Чтение онлайн

оставалось никакой надежды на то, что я смогу управлять эмоциями Валко, ведь всё, чего

он хочет – это наказать меня. Я ударила его по тому, в ч1м он был больше всего не уверен

– в том, что его брат любит его больше, чем он думает. И теперь Валко сделает все, что в

его силах, чтобы я за это ответила.

– Что такое? – палец императора всё ещё был у моих губ. – Неужели, я угадал?

Я покачала головой, ведь не могла признаться перед ним в своих чувствах к Антону.

Потому что это будет означать то, что принца казнят раньше.

– Нет, просто… Валко, вы меня пугаете. Ваша аура…

– Да, - он опустился к моим глазам. – Как насчёт моей ауры, Соня? Может, я чувствую

страсть? Или я всегда должен быть сдержанным императором? Ты видишь, каждый день я

доказываю то, какой я император каждому, кто делает вид, что поддерживает меня во

дворце. Что мне сделать, чтобы доказать это тебе? Я дал тебе богатство, - он поднял

сапфировое украшение и потянул меня за воротник так, что наши носы соприкоснулись. –

Статус, - его губы прижались к моей щеке, около уголка рта. – Ради тебя я отказался от

Эсценгарда, - он поцеловал меня в другую щеку, но я втянула её, чтобы не закричать от

ужаса. – Соня, я не уверен, что готов отправить тебя на виселицу, - его губы ринулись к

моему уху, обдавая кожу теплом. – Я до сих пор верю в то, что ты можешь подчиниться

мне во всём.

Я задыхалась от его страстного желания. Оно расцветало внутри него, а затем и внутри

меня. Дикий аромат, который обжигал мой нос.

– Соня, ты неотразима, когда противишься мне. И то, какие тёмные страсти бушуют

внутри тебя, манит меня больше всего, - Валко откинул прядь моих волос за плечо и

прошёлся по коже ногтем. – Я не буду делить тебя со своим братом. Ты принадлежишь

мне. Ты – Прорицательница из Рузанина, которая родилась с даром лишь для одной цели –

служить защитницей императора. Когда, наконец, ты полностью отречёшься от своих

эмоций, я буду единственным, кто будет смаковать это.

Я закрыла глаза. На этот раз я не могла кусаться или хныкать. Всё, что мне оставалось –

это воспользоваться последним шансом? Нужно ли мне обнажить всю тьму своей души,

чтобы стать единой с аурой Валко и достигнуть той точки эмпатии, в которой я могу

проникнуть в его душу, а он – в мою?

Как мне выдержать это?

– Соня, ты хочешь выйти за меня? – спросил он. Его поцелуи чувствовались то на одной

стороне шеи, то на другой. Он будто пытался выпить из моей кожи всю влагу. – Вот

почему ты сдерживаешься? Древний закон Рузанина гласит, что у императора может быть

три жены. Может, после того, как я женюсь на ком-нибудь из высокого класса, я смогу

снизойти и до женитьбы с тобой?

Я вздрогнула, меня пронзило отвращение. Чем больше Валко касался меня, тем больше

ненависти к самой себе я чувствовала. Он не хотел устанавливать со мной связь, но он

выражал какие-то чувства. И все они не исходили из чувства любви.

– А до тех пор… - платье соскользнуло с моего плеча, и его зубы коснулись моей кожи. –

Для тебя найдётся место в моей постели.

– Пожалуйста… - я не могла уйти, чувствуя, как с каждой секундой отвращение к себе

становится всё сильнее и сильнее.

– Пожалуйста, что? – он выпрямился, и его аура вновь покрылась тьмой. – Разве ты не

понимаешь? Будь ты хоть Прорицательницей, хоть моей любовницей. Ты всё равно

будешь моей.

– Тогда, как ваша Прорицательница, я должна попросить вас уйти, - я отшатнулась в

сторону и уже направилась к двери. – Я должна отдохнуть перед судом над принцем и

поэтом.

– Никто из них не появится в суде, - он схватил меня за руку и щёлкнул языком. Его голос

стал холодным и угрожающим, когда он наклонился к моему уху и прошептал: - Их

казнят с первыми лучами солнца.

В ужасе, я открыла рот. Моё сердце вырывалось из груди. Мне казалось, я забыла, как

дышать. Мне нужно было уходить. Сейчас. Найти как попасть в темницу. Найти способ

освободить Антона и Тосю.

– Сегодня ты не бросишь меня, - пальцы Валко сжались, будто кандалы. – Сегодня ты

останешься со мной.

Я ахнула, чувствуя, каким слабым и умоляющим был этот звук. Он притянул меня к себе.

Медленно, ведь он знал, что намного сильнее меня. На моих глазах уже появились слёзы.

Я столько раз убегала от него. Теперь солнце почти скрылось за горизонтом, а последние

солнечные лучи забирала ночь. Я знала, что этот момент в моей волне переломный. В

войне, которую я сама начала. Ведь с первого дня, как только ступила во дворец, я

пыталась сохранить в себе то, что от меня осталось. Мне было необходимо удержать ту

часть меня, которая принадлежит лишь мне, которая является моей честью и свободой.

Часть меня, которую я не буду делить ни с кем. И теперь он лишит меня и его, говоря обо

всех достоинствах и том, какого он обо мне высокого мнения. Всё это ложь. Он не любил

меня. Для него я была не больше, чем грязь под ногами. И он хотел безжалостно

растоптать меня, превращая в ничто, пока Сони не останется в этом мире. Только та, кем

владеют. Ещё один клад, который он держит под замком.

Когда его губы приближались к моим, когда слёзы прожигали моё лицо, моё лицо

обрамляло оранжевое свечение от… медленно уходящего заката? Это выглядело почти

как… огонь. Я посмотрела за его спину, на город, на широкую тропу, которая была

коротким путём к дворцу. Там, на расстоянии, шли несколько... Нет, целый батальон

людей. В моём сердце появилась надежда. Отсюда они выглядели небольшими пятнами,

но они шли. Оранжевое свечение, должно быть, исходило от их факелов.