Тактик 10
Шрифт:
Гном-квиз рядом со мной издал рёв, который перекрыл даже шум битвы.
— Стена щитов! Сомкнуть строй! Гномы, шагом вперёд!
Этот клич подхватили сотни глоток.
Второй полк подался вправо, а из-за его спин вперёд, удерживая строй, насколько это позволяли стволы деревьев, двинулись сапёры.
«Орофин и Новак! Удар с тыла!».
Орки, когда не выставили часовых, наивно считая, что лес — это их лес, это место, куда они могут отступить и откуда напасть могут разве что свои же орки, предопределили мою тактику.
Пока они готовились к нападению на авангард, разведка Орофина и Первый батальон Второго полка выстроились за их спинами в широком атакующем охвате.
И теперь происходил удар молота по наковальне, между которыми и оказались орки.
То есть, в центре стояла несокрушимая и статичная стена щитов Первого полка. Да, им хотелось рассыпать строй и начать драться с орками за щитами, но они знали, что такое дисциплина и что каждый солдат должен знать свой манёвр. Их «стояние» было критически важным в общем рисунке боя.
И как только все орки увязли в безуспешной попытке разбить эту стену, из леса по ним ударили Первый батальон и разведчики Орофина.
Удар с спину — это всегда неприятно. Удар в спину — это фирменная тактика манёвренного боя.
Крики «Ура» и «Барра», выражение недоумения в глазах орков и… Тиски сомкнулись.
Для удара хватило полутора минут и за это время с ног были сбиты все орки леса Шершней.
Я видел, как последние очаги сопротивления угасают. Орки были сломлены. Морально и физически. Некоторые смогли бросить оружие и бежать обратно в лес.
Но лес больше не был их домом. Всё ещё раздавались крики и лязг стали, но я уже не обращал на них внимания. Тут не казнь, тут был первый контакт Штатгаля с орками Леса Шершней. Задача была показать, кто тут батя. Задача вполне себе решена.
Пора было перейти в следующую фазу.
Глава 4
Чтобы было с кем поговорить
Разгром. Лесные орки, которые мгновение назад считали себя хозяевами леса, превратились в дезориентированную толпу. Их атака захлебнулась. Их сбили с ног и многие из них, несмотря на отличную физическую форму и боевые навыки, уже погибли.
Моей целью не было истребление, ни в коем случае.
Один, потом другой, потом целая группа орков попытались спастись бегством.
Однако часть орков вытеснили эльфов, которые отнюдь не дрались насмерть. Они, напротив, применяли гибкую тактику и выстроились в боевой круг, в центре которого был вождь с шлемом и медвежьим черепом.
Мой мозг работал без эмоций, без колебаний. Просто холодный расчёт.
«Общий приказ. Концепция: Захват. Цель: Максимальное количество пленных, минимальные летальные исходы».
И войска выполняли эти приказы. Другое дело, что орки продолжали вскакивать и делать всё, чтобы помереть. Дебилы.
А часть из них стекались в единый очаг.
«Командор, мы можем перебить их стрелами», — обратился ко мне через Рой Орофин.
«Отставить. Просто берегите себя, сейчас всё решим».
Лес огласился твёрдыми командами на эльфийском. Орки, оказавшиеся в окружении бессильно, но яростно заголосили в ответ.
«Фомир, можешь вдарить магией, чтобы подавить сопротивление лесных орков и закончить этот балет?».
«Я даже не знаю, что такое балет, Рос. Попробую магию забвения, это совместное с Бреггонидой творчество».
Я хмыкнул. Творчество. Ну вообще-то да, магия она сродни искусству… Наверное. Это я живу в мире тактических схем, политики и экономики, а есть ещё и другие взгляды на жизнь.
Фомир, стоявший в отдалении от колонны, кивнул своим и поднял посох. Его маги тут же начали плести новое заклинание. Их магия была академической, структурированной, похожей на сложную математическую формулу.
А в другом конце поляны Бреггонида хищно улыбнулась. Её «магия» была другой. Она достала из своей сумки горсть серого порошка и что-то зашептала над ним. Ее ученицы, стоявшие вокруг, начали раскачиваться в унисон, их тихий, монотонный напев становился всё громче. Это была дикая, природная сила, не подчиняющаяся законам логики.
Две разные школы. Две разные философии.
Но цель у них была одна.
Я смотрел на последний островок сопротивления. На вождя и его воинов, готовых к смерти, но не желающих попасть в плен.
Они не знали, что я не собирался забирать их жизни. Их жизнь, как и смерть, не была мне нужна.
Они сбились в круг, подбирали оружие и щиты, а эльфы, напротив, отступили под деревья, но продолжали стрелять в сторону орков. И надо было хорошо знать эльфов, чтобы понимать что они намеренно стреляют не по оркам, а в их направлении. Таким образом, чтобы никого из клыкастых не убить, но создавать иллюзию, что сражение продолжается.
«Магия забвения… не будет распространяться на союзников»– уведомил меня Рой о творимом заклятии.
Я смотрел, как два потока магии начинают формироваться на противоположных концах поляны.
Магия Фомира была видимой, почти осязаемой. Воздух вокруг него и его учеников начал уплотняться, собираясь в мерцающее голубоватое облако
Оно пахло озоном и сухим холодом. Это была классическая школа, работающая с ментальной энергией, заклинание, которое должно было погрузить противника в глубокий, неестественный сон.
Магия Бреггониды была другой. Она была невидимой, однако я всё равно чувствовал её через Рой. Серый порошок в её руке, состоявший из пыльцы сонного мха и толчёных спор шепчущего гриба, медленно растворялся в воздухе. Подхваченный целеустремлённым лёгким ветерком, который ведьмы сами и создали своим монотонным пением. Эта магия пахла сырой землёй и прелыми листьями. Она действовала не на разум, а скорее на тело. На химию крови, на нервные окончания.
Два облака, одно ментальное, другое физическое, поползли к основаниям стволов, где отчаянно отбивался последний отряд орков.
Вождь и его воины почувствовали неладное. Они ощетинились и сбились ещё плотнее, с подозрением оглядываясь по сторонам. Они чувствовали, что воздух изменился, стал тяжёлым, вязким. И всё же никакого мага или шамана с ними не было, то есть против магии они были беззащитны.
Первым дрогнул самый молодой из воинов. Его топор опустился, он моргнул раз, другой, а потом его глаза закатились, и он тяжело рухнул на землю.