Чтение онлайн

Господь наш Иисус Христос, живя на земле в теле, которое от нас ради нас Он восприял, исцелил многих слепых и по телу и по душе; а если кто приведет в счет духовное прозрение, которое выражается в переходе от безверия в веру, от неведения в познание Божие, то и невозможно числом выразить количество слепцов, прозревших благодаря Воплощению Господню: они исчислены — только Тем, Кому и число волос наших известно. Если же мы исследуем прозрение телесных очей, то найдем, что в одном случае многие были исцелены одним словом Христа, другие — единым прикосновением Его; одни — самым припаданием и приближением ко Христу; другие же прияли исцеление от Христа чрез помазание плюновением или брением. Так, когда Он пришел к морю Галилейскому, как повествует Матфей, приступило к Нему множество народа, имея с собою хромых, слепых, немых, увечных и иных многих, которых всех, повергнутым к стопам Его, Он исцелил, так что народ тогда дивился и прославлял Его, видя немых говорящими, хромых ходящими, увечных здоровыми и слепых видящими (Мф. 15:29). Но и когда сидя на жребяти осли, по пророчеству, Он чудесно вошел в Иерусалим, воспеваемый, как Бог, детьми, Он, как и это говорит Матфей, исцелил всех пришедших к Нему хромых и слепых (Мф. 21:14). Когда же Он пришел в Вифсаиду, привели к Нему слепого, как говорит Марк, и просили Его, чтобы Он коснулся его; Господь же, вывед его вон из селения, плюнув ему на глаза, и возложив на него руки, сделал так, что он частично стал видеть; затем, опять возложив на него руки Свои, даровал ему совершенно прозреть. Когда же Он приближался к Иерихону, как Лука повествует, Он исцелил одним словом сидящего при дороге и просящего милостыню слепого, сказав в ответ на его просьбу об исцелении: «Прозри» (Лк. 21:14). Когда же Он шел из Иерихона, как и это Марк повествует, Он даровал зрение опять иному слепому: Вертимею сыну Тимееву, говоря в ответ на его просьбу о прозрении: «Да будет тебе по вере твоей» (Мк. 10:46). И когда в Иерусалиме, увидев слепого от рождения, как Иоанн повествует, Он, и не будучи просим, но Сам подвигнувшись по доброте Своей, плюнув на землю и сотворив брение, и помазав очи слепого, сказал ему: «Пойди, умойся в купальне Силоам»; и пошел он и умылся и пришел зрячим (Ин. 9:1).

Но и после воскресения умершей дочери Иаира начальника синагоги, как мы слышали сегодня благовествующего Матфея, «когда Иисус шел оттуда, за Ним следовали двое слепых, кричащих и говорящих: помилуй нас, Сын Давидов» (Мф. 9:27). Он же вошел с ними в дом и прикоснулся к очам их, говоря им: «По вере вашей будет вам», и исцелнл их. Итак, помимо неохваченных числом исцелений, 6 особо насчитываются и, думаю, что из сущих тогда в Иудеи или окрестностей ее слепых ни один не остался незрячим. Посему и Исаия, как бы от лица Христа предсказал, что Он послан Отцем и Духом Его для того, чтобы «проповедати пленником отпущение, и слепым прозрение» (Ис. 61:1). Почему же Пророк не сказал, что Он послан даровать слепым прозрение, как в действительности это и было, но — послан проповедать слепым прозрение? — Потому, что Господь пришел на землю преимущественно не для того, чтобы отверзать телесные очи, но душевные глаза, которые, чрез Евангельскую проповедь, приобретают прозрение; следовательно, справедливо пророчество говорит, что Господь проповедывал слепым прозрение. Как Сам Господь, вот, увещевает нас искать духовные блага: «Делайте», говоря, «не брашно гиблющее, но брашно пребывающее в живот вечный» (Ин. 6:27); обещает же присовокупить нам и телесные блага, если мы будем искать душеполезных: «Ищите», говоря, «царствия Божия, и сия вся приложатся вам» (Лк. 12:31); так Он поступает и в отношении слепых. Потому что преклонив небеса и сошед на землю по человеколюбию, чтобы чрез Евангельскую проповедь отверсти очи нашей души и даровать нам духовное прозрение, Он присовокупил к сему и исцеление чувственно–незрячих очей. Посему имеется и большое сходство между тем и другим прозрением, я имею ввиду — прозрением по телу и по душе. Потому что как из числа слепых телесными очами, одни сразу же получили прозрение, как, напр., тот, который услышав: «Прозри», немедленно исцелился; другие же — постепенно, как напр. тот, который, прежде чем приял совершенное исцеление, говорил: «Вижу проходящих людей, как деревья»; так и из числа приявших, чрез веру, исцеление душевных очей, одни сразу же его обрели, как напр. тот, который из мытарей сразу же стал Евангелистом; другие же постепенно, как ночной еще ученик — Никодим. И как из числа слепцов по телу, одни единым словом получили исцеление, как напр. Вартимей; а другие — и действием (Христовым): потому что на глаза слепого из Вифсаиды Он и слюну Свою положил; ибо он, как представляется, имел глаза, но — пустые, поскольку глазная влага вытекла из них, которую, чрез божественное тогда плюновение, он получил. От рождения же слепой даже и глаз не имел, посему нуждался и в формировании их из земли, что, чрез смешение брения Владычними перстами, он приял.

Итак, как из числа слепых по плоти, как я сказал одни восприяли исцеление единым словом Христовым, другие же — и действием Его, так обстоит дело и относительно приявших исцеление душевных своих очей, т. е., как мы сказали, — изменение состояния от безверия в веру: для одних была нужда в чудесах для того, чтобы они уверовали, как напр. для тех, которые были посланы Иоанном (Крестителем) для вопроса: «Ты ли Тот, Который должен прийти, или ожидать нам другого?» (Мф. 11:3); а другие единым словом восприяли сие, уверовав по самому слуху, как оный сотник, про которого Господь засвидетельствовал, что по вере он превосходит Израиль. Таковы — и те, которые, согласно благовествующему нам сегодня Матфею, восприяли от Христа телесное прозрение; потому что они являют себя уверовавшими и прежде исцеления; будучи же слепы, конечно, они могли уверовать только по слуху. Ибо говорится: «Преходящу оттуду Иисусови, по Нем идоста два слепца, зовуща и глаголюща: помилуй ны, Сыне Давидов» (Мф. 9:27). Как бы они следовали, как бы следуя, просили, и то взывая, и то в таком горестном положении (умоляя) прозрение слепых очей их, если бы они не веровали? — Но и дальнейшее покажет веру этих слепых. «Преходящу же», говорится, «Иисусу оттуду». Откуда «оттуда» и почему Евангелиста, вставляет это слово? И не только в этом месте, но и немного выше, ибо говорится: «Преходя Иисус оттуду, виде человека седяща на мытнице, Матфеа глаголема» (Мф. 9:9), — сего Евангелиста, которого единым словом Он тогда переделал (в нового человека). Мне представляется, что Евангелист говорит таким образом с целью обозначения, что для разумно слушающих дело должно разуметь и в ином, возвышенном смысле. Потому что тот, кто внимательно рассмотрит все во плоти домостроительство Владыки, сжато представленное в этой (Евангельской) повести, найдет, что она мудро и чудесно возвещена. Ибо Господь имел обиталище в Капернауме. Потому что говорит (Евангелист): «Пришед вселися в Капернаум в поморие» (Мф. 4:13); обиталище же Его в то время, конечно, изображало небо, потому что (это Его обиталище в Капернауме) заключало в себе Того, Который обитает на небесах. Посему и Господь в одном месте и говорит: «И ты Капернауме, иже до небес вознесыйся» (Лк. 10:15).

Итак, как из оного обиталища Он вышел, так, чрез восприятие плоти, Господь исшед с небес, проходя здесь — если возьмешь это в понятии снисшествия Его с небес, то найдешь, что тогда — избрал (Он) Апостолов и исцелил склонность нашего естества к нечистоте; а если возьмешь в понятии Его исшествия из места Его жительства в Капернауме, то найдешь, что (проходя, тогда) Он делами подтвердил Свои ранее реченные слова: потому что тогда претворил Матфея из мытарей в Апостола, а мимоходом исцелил кровоточивую. Но и дошед до умершей дочери Иаира и воскрешением оной явив Себя победителем смерти, слова вернулся туда, откуда вышел. Итак, вернувшись и снова преходя оттуда, Он отверз очи следовавших за Ним слепцов. Так и снисшед, даже до смерти, и Воскресением Своим упразднив державу смерти, восшед (на небо) и снова снисшед (на землю). Он отверз, как написано, ум Своих Учеников для разумения Писания. Они же, исшедши, возвестили Его повсюду на земле, как и о прозревших слепцах Евангелист говорит, что они «изшедша, прослависта Его по всей земли той» (Мф. 9:31). Видите ли ясное (символическое) обозначение в этой истории, можно сказать, всего домостроительства Богочеловека? По этой–то причине и было дважды оказано: «Преходя оттуда», дабы мы разумели в этом исход и возвращение Его. Ибо на подобие сего исхода и возвращения, Он, и как Священник снисшед с божественного Престола и снисшед даже до последних, взойдя снова туда, откуда исшел, воссел (на престол Свой). Итак, за Господом, Который в возвращении (Своем в Капернаум) шел мимо, следовали двое слепцов: (символически) изображая собою два народа: иудеев и язычников [133] . Вопияли же они, говоря: «Помилуй ны, Сыне Давидов», показывая, что Он — возвещенный Пророками и ожидаемый (Мессия) [134] . Господь же, исполняя Свое домостроительство и вместе с тем испытывая или же являя веру слепцов, ведет их за Собою, молча (в ответ на их просьбу) до того момента, как вошел в дом, из которого вначале вышел. Затем говорить им: «Веруета ли яко могу сие сотворити? — Глаголаста Ему: Ей, Господи». Не по неведению он вопрошает, но для того, чтобы для незнающих сделать явной веру слепцов. Посему и когда прикоснулся к глазам их, Он прибавил: «По вере ваю (вашей) буди вама». «И отверзостася очи има», во свидетельство того, что они веровали и вместе для показания: Кем является Сам Тот, в Которого они веровали: Он — Бог и Человек; потому что, как человек, Он был и Сыном Давида и Своими руками прикоснулся к их глазам и чувственным образом произносили слова; а как Бог и Творец света, даровал свет помраченным глазам. Поскольку же еще не пришло время для того, чтобы Он был явлен для всех, потому что это было сохранено до времени после Страсти Его и из мертвых Воскресения, Он «запретил им, глаголя: блюдита да никтоже увесть», заповедуя им с большой строгостью молчать о совершившемся. Они же, «изшедша прославнста Его по всеми земли той». Как представляется, если бы им не было заповедано молчать, то они стали бы всемирными проповедниками Его силы, а так, приняв Его распоряжение, они удержались от того, чтобы идти дальше, но не стерпели, чтобы не проповедывать в ближайших краях. Таким образом, последовавшие за Христом слепцы, совершенно просветились не только по плоти, но и по душе.

Итак, последуем и мы, братие, за Светом, просвещающим и душу и тело. Пойдем к сиянию Его, и как бы во дне Господнем будем благопристойно шествовать. Прославим Его добрыми нашими делами и (тогда) взирающих на нас приведем к тому, чтобы они Его прославляли. Будем бежать от противоставящегося мрака, каковым является грех и князь греха диавол. Этот Свет, сущее Солнце всякой Правды, целомудрия, мира, сострадания, долготерпения, любви и, вообще, всякой добродетели, делает участниками тех, которые приближаются к Нему; противоположный же мрак, будучи тьмою греха, делает приближающихся к нему блудниками, прелюбодеями, злопамятными, малодушными, беспутными, хищниками и, вообще, исполненными всякого зла. Потому что каким образом, скажи мне, мы можем различить верного от неверного, просвещенного от непросвещенного, это то же что сказать: крещеного о Христе и сочисленного Христу — от некрещенного и сочисленного диаволу ? — Разве не на основании слов? не на основании ли дел? не на основании ли нравов? Так что тот, кто в этом уподобляется непросвещенным, однако утверждая, что он крещен о Христе, — не очевидно ли, что он соответствует тем, о которых говорит Апостол, что: «Бога испаведают ведати, а делы отмещутся Его, мерзцы суще и непокориви, и на всякое дело благое неискусни» (Тит. 1:16) ? Итак, скажи мне, к кому мы причислим этих исповедающих и вместе отрекающихся Бога? — К верным ли? — Но делами они отрекаются. К неверным ли? — Но языком исповедают. Воистину они — какое–то двуличное и труднопредставляемое себе чудовище. Однако, предварив, Псалмопевец разрешил наше недоумение, говоря: «Воздаст Господь комуждо по делом его» (Пс. 61:13). Сам же Господь назвал безрассудным такого человека, который слушает Его слова, и, однако, не исполняет их. Павел же, с небес призванный Апостол, говорит, что: «Воздаст Господь овым убо по терпению дела благого, славы и чести и нетления ищущим, живот вечный; ярость же и гнев, скорбь и теснота на всяку душу человека творящаго злое» (Рим. 2:6–9). И еще: — «Не слышателие бо закона праведни пред Богом, но творцы закона оправдишася» (ст. 13). И: — «Иже в законе хвалишися, преступлением закона Бога безчествуеши» (ст. 23).

Итак, братие, как сам Павел сказал Иудеям, что «обрезание пользует, аще закон твориши: аще же закона преступник еси, обрезание твое необрезание бысть» (ст. 25), так не будет неправильным сказать вам, что вера приносит пользу, если кто живет по совести и очищает себя, путем исповеди и покаяния, и заветы, сделанные им с Богом при божественном Крещении, проводит в дело; если же ослушается совести и отвергнет заветы, вера такого человека становится неверием. Потому что на основании чего мы возымели веру, что крестившись, спасемся? — Конечно, на том основании, что услышали слова Господни: «Иже веру имет и крестится, спасен будет: а иже не имет веры, осужден будет» (Мк. 16:16). Поскольку же Сама Истина привела и то и другое, т. е. — необходимость веры и Крещения, то невозможно спастись тому, кто не желает креститься, хотя бы он и утверждал, что якобы верует, а также и тому, кто не верует, хотя бы он и был крещен. Но, скажешь, что всякий крестившийся, верует. Но послушай, что говорит Апостол: «Покажи ми веру твою от дел твоих» (Иак. 2:18). Посему и Господь соединил веру с божественным Крещением, сочетая соблюдение Его заповедей, происходящее по причине веры, с крещением. Потому что, говоря сначала Ученикам: «Шедше в мир весь, проповедите Евангелие всей твари», Он затем прибавил: «Иже веру имет и крестится, спасен будет». Что же говорит в проповедуемом посланными Евангелии и как, говорит, необходимо веровать слушающим? — Конечно, то — что знающий заповеди Христовы и исполняющий их и соблюдающий, тот является любящим Его; и что чрез терпение и стесненный и воздержанный образ жизни возможно стяжать спасение и что, если праведность наша не превзойдет праведности книжников и фарисеев, мы не войдем в царство небесное (Мф. 5:20). Ибо это — то, что (Господь) заповедал им возвещать в Евангельской проповеди.

Следовательно, тот — верующий, кто имеет тщание соблюдать божественные заповеди; не радящий же исполнять и соблюдать их, и даже не видящий ущерба в том, чтобы не соблюдать, и не хотящий путем покаяния вернуться к соблюдению божественных заповедей, такой не будет и числиться среди крещенных, хотя бы он и утверждал, что крестился. Ибо (Христос) говорит, что «растешет его полма, и часть его с неверными положит (Мф. 24:51). Но в отношении нас это еще пока находится в области угроз, поскольку Владыка человеколюбиво ожидает нашего покаяния; Иудеев же, для нашего вразумления, Он разделил здесь, и лишил родства с Собою и с Авраамом, говоря им: «Вы отца вашего диавола есте, и похоти отца вашего хощете творити» (Ин. 8:44). И еще: — «Аще чада Авраамля бысте были, дела Авраамля бысте творили» (ст. 39). А то, что они были от рода Авраама, кто не знает сего? Так что если различие в делах и нравах сводит на нет даже кровное родство, и по крови сыновей извергает от сыновства, то как же нас, которые не имеем кровного родства со Христом, различие в делах и нравах (между Ним и нами), не лишит божественного усыновления и не счислит с супостатом?

Но все это и Господь удостоил человеколюбиво возвестить, и мы, хотя и сами подвержены тем же страстям, дерзаем вам говорить, чтобы нам сего не делать, чтобы нам не страдать этим, чтобы не подвергать самих себя осуждению для неключимых до конца. Потому что ныне возможно — не только избежать сего путем покаяния, но и, благодаря плодам покаяния, соединиться и уподобиться Сыну Божию, могущему из недостойных сделать достойными и чрез Себя усыновить Высочайшему Отцу, и сделать наследниками и сонаследниками Своей и Отеческой славы и царства, что да будет всем нам получить в Самом Христе Господе нашем, с Которым Отцу слава со Святым Духом во веки веков. Аминь.

«Бог смерти не сотвори, ни веселится о погибели живых» (Прем. 1:13). Если же Господь не сотворил смерть и не является виновником всех идущих вместе со смертью тягот, то откуда же у нас немощи и болезни и иные виды зла, из которых и смерть рождается? Откуда же и сама смерть? — Вследствие нашего, бывшего в начале, преслушания Богу; вследствие преступления данной нам Богом заповеди; вследствие нашего прародительского греха, бывшего в раю Божием. Таким образом и болезни и немощи и многовидное бремя искушений происходит от греха; потому что вследствие его мы оделись в кожаную ризу — сие болезненное и смертное и подверженное многим печалям тело, и перешли в этот подвластный времени и смерти мир, и осуждены жить многострастной и весьма несчастной жизнью. Итак, как бы болезнью является путь, короткий и тяжкий, на который грех ввел человеческий род и завершительным пунктом сего пути и концом путешествия является смерть. Бог же не только не сотворил смерть, но и удерживал ее появление. И поскольку создал человека живым существом, обладающим самовластием [136] , то и не мог бы Он воспрепятствовать ей без того, чтобы тем самым не нарушить Свое дело, тем что отнял бы данную Им нам свободу власти над собой. Но в Своей премудрости и благости Он нашел способ: каким образом предостеречь человека от смерти и в то же время сохранить неприкосновенной свободу его воли. Как же Он это сделал? — Как только создал и оживотворил его, Он внушил ему совет, заключающей в себе бессмертие, и усиленно подкрепляя этот животворящий совет, Он дал ему форму заповеди и отчетливо предрек, что за нарушением этой живительной заповеди, последует смерть, и не так смерть по телу, как — смерть души, говоря оной паре наших прародителей: «В оньже аще день снесте от древа, еже разумети доброе и лукавое, смертию умрете» (Быт. 2:16–17). Обратите внимание: не говорит им в форме повеления: в тот день, когда съедите, вы умрете; потому что веление Его является тем самым началом бытия для всего (того, что устанавливает Его повеление), и (как сказано): «Той повеле, и создашася» (Пс. 32:9); смерти же Он не велел быть, но предсказал, что она будет на основании преступления, говоря: «Да не снесте от древа; в оньже аще день снесте, умрете», дабы, сохраняя совет и бежа от преступления, мы не подверглись смерти. А то, что Он сказал тогда не о смерти тела, а о смерти души, видится на том основании, что они телесно не умерли в тот день, когда вкусили от запрещенного древа.

Но в чем выражается смерть души? — В оставлении Божием. Потому что как тогда, когда на лицо свет, невозможно, чтобы в том же самом месте была и тьма, но когда свет покинет место, настает мрак, имеющий свое бытие не от света, но от тени, бывающей тогда, когда свету прегражден доступ; так и тогда, когда Бог, сущий Сама Жизнь и Жизнь всех живущих и особенно живущих духовной жизнью, присутствует в наших душах, невозможно, чтобы и смерть там была. Когда же Бог оставит ее, приближается к ней смерть, имеющая свое бытие не от Бога, но по причине оставления души Богом, а причина сему — грех. Видите, что смерть не — от Бога, но — от греха? Но каким образом оставляет душу Тот, Кто — вездесущий и Который нигде не отсутствует? — Тем, что сперва она сознательно оставляет Его и что Он не применяет силу в отношении самовластной души; так что не Бог, создавший нас, а сами мы являемся для себя виновниками оставления нас Богом. Так что, увы, мы являемся родителями собственной смерти, сознательно оставившие создавшего нас для жизни и всегда присутствующего и животворящего Собою Владыку, являясь подобными тем, которые в самый полдень смеживают свои глаза и намеренно отстраняются от света, хотя и сущего здесь и осиявающего их. Потому что, оставив живительный Свет и по причине преступления оставив Бога и сознательно отступив от Жизни, мы приняли смертоносный совет сатаны и этим сами в себе поселили его, сущего мертвого духа, как уже прежде оставившего Бога и ставшего самого виновником для нас умерщвления и смерти, пока, говорю, смерти души, которая, когда отделится от Бога, как говорит Павел, «живая умерла». И даже жизнь ее (в таком состоянии) хуже — смерти. Потому что она — инертна на всякое доброе дело, энергична же бывает на всякое зло, сама на себя сплетая козни и самоубийственным злом непрестанно толкая себя на худшее. Быть может, многие винят Адама за то, что он так легко послушавшись злого совета, нарушил Божию заповедь, и вследствие нарушения ее стал для нас виновником смерти. Но не одно и то же: прежде опыта желать вкусить от какого–нибудь смертоносного растения и — после того, как стало известно по опыту, что оно — смертоносно, страстно желать ясть от него. Так что более заслуживает порицания тот, кто, когда уже опыт был, поглощает яд и несчастным образом навлекает на себя смерть, чем — тот, кто прежде опыта поступает так и терпит (последствия сего).

Адам, вот, прежде опыта, послушавшись злого совета, нарушил совет и заповедь Благого; но, ведь, и каждый из нас, увы, так поступает, несмотря на то, что уже был опыт и результат угроз известен; поэтому каждый из нас, более чем Адам, заслуживает порицания и осуждения. Но (скажешь) — в нашей среде нет ни одного древа, нет ныне ни Божией заповеди, запрещающей нам вкушать от него. — Но хотя оного древа и нет в нашей среде, однако заповедь Божия и ныне имеет место для нас, покоряющихся ей, и желающих жить согласно ей, освобождающей нас от кары за все наши собственные грехи, а вместе — и от прародительского проклятия и приговора, а нарушающих ее и теперь, и предпочитающих ей совет и доступ лукавого, отсылающая в оную вечную огненную геенну, угрожающую и уготованную для диавола и [137] ангелов его. Какая же это предлежащая нам заповедь Божия? — ПОКАЯНИЕ, начало которого выражается в том, чтобы уже не касаться более того, что запрещено; потому что, после того, как мы были изгнаны из места наслаждения о Бозе и справедливо отрезаны от Божиего рая, и ниспали в эту трясину, и осуждены обитать и проводить жизнь совместно с бессловесными животными, и лишились всякой надежды, — если она еще только была, — на воззвание в рай, тогда Сама Правда, взяв на Себя кару, или лучше сказать — справедливо соглашаясь, чтобы она постигла нас (воспринимая ее на Себя), ныне по избытку человеколюбия и благости, по сердечной Своей жалости, ради нас сошла до нас и став таким человеком, как и мы (хотя и безгрешным), — чтобы подобным научить и спасти подобное, — возвестила спасительный совет и заповедь покаяния, говоря: «Покайтеся, приближися бо царство небесное» (Мф. 4:17); потому что до Воплощения Слова Божия, царство небесное было настолько далеко от нас, насколько небо отстоит от земли; когда же Царь Небесный возъобитал с нами и соблаговолил войти в единение с нами, тогда для всех нас приблизилось царство небесное.