Чтение онлайн

— Передряги?

— Твой наставник преследует тебя. Сейчас ты спасаешься бегством, но… я не могу вечно бегать…

— Знаю, я обуза для тебя…

Я раскрыл глаза и посмотрел на нее.

— Должен быть какой-то выход… Если бы твой дар… Мне ничего не приходит в голову.

— Нет, мой дар плохой советчик…

Я вздохнул и вновь закрыл глаза. Она немного помолчала, а потом едва коснулась губами моей щеки.

— Хороших тебе снов.

Я же еще несколько минут лежал, размышляя, о том, что меня ждет в будущем. Потом я уснул, но эти мысли не оставили меня и во сне. И мне приснилось совсем уж что-то запутанное, несуразное и тревожное. Я увидел Закатную обитель, восстановленную, какую я видел ее в книге у Гейнира. Вокруг нее раскинулись живые земли. А потом неожиданно с моря пришел огромный смерч, поглотил ее и исчез. А на месте обители осталась торчать одинокая башня, и вокруг уже расстилалась пустыня, а океан испарялся, превращался в туман, взмывал закручивающимися спиралями к потемневшему небу и становился там черными грозовыми тучами. И из этих туч на пустыню обрушился целый дождь молний. Они били в песок, обращая его в стекло, а следующие молнии разносили стекло в мелкие осколки. А потом все эти осколки понеслись на меня, ослепляя своим сверканием и болезненно раня. Я проснулся, как мне показалось именно от охватившей все тело режущей боли. Надо мной склонилась встревоженная Нэиль. Рука ее скользнула по моему лицу, вытирая пот смоченным в воде платком. На горизонте солнце вышло только наполовину.

— Ты вскрикнул во сне, — заметила Нэиль. — Что тебе снилось?

— Осколки стекла… — произнес я хрипло и прикрыл веки.

Боль с пробуждением не ушла — она осталась. Но болела у меня только голова. Хотя болела она так, что утренний мир темнел в глазах.

— Тебе плохо?

— Нет, голова только болит, — я поднялся и отвернулся от солнца — от лучей у меня резало глаза. — Мне кажется или в этом мире слишком яркое солнце?

— Оно куда более тусклое, чем в предыдущем, — Нэиль не на шутку встревожилась.

— Значит, это мне кажется из-за головной боли, — я глянул на Шэда, который разбуженный нашими голосами потягивался.

Потом он встретился со мной взглядом и мигом вскочил на лапы, а шерсть на нем встала дыбом.

— Шэд, ты чего? — я протянул руку, прошелся пальцами по его морде и жесткой гриве.

Его язык скользнул по моей ладони, но я ощутил его страх и напряжение.

— Тэрсел, с тобой точно все в порядке? — вновь спросила Нэиль.

— Бывало хуже, — отрезал я и поморщился.

Я подкинул сушняка в кострище, развел огонь и вскипятил воду. Потом мы заварили травяной чай. После это боль отпустила меня, но до конца не ушла. Я посмотрел на тени под глазами Нэиль.

— Плохо спала? — спросил я. — Или тоже снилось что-то неприятное?

— Не знаю… мне кажется это был не сон, а видение… Хотя… слишком короткое и неясное, — она нахмурилась.

— Тебя видения посещают и во сне?

— Да.

— И что там было?

— Какая-то огромная крепость, которую смел смерч…

Я едва не выронил свою кружку.

— А что еще?

— Этот смерч пришел с океана, прошел через остров и вновь ушел в море. На суше осталась от него серьезная рана — выдранные с корнем деревья, травы, даже пояс скал был разрушен.

— В этой башне был кто-нибудь?

— Нет, я не видела никого, и она была словно давно заброшена…

Я достал тетрадь и показал Нэиль.

— Эта?

— Да… Это что же — Закатная обитель?

— Да.

— Но… Нет, я не должна рассказывать тебе, Тэрсел!

— Я видел то же самое, что и ты. А может быть наоборот…

— Но как такое может быть? Неужели из-за гипномагии?

— Только она объясняет одинаковые сны…

— Но что же нам делать? Ты можешь случайно увидеть мои видения, а это не принесет ничего хорошего…

— Это пройдет, Нэиль. Просто я немного устал.

Однако следующие три дня обернулись повторяющимся кошмаром. Мне привиделся мир Рубежа. Я, Нэиль и Шэд стояли на самом краю равнины, а за нами расстилалась непроглядная тьма. Мы старались не оборачиваться и не смотреть в бездну. Где-то там внизу обнаружились звезды, что придавало пропасти невероятнейшую глубину. Где-то под нами далеко в черноте медленно плыла комета, таща за собой невесомый белый шлейф. К нам же приближалось двое, хотя и на приличном расстоянии друг от друга. Первым шел наставник Нэиль. А от крепости к нам спешил Гейнир. И я, понимая, что загнан в ловушку раскрыл портал. «Вам некуда бежать, кроме как в Срединные миры! — засмеялся Воргах. — Один всего лишь шаг — что тебе стоит?» «Не подпускай его близко! — в голос Нэиль закралось отчаяние. — Если он подойдет ближе, я не смогу сдерживать его магию!» «Тэрсел! — крикнул Гейнир. — Я предупреждал тебя!» Воргах приближался. Ледяной ветер дул мне в лицо, и я чувствовал, как застывал он, как замирало в воздухе облачко пара от моего дыхания. Откуда-то из безоблачного неба на нас стали падать снежинки. За спиной же из портала несло еще большим холодом. «Я должен вернуться домой, Варгох! — крикнул я и притянул к себе Нэиль, а моя рука с кинжалом оказалась у ее горла. — И мне ничто не помешает!» Я чувствовал, как дрожала Нэиль, как из ее рта вырвалось всхлипыванье. «Я — темный маг, Варгох. Ты думаешь, что-то остановит меня? — я хрипло рассмеялся.» Варгох остановился. «Тебе не уйти далеко…» «Ты не понял? Я помню — вас связало время. Значит, умрет один, умрет и другой! Я не буду больше бежать!» Мой клинок полосонул шею девушки, и Нэиль как тряпичная кукла упала на снег. Варгах с искаженным от боли лицом упал следом.

Я с криком проснулся. Нэиль сидела, сжавшись в комок по другую сторону костра, и не сводила меня напряженного взгляда.

— Как часто тебе сниться этот сон? — спросила она дрогнувшим голосом.

— Это всего лишь сон…

— Может, и нет…

— Хочешь сказать, что я опять увидел видение?

— Да, но это всего лишь вариант будущего, и я надеюсь, что он не сбудется.

Я мрачно молчал.

— Я вижу его третий день подряд, — произнесла она негромко. — Ты, наверное, тоже. Тэрсел, ты должен кое-что сделать для меня. Ты должен защитить меня от гипномагии… Если это, конечно, возможно…

Я вздернул на нее удивленный взгляд.

— Зачем?

— Чтобы обезопасить, прежде всего, самого себя, — пояснила она. — Ты можешь ненароком подсмотреть мои видения, а их, как я уже сказала, не стоит тебе видеть. Сейчас во сне это произошло снова…

Я поднялся, нашел фляжку, сделал несколько глотков воды и умыл лицо.

— Хорошо, я сделаю это.

— Это будет какой-то магический артефакт?

— Нет. Я защищу тебя напрямую, — я склонился к девушке и осторожно провел пальцами по ее бледной щеке. — Это всего лишь сон, Нэиль.

Потом я взялся за приготовление завтрака. Нэиль некоторое время недоуменно молчала.

— Хочешь сказать, что ты уже это сделал?! — воскликнула она.

— Это недолго, — я протянул ей хлеба и сыра.

— Спасибо!

Мы молча поели. Я достал ножик и принялся рассеянно вырезать из подобранной сухой ветки фигурку виденного мной во сне колдуна. Нэиль вновь уткнулась в книжку.

— Сколько тебе осталось? — полюбопытствовал я. — И как продвигается твое обучение? Хотелось бы что-нибудь увидеть помимо того перышка.

— Из обещанного мной месяца осталось два дня, — ответила она. — После этого я покажу тебе. Пожалуй, я все-таки смогу удивить тебя.

— Хотелось бы, — я на миг оторвался от своего занятия, взглянул на ее сосредоточенное лицо и фыркнул, и тут же поплатился за свой скептицизм, порезав указательный палец на левой руке.

Однако слова ругательства замерли на моих губах. Из раны на землю капала черная кровь, а я почувствовал подкатывающуюся к горлу дурноту.

— Тэрсел, что случилось? — Нэиль бросила книгу и, опустившись подле меня, осторожно прикоснулась к раненой руке.

И тут же издала сдавленный стон. Я посмотрел на нее и увидел, как по ставшему мертвенно-бледным лицу катятся слезы.

— Прости, Тэрсел, — прошептала она. — Я не знала… Я…

— Скажи мне!

— Я не могу! — с ее губ сорвалось отчаянное рыдание.

— Ты видела это?! — воскликнул я. — Что это значит? Пожалуйста!

Нэиль закрыла лицо руками.

— Твоя кровь почернела, его проклятие все-таки настигло тебя, — прошептала она едва слышно. — Что будет дальше, тебе известно…