Там, где живет истина
Шрифт:
Боже, я могу потерять себя в тебе. Это было бы так легко.
Девушка схватилась за его ремень, пока они целовались, из ее горла вырвался тихий звук нетерпения, когда она потянула его вперед на несколько шагов, пока не уперлась спиной в стену, а затем оторвалась от его губ, повернувшись так, чтобы быть отвернутой от него. Оглянувшись через плечо, подняла руки и уперлась ими в стену. Она прижалась к нему попкой, приглашая, и он, схватившись за подол ее платья, начал поднимать его, одновременно расстегивая молнию на джинсах. Она издала стон и снова оглянулась через плечо, в ее лице ясно читалось предвкушение, хотя он мог видеть только ее профиль.
Быстро и грязно, именно этого она и хотела. Рид замер, его мысли немного прояснились. Быстро и грязно... как в первый раз.
Рид попытался взять себя в руки, ему было больно, дыхание было быстрым и резким, пока боролся за контроль. Лиза снова оглянулась через плечо, теперь уже в замешательстве.
— Что случилось?
Рид судорожно вдохнул. Прижался губами к ее обнаженной шее и поцеловал ее, одновременно опуская платье.
— Не так, — прошептал он, снова натягивая штаны.
Ее тело замерло, и какое-то время девушка не двигалась. Когда наконец повернулась, вид у нее был неуверенный, смущенный. Несколько неловких мгновений они смотрели друг на друга.
Лиза опустила глаза.
— Прости, я...
— Тебе не за что извиняться. — Он отодвинулся от нее, застегивая штаны. Ему нужно было пространство, чтобы иметь хоть малейший шанс удержать тот хрупкий контроль, за который он успел ухватиться. Парень сделал еще один глубокий вдох, проведя рукой по волосам. Не имело значения, как далеко он отойдет. Она была в его ноздрях, под его кожей, в его сердце, хотя он не был уверен, что хочет задумываться о том, насколько сильно. И девушка выглядела такой отвергнутой, такой уязвленной и в то же время какой-то смирившейся, что он чуть было снова не заключил ее в объятия, просто чтобы утешить.
— Это из-за того, что ты узнал обо мне? Я понимаю, как тяжело тебе захотеть прикоснуться ко мне после...
— Боже, нет. Мне тяжело не прикасаться к тебе. Я хочу этого, Лиза. Я хочу тебя. Господи, — он посмотрел в сторону, — ты даже не представляешь, как сильно. — Он снова посмотрел прямо ей в глаза. — Но не так. Я не хочу спешить. Я хочу смотреть в твои глаза. Хочу наблюдать за твоим лицом, чтобы знать, что тебе нравится, а что нет. Я хочу наслаждаться этим, но больше всего хочу, чтобы ты тоже наслаждалась. — Возможно, он идиот. Потому что, видит бог, ему нужна была разрядка. Он нуждался в ней так сильно, что, казалось, вот-вот сломается. Но он хотел от нее большего, чем просто быстрый трах у стены его квартиры. Он хотел большего, чем она давала другим незнакомцам, с которыми знакомилась в барах. Большего, чем просто демонстрация силы, через которое ей удалось пройти, чтобы доказать себе, что она может.
Зак сказал, что она должна прийти к нему сама, но она этого не делала. Лиза играла роль, выполняя упражнения, которые, по ее мнению, должны были помочь ей исцелиться. Дело было не в нем. И даже не в ней. Речь шла только о ее ужасном и жестоком прошлом. Она словно выключалась, когда дело доходило до секса. Рид почувствовал это. Ее тело было там, но она отгораживалась, уходила в себя. Он не мог винить ее. Боже, как он мог? Но он также не мог использовать ее тело, когда ее душа отсутствовала.
— Я могу подождать, — сказал он. — Пока ты не будешь готова.
Лиза нахмурилась, открыла рот, чтобы возразить, но тут же закрыла его, отведя глаза. Ее плечи поднялись и опустились на вдохе, и она переступила с ноги на ногу. Ее ресницы затрепетали, а затем девушка снова подняла на него взгляд. В ее глазах было столько серьезности, что у него сжалось сердце.
— Я не знаю, как поступать иначе, Рид, — сказала она так тихо, что если бы он не стоял прямо перед ней, то не смог бы разобрать слов. — Я иду в темноте одна.
Он покачал головой и потянулся к ее руке. Лиза протянула ему руку, и он крепко сжал ее в своей.
— Нет, — сказал он. — Не одна. — Он повел ее в гостиную и включил телевизор на музыкальную станцию. Зазвучали негромкие звуки какой-то любовной песни восьмидесятых.
— О, боже, ты ведь не собираешься петь? — спросила она. — Думаю, я уже достаточно намучилась.
Рид издал небольшой удивленный смешок, но затем нахмурил брови. Черный юмор. И будь он проклят, если она не имела на него права. Лиза улыбнулась ему со слезами на глазах.
— Нет, — сказал он. — Я не собираюсь петь. Во всяком случае, не сегодня
Парень шагнул к ней, заключая в объятия. Лиза застыла, и через минуту, когда он мельком взглянул на ее лицо, отраженное в окне, ее глаза были широко раскрыты, а выражение лица неуверенным. Внутри него расцвела нежность. Она была так прекрасна и так напугана, и жгучие желание защитить ее, которого он никогда раньше не испытывал, охватило его изнутри. Он начал медленно раскачиваться, и она неловко двинулась за ним, издав смущенный смешок, когда наступила ему на ногу.
— Прости. Я на самом деле не умею танцевать.
— Это легко, — сказал он. — Просто следуй за мной.
Она прижалась к нему, обхватив руками его шею, ее дыхание согревало его кожу, и Риду этот момент показался нежным, интимным. Новым.
— Он разрушил меня, — прошептала она. — Иногда я чувствую себя именно так.
Парень слегка повернул голову.
— Ни один человек не может разрушить тебя. Это невозможно.
Лиза откинулась назад, глядя ему в глаза.
— Ты веришь в это?
— Да, — ответил он со всей убежденностью в своем сердце. — Верю.
Девушка еще мгновение смотрела на него, словно ища в его глазах истину. Очевидно, убедившись в этом, она положила голову ему на плечо, позволяя обнять себя.
— Я просто... — Она снова подняла голову, глядя ему в глаза. — Я не хочу, чтобы ты чувствовал, что обязан принимать участие в исправлении того, что во мне сломано.
Он покачал головой.
— Нет, я не могу этого сделать. Похоже, это серьезная работа, и, честно говоря, я сейчас немного занят.
Девушка сделала паузу, а затем рассмеялась, покачав головой.
— Я серьезно.
Он встретился с ней взглядом.
— Ты сама должна выполнить эту работу, Лиза. Ты уже это делаешь. Я лишь хочу сказать, что если тебе нужно подняться по лестнице в темноте, то ты это сделаешь. И если позволишь, я буду ждать тебя на другой стороне и подбадривать.
С ее губ сорвался тихий вздох, и она кивнула, движение было отрывистым. Она снова положила голову ему на плечо, и они продолжали раскачиваться вместе.