Чтение онлайн

Ненавижу всё, что связано с тобой.

Ого! Я не знал, что мой танец был НАСТОЛЬКО плох.

Вы уже забрали Кики?

Открываю в секции замороженных продуктов один из холодильников, достаю три упаковки рыбных палочек и бросаю их в тележку, к пакету с молоком, хлебу и другимпродуктам.

Да.

Чем вы сегодня собираетесь заняться?

Ну, прямо сейчас мы покупаем мороженное.

В «БаскинРоббинс»* или «Колд Стоун Кримери»*?

В «Н-Е-В»* (* прим. пер.: все три — названия магазинов).

Я толкаю тележку на выход из отдела замороженных продуктов и направляюсь к отделу с мороженным.

Эндрю в одной руке держит дочку, а открытую дверь холодильника придерживает бедром. Свободной рукой он перекладывает упаковки с мороженным.

Немного холодновато для шортов, не думаете? Но, хм, симпатичные ноги.

По мне, так очень симпатичные. С лёгким слоем растительности каштанового цвета, как и завитки волос, всегда выглядывающих из воротников его рубашек. Смотрю, как он старается удержать на руках Кики, телефон и мороженное. Эндрю одет в шорты цвета хаки, шлепанцы и толстовку с надписью «Университет Оклахомы». Если бы я его не знал, то принял бы за студента колледжа.

Эндрю читает моё сообщение и слегка морщится. Одной рукой набирает ответ.

??? Ты что? Ясновидящий?

Он улыбается Кики, кладя в стоящую у ног корзину две полукилограммовые упаковки с мороженным, и я, приближаясь, слышу, как он говорит:

— Представляешь, кое-кто думает, что у меня симпатичные ноги. А что ты думаешь?

— Я думаю, что она бы согласилась, если бы ноги не выглядели слегка жутковато, — говорю я, останавливая свою тележку возле его корзины.

Эндрю резко поворачивается в мою сторону. Он глуповато улыбается, и его уши слегка краснеют. Внезапно все мысли о паззлах и о том, что я — гость в собственном доме, улетучиваются.

Кики вертится у него на руках, стараясь меня увидеть, и Эндрю приходится подхватить её, чтобы удержать. Знакомая мне с фотографий малышка держит в руках пятнистую мягкую собаку в летнем платьице. Мощные лапки игрушки затянуты в маленькие белые сандалики.

Эндрю прижимается щекой к щеке дочки и говорит тихим голосом заговорщика:

— Это — папин друг, Роберт. Он хитрый, но не нужно его в этом винить. Он умеет танцевать даги19 так, как никто другой.

Кики хихикает и прячет лицо за шеей своего отца.

— Мне нравится твоя собака, — говорю я. — Как её зовут?

— Кики, ты хочешь сказать Роберту, как зовут твою собаку?

По-видимому, не хочет. Поэтому я начинаю угадывать.

— Дай-ка подумать... Ральф? — в ответ тишина. — Джордж? Бруно? — Эндрю морщиться и дёргает за маленькое платьице на собаке, как бы намекая, что собака — это она. — Дейзи?

Кики резко оборачивается и впивается в меня такими же как у Эндрю серыми глазами. Она выглядит немного взволнованно, даже обиженно и выдает:

— Спот!

— А-а-а, Спот. Отличное имя. Платье! Конечно же! Какой я глупый. Должен был догадаться.

Я смотрю на Эндрю взглядом «Ну, спасибо, чувак!».

Он подмигивает и внимательно рассматривает содержимое моей тележки:

— Так что ты тут делаешь, друг мой? Я и не знал, что у тебя такой разносторонний вкус. У тебя там чертовски много рыбных палочек. Думаю, если их все вытянуть из упаковки, то получится воссоздать целую рыбную стаю.

Протягиваю ему список покупок:

— В нашем доме сейчас целая толпа.

Его улыбка исчезает, и он смотрит на меня несколько секунд изучающе:

— Твой отец...

— Нет. Ещё нет. Но уже недолго осталось. Они не хотят оставлять его одного, поэтому сегодня я — ответственный за покупки.

— Я могу чем-то помочь?

Ты можешь забрать меня к себе домой. И помочь мне почувствовать себя хоть кому-то нужным.

— Нет, но спасибо, — я бросаю взгляд в его корзину, стоящую на полу. — А кому это пирожное и мороженное?

— Мне! — кричит Кики.

— А «Moo-llenniumCrunch»20 для папы? Да, малышка?

Она тычет пальчиком Эндрю в нос. Мне хочется на них просто смотреть, навсегда сохраняя этот милый момент в своей памяти, и потом, позже, вспомнить и попытаться понять, каково это — быть любимым. И тут у меня появляется идея.

— Ой, а давайте я вас сфотографирую, — говорю я, сжимая в руке свой телефон.

— А-а, нам нравится фотографироваться. Правда, Кики?

Я ловлю момент, когда отец и дочь прижимаются друг к другу щеками и улыбаются, и делаю снимок. Потом показываю Эндрю фотографию. Кики тычет пальчиком в экран:

— Папа.

— Давайте я сделаю ещё одну, с вашего телефона, — предлагаю я.

— Да? Ну, давай, — Эндрю передаёт мне свой телефон, я делаю ещё одно фото, а потом возвращаю телефон обратно. Эндрю смотрит на него и показывает Кики. Она берет телефон и показывает фото Споту. Пока она это делает, глаза Эндрю встречаются с моими, и у меня появляется чувство, будто между нами идёт некая молчаливая беседа. Для меня его посыл звучит примерно так:«Между нами что-то происходит, и мы оба знаем это». Интересно, какие слова пришли на ум ему?

— Ну, — говорит он, сдержанно улыбаясь, — думаю, нам пора идти, да, Кики? — он кивает на мой список. — Похоже, тебе нужно ещё многое купить, да и у нас начинает таять мороженое.

Он берётся за ручки пластмассовой корзины и поднимает её. Рядом с двумя упаковками мороженого и вафельных рожков стоит бутылка красного вина. Я внезапно осознаю, что, даже если бы я захотел, даже если бы он предложил, по закону я ещё несовершеннолетний и не имею права выпить с ним и бокала вина. Реальность немного гасит моё возбуждение, нахлынувшее от встречи.