Чтение онлайн

Рассел усмехнулся, подумал, что будь здесь Анна, она уже мчалась бы к этому истребителю на всех парах… Затем, неожиданно для себя сказал:

— Я согласен.

Через четверть часа он уже шагал по подземному коридору в сторону ангара. Сопровождавшие его конвойные смотрели на него со смесью уважения и призрачной надежды. Прежде на Рассела так не смотрели. Некстати вспомнился первый и последний раз, когда он летел во флайере вместе с Анной в качестве пассажира. Тогда городом Анна летела дисциплинированно и ровно, не хуже программы автопилота. Поднявшись повыше, она о чем-то пошушукалась с сидящим рядом адмиралом Морганом, обернулась к Расселу:

— Ты не против, если мы немного пошалим?

Разве мог Рассел им помешать? Флайер швыряло туда-сюда, за мертвой петлей последовала «бочка», «кобра», «штопорная бочка», «атака гремлина», разнообразные виражи… И ко всему прочему Анна еще и запела. Как и многим людям, лишенным музыкального слуха, ей казалось, будто чем громче поешь, тем лучше.

Она выбрала песню из прогремевшего недавно мюзикла про летчика времен докосмической эры. Особую пикантность ситуации придавало то, что в конце каждого куплета лирический герой вопрошал: «Долечу или разобьюсь?». Сам сюжет мюзикла, который Расселу помнился достаточно смутно, тоже не вдохновлял: главный герой потерпел крушение в пустыне и сочинял для успокоения сказочки о мальчике, прилетевшем со звезд.

Какая ирония, подумалось Расселу, пока он шел между двумя конвойными на встречу глупой и героической смерти. Какая ирония, что тогда никто не мог подумать, что вскоре совсем к другому Авиатору прилетит совсем другой Маленький принц?

Наконец песня закончилась, и Анна выровняла флайер, обернулась и взглянула на Рассела. Глаза ее блестели от азарта, на лице играла сумасшедшая улыбка. Рассел нашел в себе силы криво улыбнуться в ответ.

Этот эпизод всегда бесил Рассела, но теперь он с удивлением понял, что улыбается, вспоминая свой страх, и то, как забавно звучал голос Анны, когда она громко и совершенно негармонично пела.

Анну и Ричарда уложили спать в разных спальнях. Сделано это было достаточно выразительно, мол, там, у себя, на корабле и своих планетах делайте что хотите, а у нас нравы строгие — мужчине и женщине, не являющимся друг другу супругами в одной постели делать нечего.

Малыш после ужина упоенно игравший детьми, попросился переночевать вместе с ними. Из детской долго еще раздавались сдавленные шепотки — дети делились с гостем своими нехитрыми секретами, рассказывали страшилки, расспрашивали Питера о его способностях. Малыш всегда легко находил общий язык с детьми. На счет этого Анна не беспокоилась. Рано или поздно люди научатся воспринимать его как доброго помощника. Малышу это было в радость — людская ненависть и боль глубоко ранила его, противореча заложенной в него программе.

За ужином Анна узнала об Отшельниках много нового и интересного. Узнала об их быте и философии. Пожалуй, попади она сюда подростком или появись здесь на свет, то сумела бы найти себя здесь. Жила бы простой жизнью трудяги, шила, вязала, пахтал масло и варила варенье. У нее гораздо раньше и не после таких потерь появился бы свой дом и свои дети…

Вот только в ее жизни не было бы полетов. Но что полеты? Теперь она их лишена. Но ведь не умерла же? Нашла новую цель в жизни. А так, он и не знала бы, чего лишена… Впрочем, что гадать, как бы все было бы, сложись его жизнь по-другому. Ведь в другой жизни не было бы ни Питера, ни Ричарда, ни их общих чудесных детей…

Ричард хотел зайти в спальню вслед за Анной, удостовериться, что из окна не дует, а постель достаточно удобна, и помочь ей распустить шнурки на ботинках и расстегнуть бархотку-нейростимулятор. Зарядить его здесь возможности не было, но они предусмотрительно взяли с собой запасной аккумулятор. В этом они оба почти не видели ничего интимного, всего лишь небольшая помощь.

Мама Ричарда, Мария, считала совершенно иначе. Она оттеснила сына и захлопнула дверь, не оставляя Анне возможности ретироваться. Женщины некоторое время молча смотрели друг на друга. Анна тут же достала из кармана свои разномастные четки и принялась их перебирать, думая о том, какой бусиной отметит путешествие на Эдем.

Она не боялась, и не испытывала неловкости, стоя перед матерью Ричарда — ее мнение мало что значило. Они могли никогда не увидеться — и ничего бы не изменилось. Первым тишину нарушила Мария.

— Я знала, что Ричард не останется с нами, — сказала она, грустно улыбаясь. — Знала, что ему здесь будет тесно. Наш мир не подходит для таких как вы и он.

— Мне нравится здесь, — ответила Анна. — Здесь безмятежно. Нет нужды думать о будущем. Тебе всегда укажут путь, всегда помогут.

— Здесь приходится тяжело трудиться.

— Труд меня никогда не пугал.

— И все же, — продолжила мать Ричарда, — если вы и думаете о жизни здесь, то, только о передышке после долгого пути. Цена, которую приходится платить за эту безмятежность, для вас слишком высока. Как и для моего сына. Вы не из тех людей, кому нужен поводырь.

Анна кивнула, ожидая продолжения. Не спрашивая разрешения, она опустилась на край деревянной кровати, покрытой лоскутным одеялом и принялся возиться со шнурками. Мария подошла ближе и, опустившись на корточки, положила левую ногу Анны себе на колено и принялась расшнуровывать шнурки. Анна смотрела на свою почти свекровь сверху вниз, ожидая, что она скажет. Мать Ричарда продолжала:

— Что вы можете дать моему сыну? Вы, лично? Если убрать ваши деньги, ваши… ваши… яйцеклетки, и ваши проблемы… что можете дать ему вы?

Анна расстегнула ошейник и потерла шею.

— Мою любовь? — насмешливо спросила она. Эти обвинения казались ей почти забавными. Разумеется, для каждого родителя его дети самые лучшие, их партнеры им в подметки не годятся. Некстати вспомнилась Алекса, образец свекрови такого типа…

— Но ведь и ее вы ему не дали! — ответила Мария, и поднялась. — Вы думаете это незаметно? Вы носитесь со своим горем, со своим неудачным браком, как дурак с писаной торбой, а он следит за каждым вашим шагом.

Анна почувствовала, как щеки предательски алеют.

— Неудачным браком? — переспросила она, чувствуя, как голос дрожит от злости. — Неудачным браком? Это вы называете неудавшимся браком? Кто вы такая, чтобы высказывать мне свое бесценное мнение?

— Я родила человека, которого вы говорите, что любите! А вместо любви вы только мучаете его.

Анна прижала холодные руки к пылающим щекам.

— Он сказал, что будет ждать столько, сколько потребуется…

Старуха кивнула:

— Он любит вас. Это неоспоримо. Но любите ли вы его настолько, чтобы отринуть свои страхи? Или он просто вам удобен? Как защитник, как помощник, как отец детей. Верный рыцарь для прекрасной девы, который всегда под рукой, всегда готов придти на помощь не ставя условий. Всегда под рукой, но не более?

Анна встала с постели, под босыми ногами приятно ощущался вязанный коврик.

— Мне понятно ваше мнение, спасибо, что сказали честно. Я устала. Спокойной ночи.

Мария неожиданно тепло улыбнулась. Она подошла совсем близко, обняла Анну, и поцеловал в щеку.

— Ну обижайся на старуху, милая. Но кто-то должен был сказать тебе, что ты топчешься на одном месте, а у меня, между прочим, диплом сексолога, правда пятидесятилетней давности. И немножко мудрости.

— Как же вы оказались здесь?