Чтение онлайн

– Ох…это не так просто, мисс Роза, – одна из учениц опускает руки, встряхивая ими.

– Я знаю, Мили. Поначалу это очень непросто. Но со временем будет намного легче, и ты сама удивишься, когда у тебя начнет получаться все лучше и лучше.

– У вас все так изящно получается, а я выгляжу ужасно неуклюже.

– Какое это для тебя по счету занятие? – интересуюсь, собираясь развеять ее неуверенность.

– Кажется, седьмое.

– А вот Зои у нас уже больше полугода. Зои, подойди, пожалуйста, – зову девушку, и та подходит ко мне.

– У тебя все сразу получалось?

– Нет, конечно. Иногда мне хотелось все бросить, так неловко я себя чувствовала. Но после постоянных тренировок все стало понемногу получаться.

– Покажи какие флорео ты уже умеешь делать, – отхожу в сторону.

– Конечно, мисс Самерс.

Стоя в стороне, наблюдаю, как плавно и красиво Зои двигает руками и по-настоящему горжусь ей. Нет ничего лучше, когда твои ученики достигают хорошего уровня.

– Умница, Зои. Спасибо, – указываю ей рукой, чтобы она возвращалась на свое место. – Вот видите? Главное – вера в себя, девочки. У вас все обязательно получится. Научитесь получать удовольствие от процесса. Это очень помогает. Итак, продолжаем.

После полутора часов занятий благодарю всех учеников и прощаюсь с ними до завтра, собираясь задержаться и порепетировать субботнее выступление, которое будет уже послезавтра.

– Мисс Самерс! – окликают меня, прежде чем успеваю скрыться в гримерной.

– Да? – поворачиваюсь и смотрю, как Зои и еще несколько постоянных учениц идут ко мне.

– Мы хотели кое – что подарить вам, – протягивают мне свернутый рулон бумаги с замотанным на нем красным бантом.

– Что это? – поднимаю на них растерянный взгляд.

– Откройте, – загадочно улыбаются.

Снимаю бант и разворачиваю рулон. Дыхание перехватывает, когда я вижу на бумаге фотографии, сделанные с мамой и мной в разное время после занятий. Под каждой из них написаны какие-то слова благодарности и приятные воспоминания.

– Это в память о миссис Самерс.

– Ох…девочки, – поднимаю на них взгляд, полный слез. – Спасибо вам. Я обязательно повешу это в своей гримерной, – подхожу и обнимаю каждую.

– Вы же нас не бросите?

– Нет. Ну что вы. Эта школа – наше с мамой детище. Она очень многое значит для меня.

– Мы рады. Вы замечательный тренер. Всего доброго, мисс Самерс. До завтра.

– До завтра, мои дорогие, – провожаю их взглядом.

Захожу в гримерную, и закрыв дверь, облокачиваюсь об нее спиной, давая волю слезам.

Не знаю, сколько проходит времени, когда я отталкиваюсь от двери и, вытерев мокрое лицо, подхожу к зеркалу. Мое лицо раскраснелось после занятия, а глаза все еще блестят от слез. Голова снова раскалывается, но я уже начинаю привыкать к этой побочке от лекарств.

Беру в руки пудру и наношу на щеки. Почему-то сейчас я особенно похожа на маму. В детстве все говорили, что я ее маленькая копия.

Начинаю улыбаться своему отражению, будто это мама улыбается мне. В одну секунду ко мне приходит понимание того, что мама хотела бы, чтобы я была сильной. Она всегда говорила, что любые испытания приходят в нашу жизнь не просто так. И наша задача не опустить руки, а принять все, что нам предначертано. Я должна быть терпимой ради мамы.

Поправив одежду и прическу, направляюсь в зал. Пора заняться тем, что приносит мне настоящую радость и помогает забыть о своей боли.

***

Стою за кулисами сцены, ожидая, когда меня объявят, и стараюсь дышать ровно. Еще раз пробегаюсь взглядом по своему платью, переживая, чтобы все было идеально. Я перфекционист в том, что касается сценических образов. Сегодня на мне белоснежное платье с большими воланами на рукавах, обшитыми зеленой тесьмой. Пышный подол юбки с многочисленными оборками такого же цвета, как и тесьма на рукавах. Волосы заплетены в высокую прическу с прямым пробором на голове и сбоку приколота массивная заколка в виде белой розы. А в ушах круглые белые серьги.

– Встречайте неподражаемую Розу! – слышу слова ведущего, и сердце бросается в дикий пляс.

Выхожу на сцену и прохожусь быстрым взглядом по залу, увидев, что все столики заняты. Сдержанно улыбаюсь и становлюсь в центре.

Поднимаю обе руки над головой и расправляю пальцы, выставив одну ногу вперед. Начинает играть гитара и плавно, словно по льду, вожу носком туфли из стороны в сторону. В это же время мои кисти двигаются вместе с пальцами, создавая гармонию. Опускаю руки и развожу их в стороны, продолжая делать круговые движения запястьями. Я слышу звуки восхищения, доносящиеся из зала, и по телу разносится волна экстаза, окутывающая с головой.

На миг замираю в позиции и когда к гитаре присоединяются звуки кохона, а музыка резко сменяется на ритмичную, хлопаю в ладоши над головой и приветствую зал громким возгласом “халео”.

К рукам присоединяются топанье каблуками туфель в такт музыке, и я забываю, что нахожусь на сцене. Тело обдает жаром от накатившего удовольствия. То, что я испытываю, когда отдаюсь танцу, сродни сексуальному возбуждению. Моя кровь бурлит. По коже бежит волна мурашек. Я вкладываю в свой танец всю ту страсть, что накопилась во мне. Раскрываюсь полностью. Здесь и сейчас я достигаю седьмого неба. Наслаждаюсь каждой секундой и впитываю в себя вибрации, идущие от зрителей.

Возможно, это как-то связано с потерей мамы, но сегодня все по-особенному. Гораздо ярче. Эмоциональней. Жарче.

Делаю последний взмах руками и ногой, подбрасываю подол платья, когда музыка замолкает.

Секундная пауза и зал наполняется криками “браво” и громкими аплодисментами. Замечаю, как люди с первых столиков встают, продолжая хлопать, и все остальные делают тоже самое.

– Благодарю! – прикладываю руку к груди и низко кланяюсь.

– Браво, Роза!

– Вы богиня!

– Спасибо, Роза!

Отправляю в зал воздушный поцелуй и ухожу со сцены.

– Молодец, Роза! – следует похвала от ведущего и по совместительству владельца заведения, встречающего меня за кулисами.

– Фух. Спасибо, мистер Стил, – пытаюсь перевести дыхание.

– Я уже подумываю запустить твое выступление и по пятницам. У меня стало больше посетителей. Билеты на тебя расходятся очень быстро.

– Буду рада помочь вам с клиентами.

– Отлично. Отдыхай, Роза. Пойду посмотрю, что происходит в зале.

Возвращаюсь в гримерную и беру со стола бумажное полотенце, промокнув вспотевшее лицо и шею. Тело все еще объято приятной дрожью. Снимаю с головы заколку и собираюсь распустить волосы, когда в дверь раздается стук.

– Войдите!

Дверь распахивается, и в проеме возникают несколько человек, которые сидели за передними столиками.

– Мисс Перес, вы могли бы поставить свой автограф? – произносит мужчина.

– Да. Конечно, – подхожу и беру из рук протянутую ручку и билет на мое выступление, ставя размашистую подпись.