Чтение онлайн

— Знаешь... Я ещё никогда так не ненавидел своё имя... Как когда прочитал те письма... Я так себя всего ненавидел. Мне было страшно за тебя. За то, что ты тоже можешь узнать...

— Ты что-то сделал с ним, да? — спрашиваю, но не мне страшно. И не жаль... Просто хочу знать.

— Избил. Увёз за город. Сказал, чтобы его и за километр рядом с вами не было...

— А он?

— Он... Хрипел и харкался кровью, дальше я его не слушал.

— Ясно, — хмурюсь, а Дамир сам сползает с меня. — Эй, ты куда?

— Никуда. Я здесь. Просто хочу одеться. И злюсь, когда вспоминаю всё это.

— Но на меня не надо злиться...

— Мир. Девочка. Я не на тебя. Я в целом на ситуацию. На наших родителей. И трэш, который мне пришлось пережить.

— Если честно, я не представляю... Ты думал, что мы родные... Это ужасно. Я бы, наверное... Я бы не смогла...

— А я это знал. Поэтому и не захотел поднимать эту грязь, а просто свалил.

— С тобой была девушка в тот вечер... Называла тебя... Котиком, — проглатываю я ком в горле. Вспоминаю всё это и на теле материализуется дрожь. Словно теперь на коже сидит что-то тяжёлое, неприятное и липкое.

А ещё… Болезненное. Тянущее за волоски.

— Я поехал в бар, там встретил знакомых. Ну и была там... Одна прилипала. У меня не было с ней ничего. И долго не было ни с кем. Изначально около трёх месяцев.

— Понятно... А потом?

— Потом были просто девушки. Чтобы сбросить пар. Я не мог. Долго ни с кем вообще не мог. Мира, я о тебе думал. Мне ты была нужна. Может, надо было сразу всё рассказать. Но, как представлю, что ты бы сделала что-то с собой... Или что вот это всё о нас узнали другие... Всё наше бельё наружу... У меня иголками всё покрывается. Понимаешь?

— По правде говоря... Я не думала, что существуют причины, по которым я нашла бы тебе оправдание. Но сейчас я понимаю...

Дамир садится рядом и прикрывает ладонями лицо, издав тяжёлый стон.

— Я знаю, что это полная жесть, но придётся двигаться дальше... — говорит он болезненным тоном.

— Мы двигаемся... Мы же вместе. Мы ведь вместе?

— Ты же правда его бросила? — спрашивает он, убирая прядки моих волос за ухо.

— Конечно. Я обозначила, что люблю тебя. Ты что, мне не веришь?

— Верю, конечно, верю. Просто хотел ещё раз услышать...

Дамир встаёт с кровати и берёт в руки мою футболку и трусики, протягивая мне.

— Зачем?

— Пойдём. Поговорим. Попьём чай. Перекусим. Я не помню, когда за последнее время наслаждался вкусом еды. Вообще ни хрена не радовало...

— У меня почти так же...

— Ты даже одеваться стала иначе... Я... Когда увидел, сильно накрыло. Испугался, что не любишь больше. Что полностью отдалилась...

— Когда ты улетел, я вся изменилась, Дамир. Это было неизбежно.

— Я понимаю.

Я одеваюсь, заплетаю волосы в хвост, а он натягивает на себя джинсы и смотрит на меня.

— И всё равно... Ты самая красивая девушка, которую я когда-либо видел. Знаешь...

Смотрю на него и всё внутри отзывается. Я нас помню... Помню, какими мы были влюблёнными. Да и сейчас всё это чувствую… Этого не вычеркнуть.

— Ты должен знать, что я не хотела того, что произошло между нами с Ромой. Это было... Но это было совсем не так, как с тобой. Я отрицала то, что так может быть только с тобой, — опускаю виноватый взгляд. — Только с тобой моё тело отзывается. Мне хочется тебе отдаваться.

— Я рад это слышать. Потому что при упоминании у меня скручивает все кишки. Давай раз и навсегда забудем то, что у тебя был ещё кто-то... Потому что я ревную. Пиздец как ревную, Мира.

— Я тоже. Ты специально привёл в кино Юлю. И узнавал через неё где мы. У вас что-то было?

— Поцелуи. Были.

— М-м-м... М-да... — хмурюсь я. — Это тяжелее, чем я думала... Ужасно...

— Что есть, то есть. Придётся нам обоим это как-то переступить, Мира. Иначе не выйдет. Только вдвоём можно через это перешагнуть.

— Пойдём вниз. Я реально хочу успокоиться и попить чай.

Мы с ним следуем на кухню. Там за столом ещё недолго сверлим друг друга взглядом. Дамир смотрит не со злостью, нет. Скорее, с огорчением.

А потом дверь приоткрывается и из детской выходит няня.

— Ой, извините, я думала, никого нет. Маратик только уснул.

Блин, надеюсь, она реально не слышала наших криков из спальни. Вот чёрт. Как же некрасиво вышло.

— Хорошо.

— Ольга сказала побыть до трех...

— Вы можете идти, мы с Дамиром... Присмотрим... Да? — спрашиваю, глядя на него, и ловлю его улыбку.

— Присмотрим, да... Наш младший брат ведь как-никак... Общий. Скрепляющий...

Ещё некоторое время он так ехидно улыбается, а потом няня уходит, и мы остаёмся наедине.

— Знаешь, как я хотела придушить тебя, когда ты намеренно будил его, чтобы между нами с... Ничего не было...

— Знала бы ты как я хотел тебя придушить... И за то, что верещала, вынуждая его плакать.

— Это ты вынуждал!

— Всё-всё... Успокоилась. Мы здесь не ругаться собрались, да?

— Не ругаться... Нет.

— Хорошо. А Марат классный.

— Он... Напоминал мне тебя. С самого рождения. Я брала его на руки и думала о том, как же вы похожи...

— Злилась?

— Нет. На него никогда. Он слишком хорошенький, чтобы на него злиться. Я злилась только на тебя.

— Выходит, я не хорошенький? — издевается он, строя мне глазки, а я щёлкаю его по носу.

— Не настолько, чтобы простить тебе год без любви... Год боли и одиночества.

— Значит, не простишь?

— Порой кажется, что нет... Но, наверное, время покажет... И мы с тобой залечим друг другу раны, да?

— Да.

Я обнимаю его за шею и сажусь на колени, безмятежно прикрывая глаза.

— Дамир... Я тебя люблю. Несмотря ни на что, люблю.

— И я тебя люблю, Мира. Мы справимся, обещаю.

Дамир Королёв

Отец пока остаётся в больнице. Виновника ДТП так и не задержали. А мама Мирославы вроде как не против видеть нас вместе. Прошло уже четыре дня с тех пор, как мы помирились. Каждое утро я отвожу её в универ. Не хочу отпускать, но надо. Я понимаю, что учёба важнее. Она и так раньше дохрена из-за меня пропускала. Не хочу, чтобы выглядело так, будто я дурно на неё влияю.