Чтение онлайн

Зев тяжело вздыхает и бросает яростный взгляд на стол, где сидит брат.

— Я сейчас вернусь, — говорит он с плотно сжатыми челюстями и направляется к Фарамиру.

После этого события разворачиваются стремительно.

Зев исчезает в толпе, а мимо проходит группа слуг с подносами, уставленными горами пустых тарелок.

Внезапно за моей спиной раздается громкий крик. Я едва успеваю обернуться…

Отчетливый свист металла, рассекающего воздух.

Оглушительный звон: изысканная керамика вдребезги разбивается о твердый мрамор.

Что-то тяжелое врезается в меня.

Резкий хруст — я затылком падаю на пол.

Тяжелый вес наваливается сверху, сдавливая легкие.

Я не могу дышать. Не могу пошевелиться.

Что-то мокрое, теплое и густое пропитывает платье.

— МАЙЯ!

Крики знати. Лихорадочный шепот и пронзительные вопли.

— Принцесса!

Бешеный топот сапог и стук каблуков.

— Схватить его! — наполненный безумной яростью приказ.

Голова раскалывается.

Хаос.

— Майя! — панический голос Зева звучит совсем близко.

На мне кто-то лежит. Зев с глухим стоном скатывает его в сторону.

Муж разражается длинной чередой проклятий.

Перед бирюзового платья залит ярко-алой кровью.

— Майя, проклятие. Скажи хоть слово.

Он стоит на коленях рядом со мной, осторожно ощупывая мой живот, и его пальцы тут же окрашиваются в жуткий красный цвет. Руки действуют уверенно, но он не в силах скрыть бурю в глазах.

— Это не моя, — хриплю я, садясь. Затылок пульсирует так, будто по нему ударили ледорубом. Зев прищуривается, но мое внимание приковано к слуге, который рухнул на меня — тому самому человеку, которого Зев только что оттолкнул.

Убийца был точен. Но слуга проходил мимо в нужный — или роковой — момент.

Кинжал застрял глубоко в груди несчастного, видна лишь простая черная рукоять. Белая рубашка пропиталась густым багрянцем смерти. Его глаза закрыты, кожа липкая. Игнорируя боль в черепе, я подползаю к нему и прижимаю ладони к его шее.

Громкий крик сбивает меня с толку. На другом конце зала стража скручивает извивающегося, брызжущего злобой человека. Его лицо багровеет от гнева, светлые волосы растрепаны.

— Тундрейнская сука! Ты убила моего брата! — вопит он.

Воздух вокруг мужа начинает потрескивать.

— В подземелье его, — рычит Зев, сжимая и разжимая кулаки.

Подбегают другие стражники, окружая нас плотным кольцом из мышц, металла и кожи.

— Принцесса ранена? — спрашивает один из них. Грегоран — один из приставленных ко мне охранников.

— Я в порядке, — я указываю на слугу, все еще неподвижно лежащего на холодном полу. — Но мне нужно исцелить его. Зев, кинжал.

Муж выдергивает клинок из груди лишенного чувств мужчины, при этом его вторая рука ни на миг не отпускает мою поясницу. Я прижимаю ладони к ране, прислушиваясь к ощущениям. Он потерял много крови, но кинжал не задел сердце и легкие.

— И что это мы тут делаем? — раздается холодный голос.

Это Фарамир проталкивается сквозь стражу. Варад встает рядом с ним.

— Исцеляю, — бросаю я коротко.

— Посмотрите на нее, — Фарамир зло хмыкает, — переживает из-за простолюдина. Тундрейнцы и впрямь мягкотелые.

Хватит отвлекать меня.

Я не утруждаю себя ответом. Осторожно расстегиваю рубашку мужчины и осматриваю рану — глубокая, но края ровные.

Фарамир цокает языком.

— Плохи дела, младший брат. Твоя жена раздевает другого мужчину в вашу брачную ночь.

Краем уха я слышу, как Зев отвечает Фарамиру низким рыком, но все внимание я направляю на слугу. Я вливаю в него свою силу, стягивая глубокую рану, пока кожа на его груди снова не становится гладкой.

Готово.

Я опускаюсь на пятки, глядя на других слуг, которые замерли неподалеку с встревоженными лицами.

— Отнесите его в Целительские палаты. Ему нужен отдых. Накормите его досыта, когда он придет в себя.

В ответ раздается негромкий хор благодарностей, и его уносят. Оставшиеся слуги и стражники смотрят на меня широко открытыми глазами, в их взглядах читается благоговение, а не ненависть.

Я медленно обвожу глазами зал. Кольцо стражи в какой-то момент разомкнулось — скорее всего, когда ворвался Фарамир. Стоит мертвая тишина. Каждый взгляд прикован ко мне. Снова.

Их новая принцесса — на коленях, вся в крови, исцеляет человека без дара.

Я смотрю на Зевейра, но не могу разгадать бурю чувств в его глазах.

Тревога? Гнев? Гордость?

— Отведите мою жену в наши покои, — наконец произносит он. Он обращается к страже, но его стальной взгляд прикован к моему. — И проследите, чтобы она поела.

Десять гвардейцев окружают меня, заслоняя обзор стеной из кожи и стали.

Они ведут меня прочь из зала.

В покои Зева.

Покои моего мужа под стать ему самому — суровые и мужественные. И все же в душе зашевелилось что-то нежное, когда он назвал их нашими, словно твердо намерен разделить со мной всего себя.

Впрочем, на осмотр нового жилища времени не остается: служанки загоняют меня в уборную, на ходу стягивая испорченное платье. На животе красуется ярко-алое пятно — там, где кровь пропитала ткань и оставила на коже следы чужой боли.

Женщины театрально ахают и препровождают меня в воду. Благословенные Приливы, на этот раз купание длится недолго.

После меня облачают в прозрачную черную сорочку, которая едва прикрывает зад. Тот, кто ее шил, видимо, забыл, что одежда предназначена для того, чтобы скрывать тело.

— Можно мне другую сорочку? — спрашиваю я, прикрывая грудь руками, прежде чем служанки успевают ускользнуть. — Такую, в которой… побольше ткани?

— Принцесса, — мягко говорит одна из старших служанок, — эта сорочка порадует вашего мужа.