Чтение онлайн

–  Вот какой-то след.

–  Ты про ту расщелину, что ли?

–  Тебе следует почаще бывать на природе, парень. Мы, альпинисты-энтузиасты, называем такие штуки дорогами.

К дороге Пит и Катринко приближались с профессиональной осторожностью. По мощеной ленте обветренных шлакоблоков змеились струйки песка. Ее соорудили из коксованного клинкера, образовавшегося в гигантских городских мусоросжигательных печах. Обитатели Сферы использовали для дорожного строительства материал, из которого давно выжгли всякую ценность.

Когда-то на шлакоблочной трассе было оживленное движение. То там, то тут попадались обрывки шин, глубокие колеи и ямки от столбов, там, где когда-то располагались дорожные знаки или наблюдательные посты…

Напарники шли, держась от дороги на почтительном расстоянии: опасались скрытых камер, проводов-ловушек, противопехотных мин и прочих неприятных сюрпризов.

Привал устроили в сухом русле реки, мост через которую был старательно разобран - остались лишь аккуратные гнезда в дорожном покрытии и схематичная арка в воздухе.

–  Самое странное здесь - чистота, - заметил Пит.
– Мы ведь на дороге, правильно? Должен же был хоть кто-то бросить пустую пивную банку, ботинок потерять, что ли?

Катринко кивнула:

–  Навернде, роботы-строители делали.

–  Ну да, кому же еще…

Катринко растопырила пальцы, обтянутые перчатками с шаровидными кончиками:

–  Здесь поработала Сфера, а значит, должна была быть орда роботов, правильно? Наверное, так и строили трассу. Роботы ездили, перевозили тонны этого… в общем, того, что на них погрузили. А потом, когда проект закончился, забрали все мало-мальски ценное: будки, мосты - всё подчистую. Аккуратно, как в Сфере и работают… - Катринко обхватила колени руками, задумавшись.
– Если найти в пустыне побольше земли и привлечь роботов, труд которых дешев настолько, что и не рассчитаешь, то можно так развернуться…

Да, на инструктажах Катринко времени даром не теряла. Пит повидал немало желающих стать градолазами, некоторых новичков даже сам натаскивал. Но только у Катринко имелись все задатки настоящего мастера: воля, физические данные, стойкий характер и даже мозги. Должно быть, труднее всего Катринко будет не попасть в тюрьму или морг.

–  Наверное, тебе симпатична Сфера, а? Их стиль работы, например…

–  Ну да, мне азиаты всегда нравились. У них еда не в пример лучше, чем в Европе…

Пит мгновенно прикинул: НАФТА, Сфера и Европа… Три сверхдержавы, всплески напряженной активности которых с частотой солнечных пятен то и дело вызывали пертурбации в составе марионеточных правительств Юга. За свои пятьдесят с лишним лет Питу доводилось видеть, как Азиатская Сфера Сотрудничества постоянно меняет имидж, повинуясь странному политическому ритму: по вторникам и четвергам - экзотическая курортная зона, по понедельникам и средам - непредсказуемый соперник, и ежедневно, включая выходные и праздничные дни, - основной торговый партнер.

В текущий политический момент Азиатская Сфера Сотрудничества переключилась в режим необъяснимой угрозы, фигурируя в новостях как главный экономический противник НАФТА. Насколько понимал Пит, события означали примерно следующее: кучка придурковатых североамериканских экономистов строила из себя крутых мужиков. Основная претензия сводилась к тому, что Сфера продавала в НАФТА слишком много красивых, дешевых и качественных потребительских товаров. Более глупого повода для войны не придумаешь. Но людям случалось идти на смерть по гораздо более странным причинам…

На закате Пит и Катринко увидели гигантские предупреждающие знаки: огромные вертикальные постаменты из эпоксида и клинкера. Высотой с четырехэтажный дом, они были старательно испещрены надписями - угрозами и предостережениями, по меньшей мере на пятидесяти языках. Английский шел третьим.

–  Радиоактивные отходы, - заключил Пит, бегло прочитав текст по спексу с расстояния два километра.
– Свалка и ядерный испытательный полигон. Древние водородные бомбы красного Китая в самом сердце Такламакана.
– Градолаз призадумался.
– Да, лучше места не найти…

–  Ерунда!
– запротестовала Катринко.
– Огромные предупреждающие знаки - это явный обман, чтобы люди держались подальше!

–  Ну, было бы проще разрушить дороги после того, как увели строботов…

–  Да нет, дружище… Типа… В общем, сейчас уже никто не будет встраивать в стену сейф, чтобы припрятать что-нибудь серьезное: у любого есть магнитометры, эхолокаторы и теплодетекторы…

Пит изучил окрестности, пользуясь режимом телефото на спексе. Напарники устроились на склоне холма, внизу случайный поток воды оставил большой аллювиальный веер отполированных песчаника и гальки. Здесь даже что-то росло: приземистая жесткая трава, жирные стебли которой напоминали пальцы мертвеца. Отвратительная флора не походила ни на один из видов растений, встречавшихся Питу прежде. Внезапно подумалось: может, трава жадно поглощает плутоний?

–  Тринк, давай исходить из простых объяснений. По-моему, этот твой «гигантский звездолет» просто прикрытие для гигантской радиоактивной свалки.

–  Может быть, ты и прав, - согласилась бесполая, - но все равно остается надежда, что попадутся побитые бочонки или бесхозные топливные стержни. А это уже серьезный политический скандал, так ведь? И доказательства эти дорогого стоят…

–  Ха!
– воскликнул Пит, понимая, впрочем, благодаря своему богатому опыту, что мусор нередко скрывает важные секреты.
– А оно стоит того, чтобы потом в темноте светиться?

–  А в чем проблема?
– возразила Катринко.
– У меня детей не будет, я об этом давно позаботилась. А у тебя и без того достаточно отпрысков.

–  Допустим, - проворчал Питер.

Четверо детей от трех разных женщин… Немало времени прошло и немало сил было потрачено, чтобы понять: женщина, с первого взгляда запавшая на одного крутого сексуального бродягу, точно так же западет и на другого…

Катринко с лету принялась готовиться к заданию:

–  Мы справимся, дружище! У нас есть камуфляж, дыхательные маски, и мы не пьем и не едим здесь, так что от радиации защищены надежно. Можно сегодня разбить лагерь у свалки, потом перед рассветом проскользнем и быстренько все осмотрим, сделаем фотографии - и уходим. Чистая работа. Классика! Никто не остановит, да и вокруг ни души. Проблем не возникнет. А вернемся домой - будет что федералам показать. Может, даже что-то продадим…

Пит обдумывал ситуацию. Перспектива, в общем, недурная. Работа, конечно, грязная, но зато они выполнят задание. И еще, что ему нравилось больше всего, люди подполковника не станут посылать сюда другого беднягу.

–  А потом вернемся к глайдеру?
– спросил Паук.

–  Да, потом к глайдеру.

–  Хорошо, договорились.

На следующий день перед рассветом они накачались генными стимуляторами для спортсменов, сваренными в кишках специальных генноизмененных клещей, пребывающих в спячке под мышками у градолазов. Затем спрятали снаряжение и, подобно призракам, перелезли через огромную стену.

Проделав крошечное отверстие в крыше одного из серых полупогребенных ангаров, Пит и Катринко перевели глаз-шпион в жидкое состояние, чтобы он мог просочиться внутрь.

Взрывоустойчивые бочкообразные саркофаги, твердые и блестящие, словно полированный гранит. Каждый из громадных контейнеров для радиационных отходов не уступал в размерах грузовому танкеру. Они стояли мрачными рядами в непроницаемой темноте, молчаливые, точно сфинксы. Судя по всему, хранилищу обеспечена полная безопасность на двадцать тысяч лет вперед.