Чтение онлайн

Я улыбаюсь и приподнимаю его член, чтобы провести языком от основания до самой головки.

Из его груди вырывается низкий, яростный звук, и я делаю это снова. Поднимаю глаза и вижу, как он проводит ладонью по лицу. Оно искажено желанием. Такой взгляд я могла бы привыкнуть ловить всегда.

Не отводя взгляда, я подаю его член к себе и обхватываю губами. Он такой толстый, что мой рот кажется переполненным. Его веки тяжело опускаются, и он смотрит на меня из-под ресниц, пропитанных похотью и жаждой. Это почти невозможная задача, но, кажется, мне и не нужно прилагать усилий, каждое движение рождает в нем отклик, который сводит меня с ума.

Я впускаю в рот столько, сколько способна, и его хватает на то, чтобы мои руки держали его полностью. Я начинаю сосать.

Раздается громкий удар, и я вдруг понимаю, что сама зажмурилась. Резко открываю глаза, Андреас вжал ладонь в стену и оперся на нее всем телом.

— Это божественно. Просто пиздец как божественно, — стонет он.

Я охватываю его со всех сторон, целую, облизываю, обвожу языком по всей окружности. Мне хочется большего, но я не знаю, как.

Я бросаю на него взгляд, и он, будто уловив это, лениво приподнимает веки.

Он наверняка считывает вопрос в моем лице, потому что выходит изо рта и ладонью обхватывает мой подбородок.

— Нужно расслабить горло, — тихо говорит он. — Позволь мне пройти глубже и дыши, когда сработает рефлекс. Просто дыши. Потом откройся, и я войду чуть дальше.

Я киваю и размыкаю губы. Он направляет свой член внутрь и скользит до конца, в самую глубину. Мой желудок сводит, когда срабатывает рвотный рефлекс.

— Дыши, — шепчет он. — Открой горло. Расслабься.

Это требует нескольких попыток, но в конце концов мое горло поддается и смягчается. Он улавливает это в моем взгляде и коротко кивает, словно подтверждает. Я гулко откликаюсь на его члене, потому что, если кивну, могу причинить ему боль.

Он осторожно продвигается глубже, все время напоминая мне дышать и поглаживая мои щеки кончиками пальцев. Глаза раскрыты так широко, что слезы наворачиваются на уголки.

Он кивает снова и входит еще дальше. Теперь моя рука может охватить только оставшуюся часть его длины.

— Я трахну твое горло, малышка, хорошо?

Я отвечаю глухим звуком, хотя он выходит прерывистым. Я хочу, чтобы он делал то, что ему необходимо. Я хочу, чтобы ему было хорошо.

Он двигается медленно и неглубоко, и я ощущаю, как головка его члена скользит по стенкам моего горла. Я сосредотачиваюсь на том, чтобы оставаться расслабленной, хотя это трудно. Его глаза закатываются почти сразу.

— Это невыносимо охуенно, — шепчет он. — Я не выдержу долго. Я кончу так мощно прямо в твою глотку. Блять.

Я хватаюсь за его ноги, стараясь удержаться, пока он входит глубже, чуть сильнее.

— Ты божественный ангел, — простонал он. И тут мышцы на задней стороне его бедер становятся твердыми и натянутыми. Его яйца под моими ладонями сжимаются и подтягиваются, и он изливается в мое горло, выдыхая громкое, сорвавшееся проклятие.

Я замираю, позволяя ему излить все до конца, потом стараюсь оставаться расслабленной, когда он выходит. Я не успеваю даже вытереть рот, он поднимает меня и прижимает свои губы к моим. Его нисколько не смущает, что я вся во вкусе его семени. Он обводит мой рот языком, целует мои губы снова и снова, легко и жадно.

— Спасибо, спасибо, — шепчет он между поцелуями и прерывистым дыханием. — Это был лучший минет в моей жизни. Абсолютно идеальный. Ты идеальна. Это было именно то, что я ждал.

Я чуть отстраняюсь.

— Ну и хорошо.

— Да, думаю, теперь у меня будет хотя бы десять секунд, прежде чем я решу всадить кому-то пулю.

Мои губы трогает тень улыбки.

— Тоже неплохо.

— Пошли, — произносит он, обнимая меня за шею. — Надо угостить тебя джелато. Думаю, твое горло скажет за это спасибо.

Серафина

— Сера, я в магазин. Тебе что-нибудь нужно? — доносится голос Виолы снизу.

— Нет, спасибо, у меня все есть. Увидимся позже.

Я застегиваю вторую бриллиантовую сережку и перекидываю волосы на плечо. В голове уже идет отсчет до того момента, как Андреас вернется домой. Даже с Бенито в доме мы не можем держаться друг от друга подальше. Жаль, что он не привез Тесс, тогда ее парень не чувствовал бы себя третьим лишним, пока он живет у нас, но она готовится к гастрольному туру со своей новой труппой и должна оставаться в Нью-Йорке. Хотя она звонит каждый день, желая узнать, покончили ли Бенито и Андреас со своим отцом.

Я стараюсь об этом не думать. Я не переживаю за безопасность Андреаса, если кто и способен защитить себя от ядовитых, узколобых бандитов, так это мой муж. Но знать о скором убийстве и оказаться застигнутой им врасплох, совершенно разные вещи. Знание делает меня соучастницей, а хотя за последние недели я и научилась принимать многие ярлыки, роль пособницы мне не подходит.

Они уехали ранним утром, чтобы встретиться с парой солдат Ди Санто. Я не знаю, нужно ли это для обсуждения «дела» или для выяснения местонахождения Леонардо Бернарди, и знать не хочу.

Я наслаждаюсь тишиной и пространством. Мне хочется приготовить что-то для мужа и его брата. Что-то простое, для чего не нужен нож. С тех пор как я переехала к Андреасу, многое изменилось, но замки на ящиках и шкафах он так и не снял. Мы говорили об этом, и я не стала возражать. Ему важно знать, что я в безопасности, а мне важно позволить ему заботиться обо мне. Это не навсегда.

Я натягиваю теплый свитер, иду на кухню и достаю с полки книгу рецептов. Чтобы испечь торт, нож не нужен. Я бережно расставляю миски, лопатки и продукты, отмеряю все до грамма и раскладываю по кучкам. Я давно не бралась за выпечку, и уже чувствую: сам этот процесс успокоит меня.

В доме царит тишина и покой, и единственный звук — это мои босые шаги по прохладной кухонной плитке. Я смотрю в окно: снег начинает кружиться и оседать на деревьях и газонах, делая эту тишину еще нежнее. Ветви почти оголились, и я могу рассмотреть всю землю, на которой стоит наш дом. Она огромна и прекрасна. В груди поднимается теплое чувство: я снова понимаю, как невероятно мне повезло. Путь был долгим и трудным, но вместе с открытием самой себя у меня появилась эта почти идеальная жизнь.

Я только наклоняюсь, чтобы включить духовку, как раздается звонок в дверь. Скорее всего, это Виола снова забыла ключ. В последнее время с ней это случается все чаще, и я начинаю волноваться. Она стала для меня словно мать, и я не вынесу, если ее здоровье начнет сдавать именно теперь, когда она наконец появилась в моей жизни.

Я снимаю кухонные прихватки и бросаю их на столешницу, затем иду к двери. Открываю ее, ожидая увидеть виноватое лицо Виолы, но снаружи никого нет.

В груди остро колет тревога при мысли о том, что это может быть отец Андреаса. Он вполне способен на то, чтобы подвергнуть меня опасности только ради того, чтобы причинить боль своему сыну. Единственное, что позволяло мне чувствовать себя в безопасности, — это обещание Андреаса, что он с Бенито идут по его следу. Я не сомневаюсь, что в ближайшее время его тело всплывет в реке Коннектикут.