Чтение онлайн

— Все это условности… но если это так необходимо… — я оглядывался, пытаясь понять, куда мы переместились. — А почему ты защитил обитель от открытия порталов? Эрслайт сказал, что якобы она была защищена до своего разрушения.

— Это так. Но, наверное, это не будет лишним, если ты обнаружил пять тысяч магов…

— Гейнир — не враг Закатной обители.

— Ты так уверен в этом? Что ж, тогда считай, что это защита от срединных магов и от тех пресловутых предателей, — его рука сжала мне плечо. — Не вертись — мы недалеко от Мидла, между Вудлэндом и Ли. Все-таки, ты мне иногда кажешься легкомысленным, Тэрсел…

— Разумеется. Я предупреждал, что мне не следует отдавать знак власти.

— Но только кажешься, — уточнил Игниферос. — Ты должен рассказать мне историю до конца.

— И чем хорошо это место? — пропустив его слова мимо ушей, поинтересовался я — вокруг, насколько хватало глаз, раскинулись луга. — Нас, кстати, уже заждались.

— Это место символично — именно сюда мы ступили, бежав из поверженной Закатной обители…

Действительно, глядя на раскинувшееся разнотравье, вдыхая ароматный воздух после того ужаса, который они пережили, эту землю можно было назвать благословенной.

Мы подошли к ожидающим нас магам.

— Сейчас нам не мешало бы взглянуть на магию времени, — произнес Игниферос. — Нэиль!

Нэиль кивнула. Сначала она показала, как вокруг нас застыло время. Стих ветер, больше не шевелились под его напором травы, а над нашими головами застыл в воздухе жаворонок. Дыхание слегка затруднилось и возникло легкое ощущение, что вокруг нас все стало вязким, словно воздух по густоте стал подобен воде. Потом Нэиль вновь вернула все как было. После этого она попросила Ретча попасть под течение времени. Когда это произошло, весь Совет с изумлением взирал на мага, ставшего неподвижным подобно статуе. Они по нескольку раз обошли вокруг него. Мерлинда даже тронула своего брата за руку, а потом приникла ухом к его груди. Сердцебиения она не услышала и испуганно посмотрела на Нэиль.

— С ним все в порядке, не тревожься, — Нэиль улыбнулась, и в тот же миг Ретч, освобожденный огляделся.

— Даже не заметил ничего, — он задумчиво потер подбородок. — И сколько прошло времени?

— Минуты три, — ответил я.

После Ретча остальные тоже захотели испытать магию на себе. Только Авориэн и Мерлинда решили, что им хватит посмотреть со стороны.

Авориэн спустя несколько минут подошла ко мне.

— Необыкновенно обаятельная девушка, — заметила она. — Вчера ты дал своей матери правдивый ответ? Ты спас ее согласно закону темной обители или из-за чего-то другого?

— Из-за своей, глупости, конечно, — отозвался я. — Сначала я спас этого ублюдка императора, потом ее. У меня день был такой — совершать ошибки.

Она взяла меня за руку и заглянула в глаза.

— Тэрсел я тебя спрашиваю серьезно.

— Она считает меня своим братом, если тебе это о чем-то говорит… Прости.

— А ты? Не хочешь ли ты сказать, что ты не смотришь на нее как на привлекательную девушку?

— Бывает иногда, — не стал скрывать я. — Эви, ты знаешь, я не идеален… но…

— Да, я знаю. Но мне нужна правда, какой бы она не была.

Я вздохнул.

— Мы слишком много пережили вместе за эти десять лет. И все это время мы спали бок о бок… Если ты так хочешь знать, у меня были другие женщины, но Нэиль среди них не было… — я увидел как дрогнули ее губы и притянул ее к себе. — Эви, ты же знаешь, я никогда никого не любил кроме тебя…

— Тэрсел, — в голосе Игнифероса послышался упрек.

— Что, я не могу обнимать собственную жену? — поинтересовался я с недовольством, так и не выпустив зардевшуюся Авориэн.

— Пока еще нет, — возразил Игниферос. — Церемония вам не повредит.

— Какая еще церемония? — я мгновенно выпустил Авориэн.

От воспоминания, с какого торжества я однажды похитил Авориэн, мне стало не по себе. Игниферос строго посмотрел на меня.

— Это событие могло бы стать праздником для всей обители…

— Это ты так собрался загладить вот это? — я тронул амулет власти. — Ни за что! И в темной обители подобное не было принято.

— Я тоже против, — неожиданно поддержала меня Авориэн. — Только для самых близких и членов Совета.

— Ну что я могу сказать, — ворчливо отозвался Игниферос. — Вы достойны друг друга…

Он раскрыл портал, и мы вернулись обратно в зал Совета.

— Тэрсел, а ты не пробовал овладеть этой магией? — спросил Бэйзел.

— Объяснения Нэиль ничего мне дали.

— А если воспользоваться гипномагией? — поинтересовался Игниферос.

— Я не могу.

— Почему?

На меня смотрели с непониманием. Я же глянул на Нэиль.

— У Нэиль есть еще один дар — она провидица. У меня нет желания смотреть свое будущее.

Игниферос смотрел на меня с недоумение, потом нахмурился.

— Ты мог бы оградить часть ее разума, — возразил он.

— Попробуй как-нибудь сам… — заметил тихо я.

— Что ж… Нам есть над чем подумать, — произнес Игниферос. — А пока на сегодня хватит.

И он отпустил всех, многозначительно взглянув на меня. Я на миг задержался.

— На ней защита от гипномагии, Тэрсел, — заметил он тихо. — И очень хорошая защита.

— Что ты хотел узнать у нее? — поинтересовался я.

— Даже если ты доверяешь ей — она срединный маг!

— Мы пробыли вместе десять лет, — я упрекнул Игнифероса. — Нэиль не способна причинить вред кому бы то ни было в Закатной обители. Я могу поручиться за это, если ты сомневаешься.

— Но зачем ты защитил ее от гипномагии?

— Ее видения… прорывались в мои сны…

— Ты сказал, что совладал со своими снами, Тэрсел. Что гипномагия больше не проявляется в сновиденьях. Или же… все вновь изменилось?

— Нет, но… Мне кажется, что дар провиденья имеет… некую схожесть с гипномагией, совсем легкое воздействие… — Игниферос в удивлении воззрился на меня и нахмурился, и я небрежно добавил: — На особо впечатлительных.

— Очень интересно. Как бы там ни было, я хочу, чтобы ты снял свою защиту с Нэиль, и я смог с ней побеседовать.

— Если ты считаешь это необходимым…

— Возможно, это даст понимание временной магии. Ты не задумывался об этом?

— Задумывался, но… Я не смог почувствовать магию времени, когда Нэиль показала мне. Ты ведь сейчас тоже ничего не ощутил?

— Нет.

Я поглядел на ждавшую меня Авориэн.

— Ты куда-то спешишь? — Игниферос посмотрел на меня с неодобрением.