте, как не оказаться на его месте!
И эта подлая, лживая тварь ещё смеет говорить о моем брате?! Он был единственным здесь, кто в самом деле помог мне. Кто пытался намекнуть, что не стоит никому верить. И особенно — ей! А теперь Шиана называет его предателем за то, что он спас свою сестру?! Да кто бы говорил! Как будто не она завоевала мое доверие только для того, чтобы потом больнее было всё разрушить!