Чтение онлайн

Привет, малыш! Все хорошо? Хочешь играть?

Взглянув в глаза щенка, Юкико ощутила отсутствие Буруу как свежую рану.

Не сейчас, малыш.

Щенок лаял и выписывал вокруг нее небольшие круги.

– Проходи, посиди со мной, Кицунэ Юкико, – сказала Аиша.

Не поднимаясь с колен, Юкико переместилась вперед, к столу. Щенок грыз сандалии гэта, которые она оставила у двери. Она наблюдала, как Аиша заваривает чай; стильный изящный танец чайника, чашек и блюдец в хороводе горячих сладких запахов. Три девушки начали играть на сямисэнах, наполняя воздух мягкой завораживающей музыкой. Инструменты, длиной почти шесть футов, были изготовлены из дерева, украшенного изящными вставками из драконова дерева, инкрустированного перламутром. Сямисэны лежали на полу, и девушки, стоя на коленях рядом, щипали струны пальцами. Дрожащие ноты были длинными, сладкими, но немного грустными, как будто инструменты тщетно ждали красивый голос, который мог бы вести мелодию вместе с ними.

– Говорят, вы поймали грозового тигра, – произнесла Аиши, не отрываясь от чайной церемонии, и налила чаю в чашку Юкико. – И спасли жизнь гильдийцу. И провели несколько дней в одиночестве в Йиши.

– Хай! – прежде чем принять чашку, Юкико трижды повернула ее, поклонившись Аише.

– Это, должно быть, необыкновенная история, – Аиша откинулась назад и наполнила свою чашку. – Вы должны мне ее рассказать как-нибудь.

– Если пожелаете, госпожа.

Аиша взглянула на чашку Юкико, ожидая, когда ее гостья сделает первый глоток.

– Сколько тебе лет, Кицунэ Юкико?

Дзюни-хитоэ так сдавило Юкико, что ей не хватало воздуха. В глаза тек пот. Ей хотелось потереть их, но она боялась размазать краску. Поэтому она попыталась смахнуть его ресницами. Затем подняла чашку и сделала небольшой глоток дымящейся жидкости.

– Мне шестнадцать, госпожа.

– Вы так молоды. И все же вы – гордость нашего города.

– Ну что вы, госпожа.

– И так скромны!

Обслуживающая их девушка хихикнула. Аиша сделала глоток чая, наблюдая за Юкико из-за чашки.

– Вы очень красивы, Юкико-чан.

– Вы делаете мне честь, госпожа.

– Вам понравились ваши комнаты?

– Хай, госпожа.

– Надеюсь, Мичи-чан помогла вам?

– Хай, госпожа. Очень помогла.

– Вам идет этот дзюни-хитоэ.

– Спасибо за подарок, госпожа.

– Мой брат, сэйи-тайсёгун, просто в восторге.

– Спасибо, госпожа.

– Я давно не видела его таким счастливым. Вы добыли ему великий подарок.

Юкико начала злиться, ее раздражал глупый ритуал и бессмысленность этого одностороннего разговора. Ей казалось, что эта разрисованная кукла говорит над ней, а не с ней. Ей было абсолютно все равно, что Юкико говорит или чувствует, – ведь это всего лишь мимолетное развлечение в однообразной жизни Аиши, состоящей из красивых платьев и долгих часов, проведенных перед зеркалами.

Она очень хорошо знала, что ей следует держать рот на замке, что ей просто следует кивать головой и потеть в этом нелепом платье, с улыбкой потягивая кровавый чай из своей чашки. Но она не смогла.

– Однако ваш брат запер моего отца в темнице, – произнесла она. – Голодного. Почти раздетого. Там только голые камни, чтобы спать, и ведро, чтобы срать.

Все дружно охнули, музыка смолкла, бескровные, словно кожа мертвецов, лица побледнели еще больше. Аиша застыла, как камень, чашка замерла у губ, из-под ресниц на Юкико смотрели темные живые глаза. Она услышала, как Мичи позади нее что-то шепчет. Может, молитву.

– Оставьте нас, – со сталью в голосе произнесла Аиша.

Служанки дружно поднялись и покинули комнату, тихо шурша маленькими ножками по плетеным циновкам.

Юкико склонила голову, не понимая, зачем она дала волю гневу. Злоба, несдержанность – все это так не похоже на нее. Обычно она всегда держала себя в руках, рано повзрослев из-за отцовских пристрастий. Это произошло как будто…

Конечно.

Буруу. Раньше он был таким прямолинейным. Импульсивным и диким. Но теперь он способен к сдержанности, терпению, сложному мышлению, становится рациональным, преодолевая собственную звериную природу. Их связывают общие мечты. Общие чувства. Связь между ними растет с каждым днем.

Он становится все больше похож на меня.

– Простите, госпожа, – пробормотала она. – Прошу прощения.

А я становлюсь все больше похожа на него.

Аиша осторожно поставила чашку на стол твердой рукой.

– Чего вы хотите, Кицунэ Юкико?

Юкико подняла взгляд на принцессу. Она не выглядела сердитой или обиженной. Аиша взглядом окинула Юкико сверху вниз, как будто стараясь проникнуть в ее мысли. В ее глазах светился живой ум, расчетливая тонкая хитрость, сочетаясь с неприкрытой властностью в ее голосе. В соседней комнате снова зазвучала мелодия сямисэнов, словно дымовая завеса над разговором, ведущимся за тонкими бумажными стенами. Юкико начала подозревать, что в этой женщине есть нечто большее, чем красивые платья и чайные церемонии.

– Чего я хочу?

– Хай, – сказала Аиша. – Чего вы хотите добиться здесь, в Кигене?

Моргнув, Юкико промолчала.

– Можете говорить свободно.

– Хорошо, – Юкико осторожно облизнула нижнюю губу. – Прежде всего, я хочу, чтобы моего отца выпустили из тюрьмы.

– И вы считаете, лучший способ добиться этого – оскорбить меня?

– Н-нет, – пробормотала она. – Простите, госпо…

– Не извиняйтесь за свои ошибки, – прервала Аиша. – Учитесь на них.

– Я не…

– Женщины в этом городе, на этом острове – может показаться, что мы ничего не значим. Мы не командуем армиями. Не владеем землями и не участвуем в войнах. Мужчины считают, что мы просто приятное дополнение к их важным делам – развлечение. Ни на секунду не верьте, что мы бессильны. Никогда не стоит недооценивать власть женщины над мужчинами, Кицунэ Юкико.

– Да, госпожа.

– Вы молоды, не получили должного образования. Вместо этого вам пришлось взрослеть в компании одурманенного наркотиком отца. Это недостаток, но вы должны быстро от него избавиться – учиться. Ибо, поверьте мне, я знаю, что говорю, сегодня по силе вы уступаете только мне. Вы – вторая самая могущественная женщина во всей Шиме.

– Что?

– Вы нужны Йоритомо, Юкико. – Аиша словно сковала ее своим темным сверкающим взглядом. – Я знаю, что вы – ёкай-кин. Весь двор знает. Весь город уже слышал вашу историю. Уличные менестрели сидят на перекрестках, наблюдая, как наполняются куками их чаши для пожертвований, когда они поют песни о храброй Араши-но-ко, которая уничтожила дюжину они и приручила могучего грозового тигра. А знаете ли вы, что Гильдия уже направила эмиссара с требованием сжечь вас на костре?

Юкико почувствовала, как сжался от страха ее желудок, и пробормотала:

– Нет.

– Йоритомо рассмеялся ему в лицо. Можете себе представить? Сам Сятей-гасира – плоть от плоти Гильдии этого города. И Йоритомо смеялся над ним. – Аиша покачала головой. – Мой брат думает только о своей мечте. О том, чтобы оседлать этого арашитору и добиться окончательной победы над гайдзинами, которой не смогли добиться дюжина генералов под командованием нашего отца. Триумф, о котором историки будут рассказывать нескольким поколениям. И дать ему это можете вы, Юкико-чан. Только вы.