Чтение онлайн

— Тысячу сот, — снова прошептал цвак, оглядываясь. Особенно его потрясли постаревшие лица братьев. — Что у вас произошло?

— Хороший вопрос, — буркнула я. — Вот, собственно, поэтому я и притащила тебя обратно из страстных объятий самой великой лгуньи в мире — старушки Хен!

Ривиэль слушал мой рассказ очень внимательно, ни разу не перебив. С каждым словом его лицо становилось все мрачнее, приобретая жесткое выражение, которое знакомо по прошлому визиту: цвак в критической ситуации становится совершенно другим существом, поражая серьезностью и собранностью.

— Понятно, — сухо кивнул он, когда я замолчала. — Что требуется от меня?

Вот это мне нравится: никаких воплей и вырывания цветных волос из ирокеза, только требование четких инструкций. Вот только последних у меня не было — так, лишь неясные наметки.

— Думаю, надо объяснить Роже, что происходит с Кеприей, — растерявшись, проблеяла я. — Может, тебе он поверит…

— А тебе не поверит? — размышлял цвак, что-то прокручивая в голове.

— Кажется, он вообще не слышит, что я говорю, — протянула я. — Разве что то, что сам хочет!

— Не сгущай краски, — поморщился цвак, задумчиво разглядывая тукана. — А кто это?

— Это повелитель выживших цваков, — я вспомнила волшебные строения и восхищенно продолжила. — Они увеличили силу клана. Лес сейчас безжизненный, но цваки не растерялись и пошли по стопам анахов. Вот только те комнаты в горах делают… а твои сорасники подошли к задаче креативно: выдолбили целый город в подводных скалах, попутно заработав на этом немалые деньги. Думаю, что если мицар вдруг захочет утопить цваков, те легко научатся дышать под водой.

Избранные цваки наконец расцепили руки, давая другим возможность войти в круг. Тукан тут же подошел к Ривиэлю и преклонил колено:

— Если рожденный повелителем пожелает, я с радостью уступлю ему власть.

— Да на кой она мне нужна? — лицо Ривиэля в недоумении вытянулось. — В Кеприи все совершенно иначе, а я вообще более похож на ходячего мертвеца, чем на повелителя… ну, во всяком случае, сейчас уже более иномирец, чем даже Кира: она в любом мире будет чувствовать себя, словно дома — лишь бы там были стихии…

— Это тебе хранитель сказала? — тут же уточнила я причину такой глубокомысленной мудрости. Цвак не ответил, но было и так понятно, что это правда. Я задумалась.

— Приветствую, — Ллер подошел к старому другу и сжал руками плечи Ривиэля: принц пристально вгляделся в изменившееся лицо цвака. Тот невесело усмехнулся: — Да, мой друг, я уже не тот мальчишка, что сопровождал тебя на всех сомнительных вылазках…

Братья по-очереди обняли Ривиэля. Вдруг Ллер вздрогнул:

— Я не смог! — вскричал побледневший маг. — Мицар почуял магию перемещения! Видимо, мощь цваков возросла настолько, что мне не под силу скрыть такое возмущение… Лихуты близко!

— Они уже здесь! — Тукан вскинул голову, прислушиваясь. — К бою!

Цваки выхватили кахты и выстроились вокруг своего повелителя. Я рванулась было к ним, но Ллер крепко держал мою руку:

— Не стоит, Кира, — покачал головой цвак. — Это самоубийство: мы все потеряли много сил. Стойте спокойно.

Сверху опустилась сеть, словно сотканная из синих молний: цваки застыли, словно замороженные. Я зачарованно проследила за краем ловушки, застывшей в полушаге от нас: это братья Ривиэля сдержали магию лихутов. Они стояли между нами и сетью, поддерживая белесый щит защиты.

— Сфера невидимости, — отрывисто приказал Ллер.

Братья бросили щит и метнулись назад. Схватившись с магом за руки, образовали вокруг нас с Ривиэлем круг и слаженно забормотали заклинание. Прозрачный шар, словно мыльный пузырь, окружил нас со всех сторон. Оставшийся без поддержки щит таял белесым туманом под напором гудящей сети лихутов. В тот же миг, словно ниоткуда возникли три вихря, несущие уже знакомых анахов. Тукан медленно, преодолевая сопротивление ловушки, повернул голову в сторону нападавших.

Один из лихутов вскричал и схватился за виски. Вихрь развоплотился. Потеряв поддержку, мужчина упал на землю и замер. Сеть замерцала и начала таять, неохотно отпуская пленников. Выпутываясь из заклятия, цваки бросились в сторону оставшихся лихутов, стреляя по ним из кахтов. Вскоре, схватившись за грудь, пораженную метким выстрелом цвака, упал еще один лихут. Осиротелый вихрь пошатнулся и завалился на бок, вырывая с корнями дерево, да взметнув комья земли.

— Они побеждают! — радостно вскричала я.

Но тут по воздуху, словно по глади озера, прошла рябь. От колебаний могучие деревья качались в разные стороны, будто нанизанные на невидимые пружины. Посередине полянки завихрения воздуха были сильнее. Полыхнула звезда… постепенно потухая, она принимала формы каменного сердца, мерцающего в груди мрачного мужчины в развевающемся черном плаще.

— Рож'иальяр? — вздрогнул Ривиэль.

Метнула обиженный взгляд на цвака, — он, что, мне тоже не поверил? — и снова обернулась.

Мицар протянул руку к цвакам, сражающимся с последним лихутом: тех словно стало засасывать в воронку. Пытаясь сопротивляться, цваки медленно плыли по течению силы анаха. Приближаясь, касались руки мицара и… просто растворялись! Горячая волна ужаса поразила все тело. Кажется, я закричала: Ривиэль испуганно зажал мне рот.

А на поляне мицар поглощал силу и жизни цваков — одного за другим! Тукан взвился в воздух, словно завывая: от повелителя в сторону мицара полетела извивающаяся призрачная мощь, словно змея она впилась в анаха, захлестнув вокруг шеи чудовищно-длинный хвост. Роже хватился за шею и упал на колени. Цваки, обретя свободу, почему-то не пытались ни убежать, ни нападать на мицара.

— Они пусты, — потрясенно прошептал Ривиэль, безвольно опуская руку.

Вздрогнув, пригляделась к мужчинам. Маг прав: взгляд голодного зверя, рты исказила гримаса ненависти ко всему живому, кахты осиротело упали на землю. Цваки сохранили жизни, но это было хуже смерти: передо мною стояли точные копии отморозков, которых я убила в лесу.

Мицар, пытаясь освободить шею, корчился на земле. Тукан прицелился из кахта… Я вскрикнула в ужасе и закрыла ладонями глаза: сейчас он его убьет! Мелкая дрожь сотрясала тело: Роже — монстр! Столько раз слышала, но не верила. Увидев своими глазами, тщетно убеждала себя, что анах заслужил смерть. Вздрогнула:

— Его нельзя убивать! Каменное сердце…

И подняла глаза на Ллера: тот был мрачен, как туча:

— Мицар убил тукана…

Растеряно обернулась и увидела Роже: живого и здорового. Было обрадовалась, но тут же поникла: насколько же он силен! Мицар, не обращая внимания на поскуливавших от ужаса цваков, обходил поляну, тщательно что-то выискивая. Уцелевший лихут ждал приказа своего повелителя.