Чтение онлайн

В это время подножье вулкана Фудзияма.

Яд, что медленно распространялся по ее телу, оказался куда сильнее чем Айда предположила в самом начале. И уже на половине пути до Фудзиямы она ощутила как силы стали стремительно покидать ее, тело бил сильный озноб, а внутренние органы наоборот словно поливали кипятком при этом завязывая в узел, и все ровно Айда была уверена что справится. Но и в этом она ошибалась. И когда до вулкана оставалось совсем немного, а осознание, того что сделать сюрприз учителю считающему ее мертвой все же не получится, стало четким, Айда сняла ментальный блок, в надежде позаимствовать у Фло немного сил, или хотя бы дать ей знать где искать. Рухнув камнем с темнеющего неба Аидел оказалась в лесу Аокигахара, печально известный своим другим именем — Лес самоубийц. До древнего синтоистского храма, скрытого от посторонних глаз среди множества присутствующих тут скалистых пещер, Айда не долетела пару километров, которые теперь предстояло пройти вдоль туристического маршрута, ведущего к вулкану. Но ее разум уже терял последнюю связь с реальностью, рисуя среди деревьев то Флорисцию, то Максимилиана, то чарующий голос Сарга. И Айда уже не различала что перед ней правда, а что игра воображения…

Такого поворота событий Люциус никак не ожидал, и к таким магическим перемещениям не был готов. Еще секунду назад он был в своей резиденции в Хорватии, а потом от прикосновения жнеца его словно засосало в какой-то вакуум, и вот он уже тут. Люциус осмотрелся, и судя по сумеркам, по растительности вокруг, он действительно переместился в Японию, а точнее к подножью вулкана Фудзияма, а это значит что Айда должна была быть где-то рядом.

— Что он там говорил про птиц и кошку? Следы… Черные следы… Белая птица не оставляет черных следов. Черные следы следуют за белой кошкой.

Он вспоминал слова жнеца вглядываясь в сумрак в поисках знакомого силуэта, и от чего-то в груди очень щемило, как будто кто-то медленно наматывал на кулак тонкую нить идущую от его сердца. Вдалеке послышался рев мотора, а из-за неровности грунтовой дороги то и дело мелькал свет фар приближающейся машины. Очередная вспышка выхватила из тени силуэт черноволосой девушки, люди вряд ли бы увидели ее за этот короткий миг тем более на таком расстоянии, но тому, кто искал не только глазами, хватило и этой доли секунды. «Нашел» и нить что еще мгновение назад наматывали на кулак, лопнула, растекаясь по всему телу теплой волной. Мгновение и Айда была на расстоянии вытянутой руки.

— Айда…

Но она совершенно не отреагировала, просто прошла мимо, еле передвигая ноги и все так же бессмысленно смотря вперед. Машина приближалась, теперь отчетливо слышался не только рев ее мотора, но и шуршание шин по грунтовой дороге, а также довольно громкое дребезжание металла когда машина подпрыгивала на неровностях. Люциус схватил Айду своей левой рукой за ее правое запястье и дернул на себя. От неожиданности, и от того что силы почти покинули ее, Айда споткнулась, но Люциус удержал ее, прижимая к себе, нежно обнимая левой рукой за талию, а ладонью правой руки прикрыл ей рот. Через пару мгновений открытый внедорожник для сафари, с тремя смотрителями «Национального парка Фудзи — Хаконе — Идзу», проехал мимо даже не заметив, в тени уже чернеющего леса, двоих так пристально смотрящих друг другу в глаза. Как только машина проехала мимо правая рука Люциуса опустилась, но левая все еще крепко прижимала Айду к его телу.

Они не виделись чуть больше полугода, но сейчас ему почему-то казалось что снова прошла целая вечность. Вечность без этих черных глаз, что сейчас смотрели с удивительной теплотой. Вечность без этих мягких губ, так манящих прикоснуться, и сейчас, впервые за их знакомство, подернутые такой искренней и нежной улыбкой. Вечность без этих уверенных рук, что сейчас сжимают лямки его черной майки. И… без этого голоса, произнесшего его имя почти полушепотом.

— Люциус…

Айда улыбнулась чуть шире, но уже в следующее мгновение, ее пальцы сжимающие его майку расслабились, черные глаза прикрылись веками, и ее тело окончательно обмякло в его руках.

— Я тут.

Все еще прижимая ее к себе левой рукой, он ловко расстегнул все ремни ее рюкзака, снял его с ее плечей и перекинув на свое, взял Айду на руки, устроив ее голову у себя на плече. И хотя разум Айды сейчас метался уже давно потеряв связь с реальностью, эти трепетные прикосновения, эта поза, были такими знакомыми, только вот глаза, которые смотрели сейчас на нее откуда-то из прошлого, полные нежности и любви, были не серыми как у Сарга, и даже не карими с бордовым переливом как у Люциуса, они были ярко-голубыми, такими же яркими как летнее небо и такими же теплыми, но кому принадлежал этот взгляд она так и не смогла вспомнить, окончательно погрузившись в беспамятство.

По сути ни Хигаши, которого упомянули Фло и Макс, ни места, куда направлялась Айда, Люциус не знал. Он знал лишь то, что где-то тут есть тот, кто может спасти ее, но куда идти? И он, крепко, но нежно держа Айду на своих руках, просто двинулся в том направлении, куда она шла до того как он схватил ее за руку. Пройдя около километра, на стволе одного из деревьев Люциус заметил, довольно-таки распространенный знак обозначающий тьму и вампиров и решил углубиться в лес. Но не прошло и пары минут, как в его спину уперлось лезвие катаны, а мужской голос, говорящий на японском, требовал ответа.

– ?(пер. с японского — Кто ты?)

– . (пер. с японского — Вампир.)

– ?(пер. с японского — Что тебе здесь нужно?)

– . (пер. с японского — Мне нужен Хигаши)

– ?(пер. с японского — Зачем он тебе?)

— Черт. Как же это будет на японском? . . (дословный пер. с японского — Белые птицы не оставляют черных следов. Черные следы следуют за белым котом.)

— Повтори. — голос теперь говорил на том же языке, что и Люциус, также чисто и ровно, словно в языках не было никакой разницы.

— Белая птица не оставляет черных следов. Черные следы следуют за белой кошкой. Скажите Хигаши что Айде, нет Черной Розе нужна его помощь.

— Ты врешь. Черная Роза умерла в прошлом веке.

— Не вру. Она у меня на руках. Он узнает ее. Она отравлена и только он сможет ее спасти.

Лезвие катаны больше не упиралось в спину, раздался двойной хлопок в ладоши, за которым один за одним в темноте леса зажглись около десяти такэ таймацу (бамбуковый факел), а мужчина одетый в черное кимоно хакама хаори, сняв со своего лица черную маску демона, вышел из-за спины и раскрыл двумя пальцами веки Айды.

— Можешь не бояться. Пару часов у нас есть. Иди за мной. — Затем он подошел к кому-то в белой маске и на японском попросил принести в его обитель очень теплое одеяло и позвать Аки.

Спустя пару часов, после кровопускания, акупунктуры по древним рукописям, и едкого запаха жженых трав, Айда крепко спала укутанная в очень теплое одеяло.

— А одеяло зачем?

Люциус, до этого сидевший молча, боясь помешать, теперь, когда мужчина средних лет, с карими глазами, взлохмаченной прической и татуировкой на шее, отошел от кровати, на которой спала Айда, слегка расслабившись, просто хотел начать разговор.

— Потому что уже через пару минут она начнет сильно мерзнуть, одеяло ненадолго спасет. Скоро сюда придет Аки.

В этот момент в дверь постучались и на пороге появился молодой светловолосый парень одетый в белое кимоно, и в звенящей тишине этого места, его такое громкое сердцебиение, выдавало что он откуда-то бежал. Хигаши с укоризной посмотрел на парня уже виновато опустившего глаза, а затем вновь переведя взгляд на Люциуса, обратился к вошедшему на японском языке.

– (пер. с японского — Аки, тебе нужно ее согреть.)