Таинственное исчезновение одного из двух геймеров
Шрифт:
— Джибрил, неужели это?..
— Да, Союз подтвердил ваш вызов и время проведения игры, — сказала крылатая и добавила, лучезарно улыбнувшись: — Кое-кому в замке взбрело в голову ни за что не позволить этому письму дойти до вас. Но я заметила, как подозрительно этот человек вел себя каждый раз, когда замечал меня поблизости, и...
— Ох... неужто ты...
Убила?.. Это ведь Джибрил, с нее вполне сталось бы...
— Не волнуйтесь. Просто вежливо его допросила. Стоило мне нежно заглянуть ему в глаза и чуточку пригрозить, как он бухнулся на колени, обмочился, разрыдался, во всем сознался и отдал конверт.
— Ясно...
На угрозы, очевидно, действие Заповедей не распространялось.
Но важнее было другое: как кому-то вообще удалось украсть конверт?..
Стеф схватилась за голову:
— Как же я об этом не подумала... А ведь на кону судьба всех иманити! Должно быть, кто-то, кто не проиграл Соре право утаивать от него информацию, выиграл у кого-нибудь из министров право передачи конверта...
Сора мысленно отметил, что Стеф, несмотря на все недостатки, все-таки очень неплохо соображает в вопросах политики.
— Ну да, я ведь не требовал, чтобы отчеты отправляли мне незамедлительно... Какие вы, иманити, сообразительные, когда хотите. Использовали бы эту сообразительность во благо страны — цены бы вам не было.
— Так люди и используют. Ведь сейчас ты для всей страны — враг номер один, — резонно возразила ему Стеф, но Сора предпочел пропустить ее замечание мимо ушей. Он вдруг нахмурился:
— Да тут же... Сиро, какое сегодня число?
— Двадцать седьмое, — мгновенно ответила ему сестра.
— Это же получается, что игра сегодня!
— Что?! А... А время како-ое?! — запаниковала Стеф.
— Вечером! Меньше чем полдня осталось! Так, народ, собираемся!
— Да-да, я сейчас...
— Ваша верная слуга Джибрил готова в любой момент.
— Сиро... к бою... готова...
— А уж братец-то и подавно всегда готов! Значит, поехали прямо сейчас! — объявил Сора.
— П... Подождите! Это ведь международный матч! Нужно одеться как следует... — испуганно возразила Стеф.
— Мм? А что не так с нашей повседневной одеждой? — и Сора, а вслед за ним и Сиро с Джибрил уставились на Стеф недоуменным взглядом. Тяжело нормальному человеку в обществе безумцев — сумасшедшим начинают считать именно его...
— Ладно, ладно! Бог с вами, пойдемте прямо так!
— Что ж... Хозяин, Сиро, Долочка, хватайтесь за меня, я перенесу нас прямо в посольство... — начала было Джибрил, но Сора почему-то решил отказаться от наиболее быстрого и удобного транспорта:
— Стоп, Джибрил! Не стоит так делать, — и он повернулся к Стеф: — Распорядись, чтобы к воротам замка подали карету. Поедем прямиком через главную городскую площадь.
Джибрил не поняла смысла этого указания, а Стеф пораженно уставилась на Сору:
— Но... там... Там собрались бунтовщики!
— Именно. А зачем, по-твоему, мы вообще устроили этот бунт?
Главная площадь Элькии была битком набита протестующими.
Огромные ворота элькийского замка с грохотом отворились. Бунтующие подались вперед, готовые обрушить поток ругательств на любого, кто выйдет на площадь... Но при виде появившихся четырех фигур все мгновенно затихли.
По заполненной людьми площади разнеслось эхо шагов этих четверых. Посередине шел король с черными, как ночь, глазами и волосами — Сора. Справа от него — королева, Сиро, чьи глаза рубиново-красного цвета пугающе блестели. Чуть позади следовала их прислужница, красавица с янтарно-желтыми глазами — Джибрил. И за ними робко семенила девушка с зелеными глазами — Стеф. Взгляды Соры, Сиро и Джибрил были так суровы и внушали такой трепет, что никто из протестующих не осмелился ничего сказать вслух.
Впрочем, на самом деле это была главным образом заслуга Джибрил. Именно ее облик и заставил собравшихся на площади в страхе замолкнуть. Ее опасная ухмылка и грозный взгляд недвусмысленно сообщали всем, что любой, кто попробует оскорбить хозяина в ее присутствии, тут же поплатится за это жизнью.
На всем их пути никто так и не решился произнести ни слова.
Оказавшись в карете, запыхавшаяся от быстрого шага Стеф потребовала у Соры объяснений:
— Ч... Что значит «устроили бунт»?
Сора удивленно повернулся к Сиро:
— А ты что, ей так и не объяснила?
Сиро вопросительно склонила голову набок. Сора запоздало осознал свою ошибку: ну да, Сиро ведь вообще никому, кроме Соры, никогда и ничего не объясняла.
— Ну, в общем... Фигуру иманити я поставил на кон, никого не предупредив, по трем причинам, — начал объяснять Сора, повернувшись обратно к Стеф. Он поднял вверх три пальца. — Первая, самая очевидная, — чтобы Восточный Союз не мог отказаться от нашего вызова. Вторая — как ты, наверное, уже догадалась, — чтобы привлечь внимание Кламми и переманить ее на нашу сторону. А третья... — после упоминания каждой причины Сора загибал один палец, и сейчас оттопыренным остался только указательный. — Мне нужны их подозрительные взгляды.
— Чего?..
— Убеждать народ в том, что мы победим, нам не на руку. Совсем наоборот: нужно, чтобы все пристально следили, как бы против нас не попытались сжульничать. Это будет удерживать Восточный Союз от мухлежа. Подобные зрители — самая лучшая страховка, — сказав это, Сора с довольным видом улыбнулся пораженной Стеф и обратился к кучеру: — Ну что, трогай. Поехали к Идзуне в гости!
— Но-о!
Пригород Элькии, огромный небоскреб недалеко от государственной границы — посольство Восточного Союза в Элькии.
Сора и его спутницы выбрались из кареты и увидели седого звервольфа в одежде, напоминающей японское хакама: это был заместитель посла Восточного Союза Ино Хацусэ.
— Мы ожидали вас, — сказал он.
— Это скорее мы заждались... Давайте уже поживее, — отозвался Сора беспечным тоном.
— Прошу за мной, — Ино, видимо, решил в этот раз из осторожности быть кратким.
По дороге в здание посольства все молчали.
— Какой-то дедуля сегодня нерадостный... Что это с ним? — озадаченно спросил Сора, припомнив, как при прошлой встрече Ино то и дело отпускал шпильки.