Таверна «Ведьмино Зеркало»
Шрифт:
— Значит, я побегу трусцой на каблуках и в вечернем платье?
Эйфория, которая была минуту назад, окончательно и бесповоротно прошла.
— Я могу попросить кого-нибудь отвезти тебя.
— Трудный пас. Вы, ребята, завернёте машину вокруг дерева в надежде убить меня. Нет, спасибо.
Я догадалась, что могу придержать каблуки и пробежаться трусцой в кроссовках. Я всё равно выглядела бы глупо, но какой у меня был выбор? Я обещала Дейву, что не поеду одна. Я не могла дождаться, когда получу права и поеду куда захочу.
— Одри никогда бы не позволила, чтобы с тобой что-нибудь случилось.
Одри? Я не подумала о ней.
— Да, пожалуйста.
— Хорошо, — он кивнул, постукивая по экрану своего телефона. — Ты иди, собирайся, а Одри будет ждать тебя у входа.
— Спасибо тебе! — крикнула я, убегая по коридору.
Я взбежала по ступенькам, бросила свои вещи в спальне, а затем нырнула в душ.
Завернувшись в полотенце, я подошла к шкафу. Медуза устроила здесь беспорядок. Сброшенные платья валялись на полу. Какого чёрта? Кто так делает? Я повесила их обратно, а затем поискала что-нибудь, что не было бы ужасно помятым.
Одно лежало в углу, всё ещё в чехле для одежды. Я расстегнула его и чуть не ахнула. Оно было цветом глубокого индиго, которое при движении на свету принимало баклажанные оттенки. Длинное, облегающее, оно скользило по моим пальцам, как жидкость. Я не решалась прикоснуться к нему, не говоря уже о том, чтобы надеть. Я вытащила его из мешка и повесила рядом с зеркалом. Ошеломляющее.
Я нашла коробку с каблуками того же оттенка. Зная, что мне нужно будет проделать большую работу, чтобы отдать должное этому платью, я принялась за работу над собой. Полируя, шлифуя, увлажняя, высушивая феном, расчесывая, я использовала хорошие средства для волос, которые рекомендовал Оуэн. И теперь в моих каштановых волосах появились золотисто-рыжие блики. Они были глянцевыми, с небольшой волной. Я носила эту длину, понятия не имея, как сделать сложную прическу.
Подождите! Я знала кое-кого, кто мог бы. Я позвонила Годфри и спросила, может ли он прислать Одри наверх. Пока я ждала, я сделала всё, что могла, с макияжем. Однако мой опыт ограничивался тушью для ресниц и губной помадой. Когда раздался стук в дверь, я была в платье. Закрыв глаза, я сначала проверила. Не нужно впускать плохого парня. Это была Одри.
Она ахнула.
— О, мисс. Вы — хорошенькая, как картинка.
Ухмыляясь, я развернулась. Облегающее, расклешенное к низу.
— Разве оно не прекрасно?
— Да. Эта ткань.
Она протянула руку, чтобы прикоснуться, но затем остановилась, без сомнения, вспомнив, что я была невестой Хозяина.
— Извините, мисс.
Я протянула ей руку, чтобы она почувствовала мягкую, мерцающую ткань.
— Я понятия не имею, что это такое, но мне самой трудно не пялиться на это.
Выйдя из дверного проёма, я помахала ей рукой, приглашая войти.
— Я надеялась, что ты захочешь оказать мне услугу.
— Всё, что угодно, мисс.
Одри едва удержалась, чтобы не присесть в быстром реверансе. Едва.
— Не могла бы ты сделать так, чтобы мои волосы выглядели так же хорошо, как это платье?
Застенчиво улыбаясь, она сказала:
— Мне уже давно не терпелось запустить руки в ваши волосы. А теперь, — сказала она, подводя меня к моему собственному туалетному столику, — нам нужен фасон, соответствующий этому платью. Сядьте, — она провела руками по моим волосам, размышляя. — Эта полоса естественна?
— Да. Долгая история, — поморщившись, я добавила: — Извини. У меня есть только резинки для волос.
Я открыла ящик, чтобы показать ей стопку разноцветных лент.
Она отмахнулась от этой идеи, закрыла ящик и вытащила из кармана тонкий футляр.
— Я всегда ношу с собой свои принадлежности для волос, мисс.
Не желая доставать её, я сидела прямо и держала рот на замке.
После нескольких минут игры Одри с моими волосами она сказала:
— У меня есть идея.
— Отлично. Делай всё, что захочешь.
Как странно, должно быть, было иметь горничную, которая всё время вертелась и суетилась. Конечно, сейчас это было чертовски удобно.
Раньше, чем я могла подумать, она заплела мои волосы в свободную косу, как головную повязку, а затем собрала тяжелую массу в кудрявый, беспорядочный пучок. Я предположила, что она собирается сделать один из тех гладких шиньонов, которые предпочитала Бенвейр, но она пошла другим путём.
— Ваша прическа должна дополнять платье, мисс, но всё это должно дополнять вас. Вы не холодная, утонченная женщина. Свободная, сексуальная булочка — вот вы кто. Это не костюм. Это весёлая, сексуальная Сэм, вся разодетая, — она похлопала меня по плечу. — Доверьтесь мне, мисс.
— Я доверяю. Полностью.
Она была права. Обо всём этом. Я выглядела как я, только разодетая.
— Какие украшения вы собираетесь надеть?
Я указала на коробку на полке слева от меня. Она стянула её вниз и открыла верх. Было неловко. Каждый раз, когда я оборачивалась, появлялись новые предметы. На самом деле, это была даже не та коробка. Эта была больше.
Одри закрыла коробку так же быстро, как и открыла, и продолжила осматривать полки.
— Значит, нет?
Я была в замешательстве.
— Это были повседневные украшения. Мы ищем хорошие предметы.
Я думала, что всё это были действительно хорошие произведения.
Она открыла ящик стола и кивнула.
— А вот и нашлось, — открывая и закрывая тонкие футляры, она, наконец, сказала:
— Вот это, мисс.
Она протянула мне квадратные серьги с опалами, окруженные треугольными бриллиантами. Они подходили к платью и кольцу, которое я подарила Королеве фейри.
Кулон с драконом был тонким и упирался мне в грудь под вырезом. Ведьмино стекло висело у меня между грудей, так что ни того, ни другого не было видно.
— Мне нужно ожерелье или серьги подойдут?
Одри начала закатывать глаза, но потом спохватилась.
— Вопросы, которые вы задаёте, мисс.
Она вытащила бриллиантовое колье. Мой желудок сжался при мысли о том, чтобы надеть что-то настолько дорогое. Изысканное ожерелье выглядело как шедевр арт-деко. Одри надела его мне на шею, и оно сидело прямо над вырезом платья. Идеально.
— Застежка крепкая, верно? Оно не отвалится и не потеряется?
— Нет, мисс.
Она подправила мой макияж. Несколько штрихов, и моё лицо было так же нарядно, как и всё остальное во мне. Оглядев гардеробную часть шкафа, она сказала: