Чтение онлайн

боюсь, что ты останешься один.

– А как насчёт тебя, Николай, - Антон скрестил руки на груди и одарил графа

пристальным взглядом. – Если никто меня не поддержит, то поддержишь ли ты?

– Да, конечно, поддержу, - палец, на котором было надето аметистовое кольцо, дрожал.

– Независимо от того, что произойдёт, ты не причинишь вреда Соне, - глаза принца

сузились, и он подошёл к графу ближе, будто наступая. – Ясно?

Предчувствия Николая глубокими ранами жгли мою грудь. Что он имел в виду? Как граф

может мне навредить?

– В любом случае, она должна оставаться в целости и сохранности, - Антон столкнулся с

князем нос к носу. – Если нет, то, будь уверен, я отомщу. Я не брезгую насилием, если оно

действительно оправдано. И у меня есть достаточно союзников, готовых мне помочь. Всё

ли тебе понятно?

Я сразу же вспомнила то, как принц, в ночь бала, был готов занести клинок над Валко и

ударить в любой момент.

– Да, - я не знаю, блефовал ли Антон о количестве своих союзников, но Николай сделал

шаг назад. Его руки стали трястись ещё сильнее.

– Тогда мы должны вернуться в зал заседаний, но подозрений возникнуть не должно. Нам

нельзя появиться там вместе. Николай, выходи первым. Через несколько минут, Соня, ты

выходишь за ним. А когда почувствую, что это безопасно, выйду и я.

– Замечательно, - сказал Николай так, будто порядок того, как мы покинем эту комнату, стал единственным достойным планом, который мы обсудили. Николай поклонился и, не

теряя ни минуты, вышел из комнаты.

– Почему ты ему так угрожал? – я кивнула Антону. Граф уже закрыл дверь, а я пыталась

понять, что произошло. – Это на тебя не похоже. Ты ведь веришь в то, что все должны

делать свой выбор без принуждения.

Он не ответил. Он взял меня за локоть и подвёл к ближайшему окну.

– Что ты делаешь, - спросила я. В моей ауре появилось чувство его внезапной тревоги. Я

нахмурилась, всматриваясь в большую оконную раму: она начиналась у ног и

заканчивалась аркой под потолком. Занавески приятно шелестели, когда он прижал меня к

ним. Почему он сделал это?

– Не имеет значения, что со мной произойдёт, - сказал Антон. Его аура обжигала мой

позвоночник. – Но ты должна выжить. Без тебя всё потеряно.

– Ты тоже должен выжить, - я не понимала, что на него нашло. Мои ноги подкосились от

одной-единственной мысли, которая пришла мне в голову. – Ты же не уезжаешь?

– Я останусь с тобой так долго, как только смогу, - почему всё это звучит так, будто в

скором времени мы должны расстаться?

– Если ты говоришь обо всё, что происходит здесь, то ты будешь бороться, - сказала я. Это

больше напоминало приказ, чем вопрос. – Если ты не хочешь брать в руки оружие, чтобы

защитить себя, то это сделаю я, - он не был единственным, кто хотел защищать. – Я

возьму твою саблю и буду твоим щитом.

Он улыбнулся, но улыбка была слишком печальной. В зареве солнца, можно было

увидеть, как пыль ложится на его освещённое лицо. Это напомнило мне о том дне на

заседании совета. Так он казался святым, хоть мы и стояли слишком близко друг к другу.

– Ты прекрасно справишься, - сказал он, хотя я понимала, что он подразумевает что-то

другое. – Ты была рождена, чтобы это сделать.

– Антон, - я положила руку ему на грудь.

– Пусть ты и не была рождена, чтобы быть со мной, - он напрягся, лишь только я

прикоснулась к нему, а его вид стал более решительным.

– Я думала, ты веришь в равенство, - я опустила руку, сжимая пальцы. – Неужели я

недостаточно хороша для тебя?

– Соня, - он нахмурил брови, будто его поразила боль. – Я когда-нибудь заставлял тебя

думать, что это так? Равенство – это идеал и часто едва ли достижимый. Во всех

отношениях, ты – лучшая.

Моё сердце наполнилось любовью к нему. Я моргнула, и слёзы стали падать на щёки.

Почему у меня было чувство, будто это – финал? Будто сейчас кто-то выстрелит и стекло

разобьётся?

Нет, это не может быть концом. Я не позволю этому быть концом всему. Только если он

действительно не понимал, что я к нему чувствую.

За дверью послышалось волнение. Топот сапог становился громче и приближался всё

ближе.

– Сюда! – закричал кто-то.

– Николай, - выругался Антон и сплюнул.

– Граф предал тебя? – мои глаза расширились от недоумения, которое это у меня вызвало.

– И ты знал, что всё произойдёт именно так.

Для того чтобы спасти свою собственную голову, Николай, возможно, рассказал о том, что Антон причастен к революции, даже несмотря на то, что присягнул принцу на

верность.

Приглушённый звук сабель, рассекавших воздух. Натиск Императорской Гвардии. Они

близко.

– Обещай, что даже не пикнешь, - Антон толкнул меня за штору.

Я опёрлась об оконную раму и прищурилась, всматриваясь в лучи солнца. Моё сердце

билось слишком сильно.

– Нет! – я повернулась к нему, откинув назад ткань. – Ты не можешь бросить меня. Я не

буду сидеть, сложа руки, когда они уведут тебя!

– Послушай меня! – Антон скользнул к шторе и схватил меня за плечи. – Я сыграл свою

роль. И теперь я хочу, чтобы ты сыграла свою.

– Но…

– Спрячься, выживи и дойди до императора. Соня, пожалуйста, если ты беспокоишься обо

мне, сделай так, как я говорю, - его лицо в темноте стало более суровым, а мешки под

глазами… Но, всё же, его глаза казались золотыми. Для меня он навсегда останется

королём.

Хриплый шум стражей стал ещё громче. Я же захлёбывалась от волнения. Я не могла

сказать ни слова, поэтому просто кивнула, понимая, что моё сердце разрывается. Затем, его лицо исчезло за шторами, а я вжалась в стекло. Двери буквально слетали с петель.