Чтение онлайн

— Мои доспехи! — взревел король на одного из своих оруженосцев. — Принеси мою кольчугу, дурак!

В этот момент из шатра, пошатываясь, вышел другой тощий юноша с кольчугой Ричарда на плече. Ричард взял доспехи и натянул их через голову. Оруженосец зашнуровал воротник и помог ему надеть сюрко. Первый оруженосец так и не сдвинулся с места.

— Что ты все еще стоишь? Принеси мой щит и шлем. Ты, принеси мой меч и боевую секиру.

Королевский лекарь стоял рядом, заламывая руки. Теперь он шагнул вперед.

— Милорд, я должен посоветовать вам вернуться в постель.

— С меня хватит этого валяния. Я проделал весь этот путь из Англии не для того, чтобы пропустить битву.

— Но вы больны, ваша милость.

Ричард поднял закованный в латы кулак.

— Я тебя сам больным сделаю, клянусь Богом.

Лекарь попятился. Ричард заметил Джона и усмехнулся.

— Наконец-то битва, отец! Это пойдет мне на пользу больше, чем лежание в постели.

Джон не был так уверен. Состояние короля значительно улучшилось, но он был тяжело болен, несколько дней почти не мог есть. Лекарь, без сомнения, был прав, но если Джон хотел обуздать кровопролитие, которое начнется после падения города, ему нужен был Ричард рядом.

— Как скажете, ваша милость. Нам нужно торопиться, иначе мы пропустим бой.

Ричард хлопнул его по спине.

— Я знал, что кольчуга на тебе не просто для вида. Оруженосец, принеси и священнику щит!

Король пристегнул к поясу свой меч. Оруженосец подал ему боевую секиру, огромное оружие, которое король закинул за спину. Второй оруженосец подошел с двумя щитами и королевским шлемом. Ричард взял высокий каплевидный щит на левую руку и протянул другой Джону. Он сунул шлем под свободную руку.

— Пойдем, Джон.

Ричард решительно зашагал через лагерь, но к тому времени, как они с Джоном добрались до заграждения, выходившего к городу, король тяжело дышал. Король Филипп стоял на вершине вала под флагом Франции, в окружении своих дворян. Ричард зашагал к воротам в заграждении, не удостоив своего венценосного собрата и взглядом. Они почти не разговаривали с момента прибытия Ричарда в Акру.

— Куда ты, кузен? — крикнул Филипп сверху.

— Я присоединяюсь к битве.

— Зачем, во имя Бога? Акра почти наша. Последнее, что нам нужно, — чтобы тебя убили. Тебе следует вернуться в свой шатер и отдохнуть. Я и сам прекрасно справлюсь.

— Прости, кузен, но мне кажется, что ты вообще не принимаешь участия в этой битве. — Ричард натянул шлем и прошел через ворота.

Джон шел рядом с ним. Теперь, когда они оказались на ровной равнине, ведущей к городу, ему было лучше видно происходящее. Крутая груда обломков, заполнившая пролом, поднималась на тридцать футов. Мусульманский гарнизон был готов к обрушению стены. Они выдвинули вперед мантелеты — перекрывающие друг друга передвижные щиты семи футов в высоту и четырех в ширину — и поставили их поперек пролома. Сотни рыцарей и воинов, вскарабкавшихся по каменистому склону, держались на расстоянии от мантелетов, и Джон вскоре понял почему. Один сержант подбежал и в прыжке ухватился за верх мантелета. Он начал было подтягиваться, когда из его спины вырвалось острие копья. Когда он падал, Джон увидел, как копье втянулось обратно через одно из десятков отверстий в щите. Сержант лежал мертвый у его подножия, присоединившись к двум десяткам других франков.

Ричард тяжело дышал, карабкаясь по неровному склону в своей тяжелой кольчуге. Стрела, пущенная сарацинским лучником с уцелевшей части стены, ударила его в грудь. Джон замер, но Ричард лишь хмыкнул и обломил древко. Кольчугу она не пробила. Роберт де Бомон, скользя, сбежал по склону к ним.

— Ваша милость! Мы не ожидали увидеть вас в бою.

— Что ж, вот он я. — Ричард остановился, чтобы перевести дух. — Каких успехов мы…

Еще одна стрела со свистом пронеслась по воздуху и врезалась в его щит.

— Клянусь волосатыми яйцами дьявола! Эй, ты! — Король указал на лучника, который только что пустил стрелу поверх мантелетов. — Хватит тратить стрелы, займись делом. Собери своих и сгоните этих лучников со стен. — Ричард повернулся к де Бомону. — Каких успехов мы добились, Роб?

— Пролом мал, ваша милость. У нас много тысяч воинов, жаждущих боя, но мы не можем ввести в дело все силы. Мы пытались прорваться через мантелеты, но бесполезно. Они пронзают копьем всякого, кто подходит слишком близко.

— Значит, наши люди топчутся, как мухи на лошадиной заднице, пока их лучники отстреливают нас одного за другим. Так, что ли, Роб?

— Да, милорд.

Ричард прищурился от яркого солнца, глядя на стену из мантелетов.

— Приведи мне двадцать человек с абордажными крюками и веревками, Роб. Мы скоро свалим эту стену.

В лагерь отправили гонцов за крюками. Ричард и Джон пробрались в первые ряды, где вокруг короля собрались его рыцари. Когда прибыли люди с крюками, Ричард обнажил меч и поднял его так, что солнце сверкнуло на клинке.

— Воины, готовы ли вы дать этим ублюдкам отведать вашей стали? — взревел он. Ричард повернулся к людям с крюками. — Метайте их через стену, воины, и мы ее повалим.

Люди выстроились в ряд и, раскручивая крюки все шире и шире, метнули их. Многие крюки не долетели или отскочили от мантелетов. Другие улетели слишком далеко. Сарацины по ту сторону стены схватили веревки и потянули их на себя, так что те змеями переползли через стену. Но два крюка были брошены как надо. Они зацепились за верх одного и того же мантелета, и веревки натянулись, когда бросившие их воины начали тянуть. Другие подхватили веревки и навалились всем весом.

— Тяните, воины! — крикнул Ричард. — Навались! Навались!

Мантелет наклонился вперед, а затем с грохотом рухнул. Воины взревели и бросились в пролом. Первым до него добрался французский рыцарь, на щите которого был изображен замок. Он врезался прямо в горящий горшок с нефтью, брошенный одним из сарацин. Горшок разбился о грудь рыцаря, и нефть вспыхнула, превратив его в живой факел. Он, спотыкаясь, шагнул вперед и был насажен на копье одного из дюжины мамлюков, вышедших защищать пролом.

Атака захлебнулась, когда воины попятились от горящего рыцаря. Никто не горел желанием последовать за ним на верную смерть.

Ричард шагнул вперед.

— За мной, воины! За Христа!

Прежде чем кто-либо из его сеньоров успел его остановить, король бросился в атаку. Джон последовал первым. Приближаясь к пролому, он увидел горшок с нефтью, летящий по дуге в сторону короля. Ричард поднял щит, и горшок разбился о него, облив его пламенем. Ричард швырнул горящий щит в сарацин и ринулся за ним. Он увернулся от копья и разрубил древко пополам. Удар наотмашь едва не снес мамлюку голову. Другой мамлюк ткнул копьем в спину короля, но Джон шагнул вперед и принял удар на свой щит. Ричард прорвался вперед, оказавшись в пределах досягаемости вражеских копий. Брызги нефти прилипли к навершию его шлема, горя там, словно нимб. Он пронзил мамлюка и оставил свой меч в его животе. Ричард снял со спины боевую секиру и принялся рубить врага размашистыми ударами. Он был на голову выше окружавших его сарацин, гигант среди людей. Он пробивался вперед, его секира ломала древка копий, рассекала кольчуги, отрубала конечности.