Танцовщица
Шрифт:
Дамир обошел машину, сел за руль и с силой захлопнул дверь. Он все еще тяжело дышал.
— Пристегнись, — бросил он, не глядя на меня. — Мы едем домой.
— А как же твой офис? Совещания? Мир большого бизнеса?
— К черту бизнес, — он нажал на газ, и машина рванула с места. — У меня есть дела поважнее. Мне нужно придумать, как медленно и мучительно уничтожить моего брата, чтобы он пожалел о том дне, когда научился пользоваться интернетом.
Я посмотрела на его профиль. Жесткий, злой, решительный.
И вдруг поймала себя на мысли, что улыбаюсь.
— Тагиров, — позвала я тихо.
— Что?
— А ты знаешь, что ты сейчас выглядишь очень сексуально, когда собираешься кого-то уничтожить ради меня?
Он едва заметно сбился с ритма переключения передач. Скосил на меня глаза. В глубине его черных зрачков я увидела удивление, смешанное с тем самым огнем, который мы зажгли вчера на кухне.
— Не провоцируй меня, Кира, — хрипло предупредил он. — Я сейчас на взводе. Могу понять неправильно и уничтожить тебя. Прямо здесь.
— Ой, боюсь-боюсь, — фыркнула, удобнее устраиваясь в кресле. — Только давай сначала поедим. Я сегодня стала звездой курса, раздала автографы и почти открыла свою школу танцев. Героям нужно подкрепление.
Дамир покачал головой, но я увидела, как уголок его губ дрогнул в улыбке.
— Школу танцев?
— Ага. Твой брат сделал мне шикарный пиар. Так что, если ты меня уволишь, я не пропаду.
Он накрыл мою руку своей ладонью, сжимая пальцы.
— Никто тебя не уволит. Ты теперь моя проблема. Пожизненно.
— Не угрожай мне.
Глава 27
00:45.
На часах светились цифры, которые для нормальных людей означали глубокую фазу сна. Для меня они означали, что вечер только начинается.
Я ворочалась в огромной кровати в гостевой спальне, сминая простыни в комок. Организм, привыкший за последние полгода жить в режиме «сова-вампир», отказывался выключаться. В это время в клубе обычно начинался самый разгар веселья: музыка долбила, адреналин скакал, и спать хотелось примерно так же, как хочется есть пенопласт.
Я попыталась посмотреть фильм. Выключила через десять минут — героиня бесила своей тупостью. Попыталась почитать конспекты по истории искусств. Буквы плясали перед глазами.
— А-а-а-а, — простонала я в подушку. — Скучно!
В доме стояла гробовая тишина. Дамир, наверное, уже видит десятый сон про свои графики и отчеты. Или про то, как он душит своего брата галстуком.
Я села на кровати.
Спать я не хочу. Лежать и плевать в потолок — тоже. Оставался один вариант: пойти и проверить, спит ли мой муж. А если спит — разбудить. В конце концов, в контракте сказано «быть рядом», а не «быть рядом только в рабочее время».
Я натянула короткие пижамные шорты в клетку и майку-топ на тонких бретельках.
Вышла в коридор. Тихо, темно, только подсветка плинтусов создает атмосферу космического корабля.
Подошла к двери его спальни. Стучаться? Пф-ф. Стучатся вежливые люди. А я — стихийное бедствие.
Я открыла дверь привычным способом — с легкого пинка ногой.
Дверь распахнулась, ударившись об ограничитель.
— Проверка связи! — бодро начала я, входя внутрь.
И осеклась.
Дамир не спал.
В комнате горел только тусклый свет ночника на тумбочке и голубоватое свечение экрана ноутбука. Дамир полусидел в кровати, опираясь спиной на высокое изголовье. Одеяло прикрывало его только до пояса.
А выше…
Я застыла на пороге, чувствуя, как во рту мгновенно пересохло.
Выше одежды на нем не было.
Я видела его в рубашках. Я видела его в футболках. Я даже сидела у него на коленях и чувствовала твердость его мышц. Но видеть вот так, в интимном полумраке спальни — это было другое. Это было как удар под дых.
Широкие плечи, смуглая кожа, которая казалась бархатной в этом свете. Рельефные грудные мышцы, жесткие линии ключиц и кубики пресса, уходящие под одеяло дорожкой темных волос. Ни грамма лишнего жира. Только литая сталь, сила и животный магнетизм.
Внизу живота сладко потянуло.
Я, конечно, невинная ромашка по паспорту, но уж точно не ханжа. Я не жила в пещере. Я смотрела фильмы, я видела парней в раздевалках спортзала, и, чего уж греха таить, у меня был интернет и подписка на пару интересных сайтов. Я знала свое тело. Я знала, как довести себя до дрожи в ногах в одиночестве, под одеялом, представляя какие-то абстрактные образы.
Но то были картинки. Фантазии. Пиксели на экране.
А передо мной сидел живой, горячий, невероятно мощный мужчина. Мой муж. И от вида его обнаженного торса, от того, как перекатывались мышцы, когда он пошевелился, у меня пересохло во рту. Я вдруг остро, до боли захотела узнать, какова эта кожа на ощупь. Горячая? Шершавая?
— Не спишь? — спросила я, и мой голос прозвучал ниже, чем обычно. С трудом оторвала взгляд от его груди и перевела на лицо.
Дамир медленно снял очки для работы за компьютером и потер переносицу. Посмотрел на меня.
— Даже если бы спал, — ответил он хриплым ночным голосом, — ты бы своим грохотом и мертвого подняла. Ветрова, ты когда-нибудь научишься пользоваться дверной ручкой? Или тебя воспитывали в спецназе?
Я проигнорировала его ворчание. Я вообще его почти не слышала. Мои мысли были заняты другим. Я представляла, как мои руки скользят по этим плечам.
— Ого, — вырвалось у меня искренне. — Ты что, качаешься? Я думала, ты там под рубашкой прячешь офисную дряблость. А тут…
Я присвистнула, скрывая смущение за привычной наглостью.
Дамир усмехнулся, потягиваясь и заводя руки за голову. Мышцы при этом движении напряглись, рельеф стал еще четче. Господи, да это незаконно — быть таким сложенным.
— Нет, не качаюсь, — лениво протянул он. — Просто каждый день таскаю на себе груз ответственности за холдинг и одну неуравновешенную жену. Это, знаешь ли, лучше любого кроссфита.
— Ха-ха. Очень смешно.
Я прошла вглубь комнаты, чувствуя, как ноги сами несут меня к нему. Меня тянуло к нему, как мотылька на огонь.