Чтение онлайн

— А ты? — голос, который теперь звучал совсем по детски, был наполнен страхом и неподдельным переживанием.

— Я должна уйти. Вчера в городе меня узнали. Я запутала следы, но если останусь, боюсь пострадаете и он, и ты.

— Хорошо. — голос парня предательски дрогнул.

— Тогда увидимся. Не переживай. Я постараюсь побыстрее от них оторваться.

И скрипнув дверью, запуская в лачугу свежий морозный воздух, девушка скрылась в непроглядной ночи.

— Сколько я спал? — голос Лютера скрипел не меньше чем входная дверь, в горле от этого странно першило. Открыв глаза он резко сел, и сразу же лег обратно, все тело пронзила адская боль от сломанных костей и эхом отразилась черными полосами, пробежавшими по его лицу.

— Сутки. Роуз принесла тебя прошлой ночью.

К кровати уверенным шагом подошел парень облаченный в белую рясу священника, на вид лет двадцати, с длинными, но абсолютно седыми волосами. И хотя из его золотистого цвета глаз все еще скатывались слезы, его сердцебиение утверждало, что он совершенно не боится.

— Ты знаешь кто я? — Спози задал этот вопрос неуверенно поглядывая на кол, что был у парня в руке.

— Знаю. Ты такой же как Роуз — Вампир. — Патрик говорил спокойно, словно в его словах не было ничего непривычного.

Лютер снова попытался сесть.

— Не двигайся. Роуз сказала что у тебя сломаны почти все ребра, и из-за этого повреждены органы. Будь ты человеком, умер бы на месте. Не волнуйся я не причиню тебе вреда, если не полезешь кусаться. Кстати моя кровь для вампиров яд, Роуз об этом позаботилась.

— Я и так не собирался тебя кусать. Ты назвал ее Черной Розой. Той самой?? Я слышал что она мертва.

Патрик отложил осиновый кол на деревянное подобие стола и открыв стоящую тут бутыль наполнил металлическую кружку, судя по свастике принадлежащую немецкому солдату, кровью.

— Да, та самая. Она говорила что в ее мире это имя многие знают, и что бы я звал ее просто Роуз. Но теперь, она запрещает называть себя даже так, говорит что только после этого сможет действительно исчезнуть. Вот выпей. — Патрик одной рукой помог Лютеру приподняться, а другой поднес к его губам кружку с кровью. — Роуз сказала это поможет твоим костям быстрее срастись.

Осушив кружку в несколько больших глотков, Спози снова откинулся на единственную подушку. Ему не давал покоя один вопрос.

— Ты же человек, почему следуешь за ней? Или она обещала сделать тебя таким же?

— Нееет! Ты ее совсем не знаешь! Роуз никогда бы так не поступила. — Патрик с возмущением в голосе, что отражалось и в его движениях, поставил пустую кружку на стол. — Мне было пять, когда обезумевший от голода вампир напал на мою семью и растерзал ее прямо у меня на глазах, я поэтому седой. Она меня спасла, хотя и уверяет что совсем наоборот. А потом оставила меня в католическом приюте, но все время за мной приглядывала. Так что не думай что она плохая. Спи.

Руку Лютера неожиданно пронзила боль от укола шприца с серебряной иглой и он оскалился.

— Не злись. Это поможет тебе восстановиться. Роуз сказала что от этого станет легче. А игла, по другому ведь вашу кожу не проткнуть.

После введенного раствора боль действительно отступила, а веки наполнившись какой-то не подвластной тяжестью сомкнулись и Спози снова погрузился в сон…

Новогодняя ночь (2009–2010).

— Хотя… Она наверное меня даже не помнит.

Лютер повернулся и, с весьма печальной улыбкой, посмотрел на Максимилиана, а тот уже стоял у скрытого, в большом глобусе, баре, и разливал по бокалам чистый виски.

— Помнит. Но, как я понял, Патрик ей о вашем с ним разговоре не рассказывал, поэтому она думает что ты тогда спал и о ней не в курсе. Вот ничего сегодня и не сказала. Кстати именно потому что помнит и зовет тебя остолопом. — Он подошел и протянув один из бокалов Лютеру, продолжил. — Что же на твой первый вопрос «Почему?», потому что это было ее условием вступления в клан — «она сама расскажет когда посчитает нужным». Это ее прошлое, ты о своем тоже не сильно-таки распространяешься.

— Тогда за наше прошлое и надеюсь светлое будущее. — Лютер приподнял свой бокал.

— Давай. За тех кто с нами был. — Макс тихонько коснулся своим бокалом бокала Лютера.

— За Патрика. Сейчас бы ему было восемьдесят восемь. — И оба, попивая виски, улыбнулись.

Патрика не стало три года назад. И всю свою жизнь, хотя и принял обет безбрачия, любя лишь Айду, но так ей в этом и не признавшись, он посвятил Богу, Вере и вампирам, отдавая им всего себя. Он умер будучи Епископом, оставшись в памяти многих, как светлый луч надежды в огромном мире хаоса ночи. Как один из немногих кто венчал детей тьмы и ни когда не отворачивался от тех кто ищет приют и защиту, будь то человек, вампир, или даже оборотень, хотя последние практически никогда не заглядывали в обитель Бога.

Два дня спустя.

— Чтооо?!! То есть она не с тобой? Куда? Так стоп. Дем рассказывай обо всем по порядку и желательно во всех подробностях, начиная с того момента как вы покинули замок.

И на том конце спутникового телефона была поведана короткая история о том как Димитрий и Аидел разделились в аэропорту Москвы, но при этом оставляющая больше вопросов чем ответов.

— А после этого она выходила на связь?

Рука Максимилиана сжалась в кулак и врезалась в ствол дерева, под которым когда-то в обнимку сидели Айда и Сарг. Жнец сам поведал главе клана об этом тайном месте ссылаясь на то, что в замке и у стен есть уши, а здесь, подальше от посторонних глаз, заручившись магией Флорисции, можно будет без опасения общаться с теми, кто теперь должен оставаться в тени.

— Нет Дем. Думаю, она действительно что-то увидела в аэропорту. Я постараюсь связаться с ней. Ты же следуй изначальному плану… Хорошо… Тогда до связи. Если она выйдет с тобой на связь раньше чем со мной, сообщи.

И Макс повесив трубку, подошел к рыжеволосой вампирше, что сейчас сидела прямо на обрыве.

— У Дема все хорошо, он уже устроился в квартире. А Айда улетела в Челябинск. С ней все в порядке??

По выражению лица Флорисции, даже не будучи эмпатом, сейчас можно было прочесть все эмоции, словно самую простую открытую книгу. В ее зеленых с золотым отливом глазах сначала отразилось успокоение, затем яркой вспышкой пронеслось удивление, а затем они на несколько мгновений вовсе прикрылись, и с губ ведьмы-вампира сорвался глубокий выдох.

— Жива, и физически в порядке, но я ощущаю в ней странный сумбур, нет четкости…

Фло резко открыла глаза и встала, ее милое личико окрасилось негодованием, которое отражалось не только на ее лице, но и теперь звучало в мелодичном доселе голосе.

— Она меня вытолкнула и поставила блок! Твои тренировки с ней не прошли даром, можешь гордиться ученицей. Теперь она может закрываться от меня. А значит пока она сама не захочет, я даже найти ее не смогу. Доволен?!

Еще до того как Аидел присоединилась к клану, Макс предложил помочь им с их ментальной связью «единой души», так как видел что Фло очень переживала за то, что без спросу и иногда крайне неожиданно врывается в «личное пространство» подруги. И когда Айда все же присоединилась к клану стал лично тренировать ее, и теперь она могла не только поставить барьер и не пустить Фло в свои мысли, но и как оказывается вытолкнуть ведьму из них восвояси.