Чтение онлайн

Никогда не понимала таких людей. Как только они могут нормально жить потом, зная, что оставили беспомощного ребенка. Кори пришлось уволиться с работы, и мы с мамой сразу забрали ее к нам. Мы всегда были друг за друга горой, и я на все готова, чтобы единственные оставшиеся у меня родные могли нормально жить.

Наш отец умер, когда мы были еще совсем маленькими, и мама поднимала нас с сестрой одна, без всякой помощи. Помимо выступлений в профессиональном ансамбле, маме приходилось работать еще на двух работах, чтобы вырастить и выучить нас. Мама всегда была для нас примером сильной и независимой женщины.

– Вернусь к Гарри. Если он проснется, может испугаться, что меня нет рядом.

– Ладно. Я попью чай, и сама пойду укладываться. Я ужасно устала.

– Хорошо, Роза.

– Не забудь, пожалуйста, запереть мою дверь.

– Конечно, сестренка. Я люблю тебя, – тепло улыбается мне.

– И я люблю тебя, – Кори уходит, и я остаюсь одна, наедине с тяжелыми мыслями.

***

Просыпаюсь из-за того, что стало холодно. Открываю глаза и, моргнув несколько раз, чтобы сфокусировать зрение, понимаю, что нахожусь не в своей спальне. По позвоночнику бежит холод от того, что это опять происходит со мной. Кори, видимо, забыла закрыть дверь моей комнаты. Я сижу на диване в гостиной, прижав колени к груди, в одной легкой ночной сорочке. Вокруг царит тишина, и в помещении темно. Я чувствую, как быстро в груди бьется сердце, и тело окутывает страх.

Сколько я так просидела?

Уже давно такого не случалось.

Неужели мне снова придется вернуться к таблеткам?

Спускаю затекшие ноги с дивана и плетусь в свою комнату. Закрываю дверь и щелкаю замком, зная, что это совсем не преграда. Но вряд ли сегодня это снова повторится. Маловероятно, что я вообще смогу заснуть.

Смотрю на часы на прикроватной тумбочке, показывающие почти пять утра, понимая, что просидела там не один час.

Ложусь на кровать и зарываюсь под одеяло, свернувшись в позу эмбриона. Стараюсь глубже дышать, чтобы успокоить сердцебиение, и закрываю глаза, ожидая звонка будильника.

– Доброе утро, сестренка, – за моей спиной раздается голос Кори в тот момент, как я выливаю разболтанные яйца на раскаленную сковороду.

– Доброе утро, – приветствую ее, не оборачиваясь.

– Привет, тетя Роза, – слышу бодрый голосок своего четырехлетнего племянника и по сердцу разливается приятное тепло.

– Привет, дорогой. Выспался? – кидаю в его сторону короткий взгляд, перемешивая омлет лопаткой.

– Ага. Мама сказала, что я крепко сегодня спал.

– Это замечательно. Мама предупредила, что сегодня мы поедем навестить бабушку?

– Да. Я очень соскучился по ней.

– Она тоже по тебе соскучилась, дружок.

– Как ты сегодня спала? – задает вопрос сестра и я встречаюсь с ней взглядом.

– Сегодня это опять повторилось, Кори.

– Ох, дорогая. Постой! Черт! – закрывает рот рукой, посмотрев на сына. – Я совсем забыла закрыть твою дверь. Ты как? Все в порядке? – быстро оказывается рядом со мной, осмотрев меня встревоженным взглядом.

– В порядке. К счастью, я просто сидела на диване в гостиной.

– Прости меня, Роза. Я такая безответственная, – сжимает мою руку, виновато посмотрев на меня.

– Все хорошо, Кори. Не вини себя, – кладу руку поверх ее.

– Нет. Вовсе не хорошо. Мало того, что я никак не помогаю материально. Так еще и не могу выполнить элементарную просьбу. Я подвергла тебя опасности. Я ужасная сестра, – не прекращает свою тираду, отводя глаза.

– Кори, посмотри на меня, – поворачиваю ее за подбородок и замечаю стоящие в карих глазах слезы. – Ты ни в чем не виновата. Слышишь? Я не ребенок, чтобы со мной так возиться.

– Но я пообещала маме… – запинается.

– О чем ты?

– Я не говорила тебе, но когда я была у нее в последний раз, она попросила меня позаботиться о тебе. За тобой нужно присматривать.

– Не переживай так за меня. Я просто снова начну принимать лекарства, чтобы такое больше не повторилось.

– Но ты же говорила, что тебе не нравится, как ты чувствуешь себя после них.

– Говорила. Но я давно их не принимала. Может, в этот раз будет по-другому.

На столе раздается звонок моего мобильного, и мы вместе с сестрой оборачиваемся на его звук.

Снимаю сковороду с огня и подхожу к столу, улыбнувшись своему племяннику, играющему с машинкой.

Беру телефон и когда вижу на дисплее номер клинического центра, все внутри напрягается.

– Д-да, – дрожащим голосом отвечаю на звонок.

– Мисс Самерс, вас беспокоит доктор Мендас.

– Я слушаю вас, доктор.

– Простите, но я с плохой вестью. Мне очень жаль. Но этой ночью ваша мать скончалась, – звучит в трубку, и внутренности обжигает огнем. Прикладываю руку к груди, почувствовав, как стало не хватать воздуха. Открываю рот и начинаю дышать, как рыба, выброшенная на берег.

– Мамочка… – шепчу и начинаю всхлипывать.

– Мисс Самерс? Вы в порядке?

– Простите…яяя… – не могу остановить слезы, льющиеся из глаз.

– Роза, что случилось? – рядом оказывается Кори.

– Я скоро приеду, доктор Мендас. Спасибо, – проговариваю сквозь плач и нажимаю кнопку сброса.

Облокачиваюсь руками о стол и даю волю слезам.

– Мама? Это звонили на счет мамы? – спрашивает Кори, начиная плакать вместе со мной.

Ничего не ответив, просто киваю головой, закрыв рот рукой. Кори крепко обнимает меня, и я хватаюсь за нее, сотрясаясь в беззвучных рыданиях.

– Мамочка, а почему вы плачете? – раздается голос Гарри, и он оказывается рядом, обняв нас с сестрой за бедра.

– Ничего, сынок. Просто нас расстроили на счет твоей бабушки.

– гладит сына по головке, пока я пытаюсь взять себя в руки.

Никогда нельзя заранее оценить свою реакцию, когда тебе сообщают о смерти родной матери. Даже если ты знал, что это рано или поздно произойдет. Еще вчера я смотрела в ее глаза и слышала голос, а сегодня ее уже нет на этом свете.

На этом все. Мы остались с сестрой совсем одни. У нас больше нет никого, кроме Гарри.

Почему-то именно сейчас мне так сильно захотелось закрыться в студии школы и забыться в любимом танце. Но сейчас мне точно будет не до школы. Придется отменять ближайшие занятия и заняться похоронами, деньги на которые мама предусмотрительно заставила меня отложить заранее, будто чувствовала, что все равно уйдет.

***

Весь вчерашний день ушел на скорую подготовку, а сегодня мы уже хороним маму. В зале для прощаний при часовне собрались люди, в прошлом знающие мою маму. Здесь даже мамины преподаватели по танцам, которые пережили свою ученицу. Среди пришедших замечаю тех, с кем мама когда-то танцевала в ансамбле. Один из них – ее бывший партнер по парному фламенко, с которым у мамы даже был короткий, но бурный роман.