Чтение онлайн

Принц побледнел, хотя бледнеть было вроде уже некуда.

– Там темнота, тишина и ничто, - пробормотал он наконец.

Тут уже и Жихарь спал с лица.

– То есть как? Ты что хочешь сказать? Что вот убьют меня, похоронят - и все? И я ничего не увижу и не услышу, отца с матерью не узнаю?

Принц тяжело вздохнул:

– Похоже на то, добрый сэр брат. От такой лихой мысли Жихаря снова потянуло прыгнуть в разлом и проверить, чтобы уж сразу, да не дал Будимир: взлетел на шляпу, стал бить крыльями по лицу.

– Эй, эй, чего дерешься?
– пришел в себя Жихарь и тут же вывел из головы утешную мысль: - Так ты, друг, не по-настоящему умер, вот ничего и не было!

А которые всерьез ходили на тот свет, другое говорят...

Утешение было слабое, ненадежное: Жихарь ездил в дружине с двенадцати лет, и покойников видал-перевидал, и Принц совсем недавно лежал мертвее мертвого... "Да мы уже в Навьем Царстве, - в который раз подумал богатырь.

– А там если еще умрешь, так точно ничего не будет..."

Чтобы отвлечь голову, он достал золотую ложку и положил ее на плоское место. Стебель устремился прямо в сторону пропасти.

– Не обойти, значит, ее, - сказал Жихарь.
– Нашей дорожке край вышел...

– Как хотите, сэр брат, - сказал Яр-Тур, - а я назад не поверну.

– Да никто назад не собирается. Я только говорю, что не обойти нам ее.

– Мы сплетем веревку, - оживился Принц и вдруг помрачнел: должно быть, видел там не только темноту.

– Могилу не годится оставлять пустой, - вспомнил Жихарь.
– Нужно похоронить в ней кого-то другого и зарыть. Иначе она все время будет тебя ждать, а ты о ней думать и спотыкаться на ровном месте.

– Брат, уж не собираетесь ли вы зарыть какого-нибудь несчастного прохожего?

– Вовсе не обязательно человека. Будимир, хороший мой, ты бы поискал кого подходящего.

Петух неохотно слетел со шляпы.

– Хуже нет на живого могилу оставлять...

– Может быть, бросить туда чудовище?

– Нет, пусть страхоила птицы растащат... Ходил Будимир недолго и недалеко, нашел на дороге раздавленную копытом полевую мышь. Жихарь торжественно раскачал убиенного зверька за хвостик и бросил в яму, а потом нашел костяную лопатку и принялся кидать землю, приговаривая:

Из-за леса, из-за гор Едет старый Свдтогор.

Не на добром на коне - На неструганом бревне.

Он без носа, без ушей, Полна пазуха мышей.

Мышки плачут, а ползут, Тело белое грызут.

Одна мышка околела, Всему миру надоела.

Стали мышку хоронить, Она стала говорить:

"Вы не бейте меня в лоб, Не валите меня в гроб, Я накрашусь, наряжусь, Добрым людям пригожусь:

Стану горе горевать, Стану в поле полевать.

Буду пряжу я сучить, Красных девушек учить

И старухам на корысть Светлый месяц буду грызть, Воды чистые мутить, Шутки смертные шутить.

А поганым на беду Лихорадку наведу, Чтобы ложку сирота Не тащил бы мимо рта..."

Принц присоединился к побратиму, и вдвоем они скоро закидали яму.

– Эх, помянуть нечем, - пожалел Жихарь.
– Хотя... Давай-ка у ордынцев еще в шатре посмотрим.

– Вот подлинные храбрецы!
– воскликнул Принц.
– Как дружно они бросились в пропасть по приказу вождя!

– Вам, королям, только таких дураков и подавай, чтобы в любую дыру кидались по приказу. Да и почем ты знаешь: может, был там и мост, только не для нас?

Или земля им вслед обрушивалась? Дело темное...

– Непонятно, почему они не оставили стражу ни при нас, ни при шатре, сказал Яр-Тур.

– Ну, это-то как раз понятно, ты Чих-орды не знаешь. Она может ходить только в полном составе. Вот ты же не можешь переложить руку с одного колена на другое, чтобы, скажем, мизинный палец на прежнем месте остался?

Так и они, всегда вместе, такой порядок.

– Постойте, сэр брат, - сказал Принц.
– Помнится, вы говорили, что сын сэра Чихана убит вашей рукой - Стало быть, он пребывал отдельно?

– Вестимо, отдельно. Я его нарочно стерег. Он ведь захотел отроиться от главной орды, свою завести. Они, знаешь, живут пчелиным обычаем; чтобы образовать свой рой, всегда уходит младший сын. Тут уж люди не зевай, бей, покуда не размножился. А плодятся они, ты и не поверишь как...

Когда Жихарь был еще маленьким Жихаркой, его пестуны Кот и Дрозд держали при лесной разбойничьей избушке пасеку, так что про пчел богатырь знал очень много. А Принц не успел как следует разглядеть пленителей, вот и верил всему.

– ...и вылазят оттуда один за другим, сразу взрослые и на конях, даже при оружии! Глаза, если ты заметил, у них навыкате, и не глаза даже, а черные бельма в сеточку...

Принц только головой мотал.

– В первое-то время все люди сами не знали, как жить на земле, объяснял Жихарь.
– Вот и смотрели на всяких зверей, и тянулись за ними. Кто-то взял в пример волка, кто-то медведя, кто-то подколодную змею. А пращурам Чих-орды приглянулись пчелы: дружные и всегда с медом. Только Чих-орда вместо меда копит золото. Вот бы нам это золото добыть! Там его столько, что за него нам Полуденную Росу сюда сами принесут, и еще сдача останется.

Слышал ведь, откуда у меня золотая ложка?

– Откуда?
– Чего он там слышал, в смертную-то минуту.

– У царевича Билята забрал. А больше у мертвых ничего брать не буду. Из-за нее все и началось. Тоже мне, ваджра! Удивлялся еще: на что ему такая большая ложка, у них и рты почти заросли, стали вроде хоботков...

– Тогда понятно, почему они испугались чудовища, ведь оно похоже на паука!

– Было похоже, - поправил богатырь.
– Про мертвых всегда нужно говорить "был", а то встанет от неосторожного слова. Я, например, этим бродячим умрунам всегда удивляюсь. Казалось бы, выкопался из могилы - радуйся ясному солнышку и доброй чарке. Нет, они норовят живых людей грызть и душить...

– Должно быть, ТАМ с ними что-то происходит такое страшное, что они не терпят живого, - предположил Яр-Тур.

– Да ну? Расскажи-ка!
– потребовал Жихарь.
– А то станем ночевать, а ты меня в полночный час задавишь...

Рука Принца заплясала у пояса в поисках меча.

– Да я же смеюсь!
– Богатырь на всякий случай отскочил.
– Ты со своими друидами шуток не понимаешь. Как же ты королем-то будешь? Всех шутов переказнишь и от тоски околеешь! Да будь ты настоящим умруном, Будимир тебя давно бы разоблачил и рассыпал в прах... Уймись, братка, нам и так тяжело!