Чтение онлайн

Не знаю, что было бы дальше, но в этот миг я услышала голос Патрика:

— Эй, ты! Посмотри на меня!

Я невольно перевела взгляд на молодого человека, и волк, придавив меня к земле своей сильной лапой, сделал то же самое. Сейчас, на наших глазах, Патрик превращался во все то же чудовище, напоминающее то ли ящера, то ли дракона. Зрелище жутковатое, и вместе с тем неприятное, но я уже видела это не раз, а вот для волка это оказалось неожиданностью. Что же касается меня, то, прижатая к земле сильной лапой волколака, я боялась даже шелохнуться, понимая, что один укус зверя — и если я не умру сразу, то стану оборотнем, и еще неизвестно, что в итоге окажется хуже. Впрочем, если волколак всего лишь цапнет меня своими длинными когтями, то в этом тоже нет ничего хорошего.

Медленно текли мгновения, и я не знала, что будет дальше. Неужели эти двое схватятся между собой? А что, такое вполне возможно… Но вот чего я не ожидала, так это слов:

— Ты кто?

Спрашивали не меня, и говорил не Патрик: к этому времени я уже хорошо знала, как звучит голос моего спутника, когда он выглядит, словно чудовище — тогда его речь несколько замедленная, да еще и с отчетливым змеиным шипением. Сейчас же я слышу отрывистый лающий голос, в котором раздаются чуть воющие нотки. Неужели…

— Можешь считать, что я такой же, как ты… — а вот это уже голос Патрика.

— А она…

— Она со мной.

Возникла долгая пауза, затем волк убрал с меня свою лапу и направился к Патрику, но остановился, не дойдя до него нескольких шагов. Более того — волколак поднялся на задние лапы, и какое-то время смотрел на моего спутника, а тот, в свою очередь, не спускал взгляда с серого зверя, и эта картина, надо признать, была весьма впечатляющей, во всяком случае, слабонервным особам на такое лучше не смотреть. Только сейчас я рассмотрела, насколько большим был этот волк (или, вернее, волколак) — стоя на задних лапах, он был выше Патрика едва ли не на голову. А еще это существо внешне почти неотличимо от обычного волка (пусть и невероятно большого), если бы не ярко-красные глаза и задние конечности, суставы у которых оставались человеческим, и были подобны самым обычным коленям. Сейчас оба зверя молча смотрели друг на друга, лишь иногда издавая непонятные звуки.

— Что тебе здесь надо?.. — после долгого молчания произнес (вернее, пролаял) волколак.

— Здесь — ничего. Мы просто идем по своим делам.

Опять долгое молчание, и, наконец, я услышала:

— Уходите. Я вас отпускаю…

Сквозь струи дождя я увидела, как волк огромной темной тенью метнулся в ельник. Чуть шелохнулись мокрые ветки, и вновь наступила тишина, лишь слышался бесконечный шум дождя. Постояв на месте еще какое-то время, Патрик направился ко мне.

— Ты как?.. — буркнул он, подходя ко мне. Сейчас от молодого человека сложно было ожидать большой любезности в обхождении — его просто корежило в обратном превращении из зверя в человека.

— Кажется, со мной все в порядке… — вообще-то это утверждение спорное, потому как я все еще прихожу в себя от испуга, и говорю с трудом. Вдобавок ко всему я по-прежнему лежу на дороге, да еще и в грязной луже, так что сейчас у меня вид, словно у последней замарашки.

— Тогда вставай, нечего тут прохлаждаться… — Патрик рывком поднял меня с земли. — Отдых закончен.

От возмущения у меня только что дыхание не перехватило, и я уже хотела, было, высказать Патрику все, что о нем думаю, но тут до нас донесся все тот же жутковатый вой, а заодно и оборвавшееся конское ржание.

— Это что?.. — одними губами спросила я.

— Это значит, что у нас больше нет одной из лошадей, скорей всего, твоей — она после падения заметно прихрамывала на одну ногу, а, значит, далеко убежать не могла… — Патрик дернул меня за руку. — Ну, долго еще на месте стоять будешь? Пошли.

То, что я осталась без лошади — это мне и самой понятно. Правда, вместе с ней пропала и вся моя одежда, но тут уж ничего не поделаешь. Досадно, конечно, но стоит мне вспомнить приоткрытую волчью пасть, наклонившуюся едва ли не над моим лицом — и потеря одежды уже не кажется горестным событием. Живы остались — уже хорошо.

— Патрик, а твоя лошадь…

— Сбежала. Вернее, когда волк тебя сбил, я спрыгнул со своей лошади, и она помчалась дальше. Если повезет, то мы ее найдем, ну, а если нет, то придется идти до Кряжника пешком.

Выходит, у Патрика была возможность спастись — волколаку вполне хватило бы на обед одной меня (не говоря о лошади), но он предпочел остаться, и даже более того — рисковал своей жизнью ради того, чтоб спасти меня. Похоже, мой так называемый муж показал себя настоящим защитником. Я уже готова была сказать ему что-то хорошее, однако Патрик, покосившись на меня, съехидничал:

— Звезда моих очей, мне без тебя в дальнейшем трудно будет обойтись, и именно потому я выступил в роли рыцаря без страха и упрека. Так что никакой романтики, все в пределах разумного.

— Благородным героем ты мне больше нравился… — теперь и я не удержалась, чтоб не съязвить.

— У меня вообще много достоинств, перечислять надоест… — Патрик направился вперед. — Пошли, а не то наш новый друг может передумать, и вернуться назад.

Дальше мы молча шли по все той же лесной дороге, проскальзывая на размокшей глине, и стараясь обходить самые большие лужи. Я бы о многом хотела расспросить своего спутника, но понимала, что сейчас не время для разговоров. Патрик крепко держал меня за руку — когда чувствуешь поддержку, то не так страшно. А еще мы все время прислушивались к окружающим звукам, но, по счастью, ничего страшного не услышали, и это радовало.

Прошло, наверное, часа два, и хвойный лес начал редеть, а потом он и вовсе сменился березняком, и там мы с немалой радостью увидели лошадь Патрика, ту самую, которая сумела убежать от волколака. Сейчас лошадка стояла под деревьями, и щипала сырую траву. Не похоже, что она была перепугана, а это значит, что оборотня рядом нет.

— Ну и славно… — Патрик взял лошадь под уздцы. — Теперь ты, дорогая супруга, продолжишь путь верхом, а не то мне уже надоело ловить тебя, когда ты умудряешься едва ли не упасть в очередную лужу. И что у тебя за привычка такая спотыкаться о каждую выбоину?

— Не у одного тебя множество достоинств, у меня они тоже имеются…

Конечно, во многом Патрик был прав — мои ноги то и дело разъезжались на мокрой дороге, а про заляпанную грязью одежду и говорить не стоит. К тому же я очень устала. Правда, лошадь Патрика излишне резвая, но, надеюсь, как-нибудь с ней справлюсь. И вообще, я согласна с утверждением, что лучше плохо ехать, чем хорошо идти.

— Патрик, а волколак… Почему он нас отпустил?

— Так и знал, что ты привяжешься с вопросами… — усмехнулся дорогой супруг. — Тут все просто — он не почувствовал в нас конкурентов или врагов, тем более что подобные существа предпочитают находиться в одиночестве. Кроме того, еще недавно этот волколак был обычным человеком, но… Скажем так — ему не повезло, вернее, он совершил огромную ошибку, стараясь возвыситься над другими.

— Зачем это ему было нужно?

— Этому парнишке всего двадцать лет, и он наслушался преданий о том, как великие воины в старину могли оборачиваться в волколака, и разить врагов, ведь такие оборотни обладают невероятной силой и ловкостью, способны за короткое время преодолевать огромные расстояния. К тому же волколаки являются непревзойденными охотниками. Все это в глазах молодого олуха (кстати, его родители в здешних местах считаются весьма обеспеченными людьми) казалось чем-то невероятным, к тому же парня бросила девушка, и потому этот болван решил стать самым ловким и умелым в округе. Дескать, хотя я и человек, но когда захочу — превращаюсь в волка. Проще говоря, молодому человеку очень хотелось выделиться, правда, конечный результат его мечтаний оказался вовсе не тем, на что он рассчитывал. Верно говорят: бойтесь своих желаний, они иногда сбываются. Одним словом — балда.