Чтение онлайн

Джон вскочил и разложил проспекты перед всеми банкирами.

– Как я вижу, вы планируете канал классических кинофильмов, – сказал другой банкир. – Как я понимаю, «классическими» называют те фильмы, которые уже несколько раз показывались по телевидению?

Остальные банкиры рассмеялись.

– Вы думаете, что идиотам, покупающим «тарелки», не все равно, видели они это раньше или нет? – Джон предупреждающе затряс головой, и Синтия понизила голос. – Конечно, мы заказали несколько новых голливудских блок-бастеров.

Мистер Белфилд откашлялся.

– Я бы сказал, что по грабительской цене.

– Это мои день… – Синтия не закончила предложение. Теперь это не ее деньги. Она понадеялась, что Стюарт горит в аду.

– Миссис Харгривс, если мы одолжим пятнадцать миллионов, которые вы просите, когда примерно можно ожидать возвращение долга? – спросил мистер Белфилд, разглядывая лежащие перед ним документы. – Здесь ничего об этом не говорится.

– Я знала, что любой срок будет непременно оспорен вашими собратьями… и дамами, – добавила Синтия, вовремя вспомнив о двух сидящих за столом женщинах-банкирах, – поэтому я подумала, что мы детально обсудим это здесь. – Она неестественно засмеялась. До того нелепого завещания ей за всю жизнь не пришлось просить ни пенни. Какое унижение.

В этот момент дверь конференц-зала распахнулась.

– Какого черта вы сюда явились? – рявкнула Синтия.

– Мне надо поговорить с вами.

– Как вы вошли? Джон, пусть эту женщину немедленно выведут отсюда.

– Оставайтесь на своем месте, Джон, – предупредила Сара.

Джон не пошевелился.

– Джон! – завизжала Синтия.

Став свидетелями этой сцены, банкиры стали перешептываться и покашливать.

– Синтия, если вы не хотите оказаться в неловком положении перед этими людьми, уделите мне минуту.

Сара сама удивилась, как спокойно звучит ее голос.

– Хорошо, одну минуту. Господа, простите меня.

– А пока мы можем обсудить возможности спортивного канала. Обратите внимание на четвертую страницу, – сказал Джон, отвлекая внимание банкиров.

– Поверить не могу, что у тебя хватило наглости явиться сюда, – прошипела Синтия, закрывая дверь.

– Поверьте мне, Синтия, я не горю желанием находиться здесь, но мне необходимо найти Фелисити Батерворт. Мою мать.

Если Синтия и удивилась осведомленности Сары, виду она не подала. Она просто расхохоталась.

– Понятия не имею, где эта шлюха. А если бы и знала, почему я должна помогать тебе? Если бы не ты, не было бы и этого унизительного собрания. Теперь убирайся, пока я не приказала тебя вывести.

– Почему Стюарт…

– Разве я неясно выразилась? Мне нечего больше сказать. Разве что, кроме одного. Как ты себя чувствуешь, выяснив, что трахалась с собственным отцом? – Удовлетворенная ужасом, отразившимся на лице Сары, Синтия вернулась в конференц-зал. – Джон, передай Кристоферу Херду, что я жду его в своем кабинете ровно в шесть. А теперь, леди и джентльмены, на чем мы остановились?

Открывая дверь своего дома, Сара еле сдерживала слезы. Нормана не было. Наверное, ищет ее. Гулкая пустота усилила чувство одиночества. Но ведь Норман не может оставаться с ней вечно. Может, завести кошку? Хоть кто-то будет радостно встречать ее по вечерам. В темноте горел красный огонек автоответчика. Сара включила звук. Большинство посланий было от Кейти. С каждым звонком паника в ее голосе слышалась все явственнее.

Сара сняла трубку радиотелефона и набрала номер Кейти, одновременно рыская в холодильнике в поисках чего-нибудь съедобного. Все продукты не внушали доверия, так что она остановилась на бутылке вина. Пробка выскочила как раз в тот момент, когда Кейти сняла трубу.

– Кейти, это Сара.

– Где ты была? Я чуть с ума не сошла.

– Прости… это… это…

– Сара, в чем дело? Что случилось? Это Нэш? Я предупреждала Стивена…

– Нет, нет, ничего такого. Это касается Стюарта, – наконец выдавила Сара. – Ты не поверишь, – она отпила глоток прямо из бутылки, – Стюарт – мой отец.

– Что?

Саре самой ее слова казались странными.

– Джун и Гарри – не настоящие мои родители. Они меня удочерили. Стюарт – мой отец, а Фелисити Батерворт – моя мать.

– Бабочка – твоя мать? – охнула Кейти.

– Да, – Сара тихо заплакала. – Кейти, я просто не знаю, что и думать. Когда я узнала, я сразу поехала к маме, то есть к Джун… Боже, как все запуталось. Я накричала на нее, а потом просто отсиживалась в отеле.

– Сара, я еду к тебе.

– Нет, пожалуйста, я хочу побыть одна. Я еще злюсь и не хочу делать из тебя козла отпущения.

– Я – твой друг.

– Спасибо, но я еще не готова.

– Как ты узнала?

– Это, наверное, самое неприятное. Кристофер Херд раскапывал мое прошлое… с помощью Мэгги.

– О, эта ведьма…

– Забудь, она не хуже всех остальных. По меньшей мере, не боится говорить правду в глаза. А Джун оказалась на это неспособна.

– Никто не любит тебя больше, чем Джун, – возразила Кейти.

– Я не хочу это слышать. Я не хочу, чтобы мне напоминали, как меня любила куча лжецов. Стюарт годами контролировал мою жизнь и продолжает это делать из могилы.

– Сара, прошу тебя, позволь мне приехать.

– Нет, я собираюсь уйти. Можешь принести мне завтра в клуб фотографии Бабочки?

– А ты приедешь?

– Что у меня осталось, кроме работы? Я зла на Стюарта, но не могу бросить незаконченное дело, и он на это рассчитывал.

– Ты знаешь, что можешь позвонить мне в любое время ночи.

– Я знаю. До завтра.

Сара налила себе большой бокал вина и поднялась в спальню. Там она разложила все документы и перечитала письмо Фелисити, надеясь узнать хоть что-нибудь о своей матери.

Может, бросить все? Но как бросить? Ей необходимо найти свои корни. Необходимо узнать, почему с ней так обошлись.

Из письма ничего понять было нельзя. Сара вложила его обратно в конверт. Прошло почти тридцать лет. Где ее мать сейчас?

Раздался звонок в дверь. Черт, Кейти все-таки приехала. Сара устало побрела вниз и открыла дверь.

– Кейти…

Но она ошиблась.

– Сара! Где ты была? – взволнованно спросил Антонио.

– Что ты здесь делаешь?

– Я… Кейти попросила меня приехать.

– Что?

– Она тревожилась и подумала, что я смогу быть полезен. Можно войти? У тебя прохладно. – Он улыбнулся и поежился.