Чтение онлайн

Нужно было промолчать, но не получается:

– Будешь хвастаться своей игрушкой? – от отвращения к ситуации меня мутит.

– Можно и так сказать, – усмехается бандит. – Надеюсь, правила не кажутся тебе сложными?

– Нет, – приходится ответить.

– Тогда не забудь их, фея. А сейчас подожди. Я помогу тебе выйти из тачки.

Слушаюсь. Какой у меня выбор?

Хотя, возможно, я могла бы попытаться сбежать… Места здесь мне знакомые. Можно нырнуть в проулок.

Вот только куда бежать? Можно подумать, меня где-то ждут… Без документов, без каких-либо вещей – я просто бомж.

Да даже с документами я бомж. Жила в подсобке трах-клуба и каждый день слушала, как жарят наверху девочек Регины.

Конечно, я затыкала уши берушами или включала наушники, но все равно понимала, что там происходит. И больше всего боялась, что меня ждет та же участь. Что не смогу как-то иначе устроиться в жизни.

А потом появился Тагир…. И он забрал последнюю надежду.

Ахметов подает мне руку. Выхожу из машины. Пока идем до ресторана, крепко держу его под руку. Так мне почему-то спокойнее.

От волнения повышается не только тревожность, но и почему-то возбуждение. Мои соски крепнут, становятся чувствительными и еще сильнее выделяются под платьем.

В ресторане уже много народу. Часть людей мне известна – отец общался с ними.

Но здесь не только мужчины, но и женщины. Ухоженные, красивые в явно дорогих нарядах.

Все обращают на меня внимание.

Рассматривают.

Кажется, на лицах мужчин видна особенная заинтересованность. Особенно, когда, изучая мое тело, облаченное в платье, они замечают торчащие соски.

Мужчины похотливо облизываются, словно представляют, как будут делать со мной что-то неприятное.

Или я это все выдумываю…? Страх говорит во мне.

Посреди зала накрыт большой стол. Он буквально ломится от угощений. Мы с Тагиром проходим через весь, останавливаясь во главе. Ахметов помогает мне присесть, отодвигает стул.

Нашему примеру следуют другие. Пока все присутствующие не занимают свои места.

Мне кусок в горло не полезет.

– Помнишь правила? – интересуется Тагир.

Получается только кивнуть.

– Тогда следуй им.

27

Есения

Сказать, что мне страшно – не сказать ничего.

Спокойнее лишь оттого, что Тагир рядом.

Пока он тут, я могу быть уверена, что ничего не случится.

Так ведь?

Или все же бояться Ахметова нужно сильнее всего, ведь остальные не источают столько силы и опасности?

Он не выказывает мне каких-то знаков внимания. Ни обнимает, ни держит за руку. Все, что мне достается – ощущение его близости. Вот он. Совсем рядом. При нем меня никто не тронет. Это так я себя успокаиваю.

Только совсем не получается переключиться с ожидания беды. У меня легкие сжимаются, потому что во всем этом мероприятии точно есть подвох.

Но я должна делать то, что скажет Тагир, и тогда будет безопасно. Он именно так обещал. И поэтому сейчас, когда было приказано сесть за стол и начать трапезничать, я пытаюсь делать это. Маленьким кусочками и с огромным трудом пропихиваю в себя пищу.

Остальные тоже едят.

Официанты приносят горячее и, кажется, удовлетворяют все прихоти гостей.

А потом… потом рыжий мужчина, что приходил к Тагиру в день, когда я бросилась к нему с пистолетом, поднимается со всего места и берет слово:

– Надоело ждать, Тагир! Поквитаться с Астаховым многие хотят.

Меня сковывает ледяным ужасом. Позвоночник словно пробивает прутом. Ясно же, что речь обо мне.

– Знаешь, что я больше всего чту, Лис, даже после смерти? – спокойно интересуется Тагир.

Он холодный и отстраненный. И мне не нравится направление разговора, зародившегося во время обеда.

– Договоренности. И никогда их не нарушаю.

– Мы все уважаем тебя, Тагир. Но есть вещи, которые касаются всех.

Вспомню, как этот урод просил отдать меня ему. Но Ахметов не отдал. И сейчас не отдаст. Так ведь?

Я хочу быть в этом уверенной, но не получается убедить себя ни в чем. Обстановка напряженная, и, кажется, я чувствую, как заряженный воздух касается моей кожи.

– Есения, – когда бандит произносит мое имя, мне в голову будто вонзается миллиард острых длинных игл сразу. – Поднимись.

– Тагир… – молящие шепчут мои губы.

– Я сказал: «поднимись»! – безапелляционно повторяет мужчина.

Он говорил, что я должна слушаться, если хочу, чтобы все прошло хорошо. А я этого очень хочу.

Мне приходится подчиниться.

Встаю. Десятки взглядов устремляются на меня. Даже в доме с Тагиром, будучи полностью обнаженной, я не чувствовала себя такой голой, как сейчас. Словно обнажено не только мое скрытое длинным темным платьем тело, но и душа. Она разворачивается, принося невообразимую боль внутри.

Закрываю глаза, чтобы не видеть эти сальные похотливые взгляды.

– Красивая, правда? – слышу рядом голос Тагира. – Маленькая. Нетронутая. Астахов хорошо ее берег. Такую сучку грех на болт не насадить, так что я вас понимаю.

Тагир… что ты делаешь?

Неужели, он не понимает, что топчет остатки моей души грязными ботинками?

Я все еще с закрытыми глазами. По помещению ресторана, что за мгновение стало слишком тихим, разносится щепоток.

На этот раз не получается сдержать слезу, и она быстро катится по щеке. За ней вторая. Они оставляют после себя горящую влажную дорожку.

Я могла бы побежать сейчас. Закричать. Пообещать ублюдкам, что я не сдамся. В конце концов, схватить вилку и обороняться.

Но я так и стою. Не знаю почему. То ли страх заставляет меня замереть. То ли приказ Тагира быть послушной, чтобы выжить.

Но я не хочу слушаться, если он решил отдать меня другим! Предлагает переспать с любым, только бы выжить? Так я лучше умру тогда!

– Так кто первый попробует?

Открываю глаза.

Тело бьет крупная дрожь.

Лис, так Ахметов назвал рыжего, изъявляет желание.