Чтение онлайн

Но ничего не поделаешь – положение дел именно таково, и обеим сторонам приходится с ним мириться.

С Антоном было все иначе. Он нисколько не походил ни на трясущегося от страха пикапера, ни на отчаявшегося пиздострадальца, стоящего на цыпочках, ни на понтореза-мажора, ни на самоуверенного от принятого на грудь ухаря-трахаря. И уж тем более он не напоминал на идиота, понабравшегося тупых заготовок во «Вконтакте», наподобие: «Твои родители, случаем, не шахматисты? А иначе откуда взялась такая королева?». От него ничуть не воняло слабостью. Наоборот – притягательно пахло внутренней силой. В нем точно чувствовался стержень, и он его держался. Да, он бессовестно украл чужой рецепт успеха и чужой образ, он тупо увидел сцену из девчачьей киношки и повторил ровно то же самое. И вроде бы это довольно унизительно, когда тебя клеят банальным ремейком, не удосуживаясь добавить в него даже капельку оригинальности.

Конечно, все это так. Но (а «но», как правило, обнуляет все, что было сказано до) можно же взглянуть на картину и с другой стороны. Чувак заморочился; изучил матчасть; нашел отличный, чисто женский источник информации; выяснил, как и что работает (и работает, надо признаться, безотказно); правильно уловил суть; освоил необходимые приемы и попробовал применить. Грубо говоря, человек учился, учился в правильном месте, выучился блестяще и именно тому, чему надо. Не ему надо… А нам, девушкам! Никто же не будет спорить, что герой Хавьера Бардема офигенный, и способ знакомства, который он использовал в фильме, офигенный. Режиссеры ведь не дураки: они снимают историю для женщин, поэтому показывают только то, что гарантированно находит отклик в женских сердцах и проникнет в женские души. Любая мечтала бы, чтоб с ней парни знакомились так же круто. Так Антон ровно это и сделал! Что плохого, если мужчина применяет действительно лучшие практики? Не смешит бестолковой самодеятельностью, не утомляет ширпотребными «фишечками» от гуру пикапа и не тестирует на нас свои ложно понимаемые представления о том, чего хочет женщина. А просто приходит и делает все красиво и по уму. Как и нужно! Именно так, как любая и представляет себе идеальное знакомство. По высочайшей планке. Причем высочайшей планке не только в плане общей концепции, но и в мелочах.

По-моему, Антон нигде не прокололся и сумел снять образ неотразимого мачо из фильма поразительно точно. Всегда приятно иметь дело с профессионалами! Разве это не здорово, когда мужчина что-то делает качественно, правильно, именно так, чтобы это сработало, воздействуя целенаправленно на нужные точки и осмысленно вызывая нужные реакции в ответ? Ну молодец же…

Мы провели с Антоном чудесные выходные в прекрасном загородном кемпинге под Москвой. Погода была солнечная и теплая – мне впервые в том сезоне удалось искупаться. Ни крема от загара, ни купальника, ни прочей пляжной утвари, разумеется, у меня с собой не было. Все, кроме купальника, было включено в цену аренды домика, поэтому никаких хлопот сборы на пляж не доставили. Купальник мы купили в магазинчике прямо на территории. Дорогущий, не совсем моего фасона, ну да ладно, как одноразовый вполне сошел.

Я не знаю, сколько все это удовольствие стоило, но народу в лагере было мало. Может, просто вся Москва разъехалась по отпускам и дачам? Потому что едва ли жителей столицы можно отпугнуть от классного развлечения всего лишь какой-то там высокой ценой. Так или иначе, у нас получился довольно уединенный отдых. Мы чуть-чуть поиграли с другими посетителями в активные игры на песке, выпили по паре кружек холодного пива и примерно час подергались на полупустом танцполе возле бара. Все остальное время мы просто болтали и наслаждались обществом друг друга. Лежа на шезлонге, сидя на крыльце домика, резвясь в речке и вообще где только можно было наслаждаться.

Вечером Антон развел костер и приготовил вкуснейшие шашлыки на мангале. Я не следила за тем, откуда все появлялось и куда исчезало. Возможно, помогал кто-то из персонала. Антон ни о чем меня не спрашивал, он просто предлагал. Если я говорила, «хочу» или «буду», это как-то само собой появлялось. А я просто плыла по течению и старалась ни о чем не думать, решив для себя просто прожить это приключение и насладиться каждым его мгновением.

Антон был все так же спокоен, рассудителен, он ни разу не повысил голос и всегда дослушивал меня до конца, не перебивая. Мне очень импонировала его прямота, иногда переходящая в откровенный цинизм. Он называл вещи своими именами, не особенно подбирая слова, но делал он это изящно и совершенно не вульгарно. Он не боялся тем «на грани», о которых не очень-то принято вообще разговаривать. Он не стеснялся высказывать свое мнение и будто бы не опасался быть не понятым, нарваться на иную точку зрения или, что еще хуже, сойти за ненормального. Он, как я поняла, вообще очень скептически относился к понятию «норма» и совершенно не стремился ей соответствовать. Это и мне было близко.

Я заметила, что после каждого произнесенного тоста Антон, пригубив напиток, неизменно смотрел мне в глаза. Есть одно правило: если, выпивая алкоголь, мужчина смотрит на девушку, он хочет девушку, а если в бокал – то алкоголь. Вполне может оказаться, что такой мужчина попросту алкаш, и барышня интересует его, прежде всего, как собутыльница. Намеренно или не очень, но Антон уверенно прошел этот мой простейший тест, не проколовшись ни разу.

Как мне показалось, у него был определенный план в выстраивании нашего общения. Со всеми ли так или только со мной, не знаю… Но едва ли он стал бы подбирать под меня какую-то особенную стратегию. На него это было не похоже – он не производил впечатления любителя подстраиваться. Если какой-то план и был, то он опять же был безукоризненно правильным. Сперва мы просто болтали на абстрактные темы. Политика, спорт, здоровье, глобальное потепление, проблемы города и тому подобное. Что угодно, что не затрагивало ни меня, ни его. Во многом мы сходились во взглядах, но не во всем. Свою точку зрения он не навязывал и не пытался ничего мне доказывать. Всегда внимательно слушал меня, и уточнял, если где-то я была невнятной. Когда тема не заходила, он тут же переходил к другой.

Полагаю, этот «блок» нужен был ему для налаживания непринужденного контакта, погружения, возникновения доверия. Что-то вроде невинной прелюдии, в которой еще не задействуются гениталии. Возможно, ему и правда было интересно, что я думаю про пробки на МКАДе, как отношусь к бездомным животным и чем предпочитаю натираться для хорошего загара. Возможно, он действительно хотел разобраться в моих взглядах на экономику и отношении к происходящему в мире. А может, и нет – неважно. Важно, что это нравилось мне! Расспрашивая меня о всякой ерунде, он, как опытный массажист, исследовал мое тело в поисках особых зон (как приятных, так и проблемных), чтобы позже перейти непосредственно к процедуре, но уже с пониманием меня, с индивидуальным подходом и с учетом конкретно моей специфики.

Диалог клеился легко, даже слишком легко, безо всякого напряжения, неловких пауз и занудства. Он прерывался лишь предложениями искупаться, взять еще по коктейлю и другой подобной заботой. Мы не лезли друг к другу с расспросами, касающимися личной жизни. Я привыкла так, что если человек хочет что-то рассказать о себе, он расскажет. Еще в студенческие годы мне с большим трудом удалось избавиться от своей дурацкой привычки соваться в чужие дела и докапываться до людей, когда не просят. Хотя, безусловно, мне было безумно интересно узнать побольше о самом Антоне, а не о его отношении к перспективам курса доллара в условиях растущего госдолга США.

Примерно через три-четыре часа таких разговоров обо всем и ни о чем Антона как переключили. Возможно, он почувствовал или как-то понял из моих слов, что мне хотелось бы узнать его поглубже. Впрочем, было бы странно, если бы мне (или любой другой на моем месте) этого бы не хотелось. Чтобы понять это, особое чутье не требуется. Сама я, как мне кажется, ни на что такое не намекала… если только могло что-то прорваться подсознательно. Так или иначе, он вдруг резко начал мне рассказывать о себе и попросил прямо спрашивать, если что-то останется не раскрытым.

Из его рассказа я поняла, что ему было сорок два года, сам он родом из Ярославля, и в Москву перебрался сразу после университета. По образованию он был юристом, но уже давно по профессии не работал, разочаровавшись в том, как устроена современная судебная система, где квалификация юриста ничего не значит по сравнению со звонком из правильного начальственного кабинета.

У него была небольшая оптово-розничная компания, которую он открыл на пару со своим давним товарищем. Дела вроде бы шли неплохо – на жизнь хватало. Вся семья Антона жила в родном городе, куда он часто ездил их навещать. Родители, тоже из интеллигентов, были уже на пенсии, младший брат работал врачом.

Антон рассказал, что увлекается сноубордингом, немного играет на гитаре и из хобби это, пожалуй, все. Особое внимание он уделил теме путешествий. По миру он ездил много и с удовольствием. В свободное время старался регулярно посещать спортзал, что, в общем-то, я и так поняла, разглядывая его заметные невооруженным глазом мышцы. Машина, квартира, дача – все, как положено. Хоть и без особых изысков. Как я поняла, он вел довольно умеренный образ жизни, хотя, судя по всему, мог позволять себе куда больше. Вот чего-чего, а понтов я в нем не заметила совершенно.