Чтение онлайн

Было начало восьмого, когда вертолет завис над заставой. Небо еще оставалось предрассветным, серым и мрачным. Бочкарев, его заместитель и старшина вышли за ворота на полянку и, светя следовыми фонарями, показывали пилоту, где лучше приземлиться. Вертолет практически мог садиться где угодно, но мешал сильный ветер, который мог опрокинуть легкую машину.

Наконец, подняв тучу снега, он коснулся земли колесами. Раскрылась, хлопнув о борт, дверь, и из кабины вышел моложавый полковник в белом полушубке, белых бурках и папахе из серого каракуля. Вслед за ним сошли еше двое — подполковник и капитан.

Навстречу им строевым шагом направился Бочкарев и, не доходя нескольких шагов до начальника погранотряда остановился.

— Товарищ полковник... — начал он рапортовать.

— Вольно!.. Здравствуйте, товарищи, — начальник отряда протянул руку Бочкареву, затем старшине и младшему лейтенанту, покрасневшему при виде высокого начальства. — Все знакомы? — Полковник показал на офицеров, с которыми он только что прилетел. — Подполковник Кривоносов... Капитан Крючков... А теперь к делу.

Все шестеро ушли в канцелярию и оставались там минут двадцать. Тоня посматривала в окно, не покажутся ли гости, и на всякий случай стала собирать на стол. Тут запищал зуммер телефона и Бочкарев предупредил ее, что через несколько минут приведет начальство на квартиру.

— От еды они, правда, отказываются, но на всякий пожарный будь готова.

— Поняла тебя, — почему-то шепотом ответила Тоня, побежала на кухню и стала сапогом раздувать самовар.

...Жестом гостеприимного хозяина Бочкарев распахнул перед начальством дверь, и все трое, стуча подбитыми кожей бурками, вошли в комнату, посередине которой стояла смущенная и улыбающаяся Тоня.

— Прошу, прошу...

— Здравствуйте, Антонина Кирилловна! — сказал полковник, останавливаясь перед ней и отвешивая поклон. — Не пугайтесь, мы к вам всего минут на десять-пятнадцать, пока как следует не рассветет... Хотим с вашего разрешения на некоторое время похитить Василия Ивановича.

Тоня вздохнула.

— Он и без вашего похищения дома почти не бывает.

— Имея на вооружении такую супругу, сие довольно прискорбно, — заметил подполковник.

— Прошу закусить, — предложила Тоня. Полковник хотел было ей возразить, но Тоня протестующе замахала руками. — Знаю, что у вас десять минут. Но за десять минут можно выпить горячего чая. Из настоящего самовара.

— О, из самовара, да еще поставленного углями! Это заманчиво. Ну как, товарищи, уважим хозяйку?

Чай гостям понравился.

— Чай бывает двух видов, — сказал полковник, — хороший и очень хороший. Так вот этой чай — очень хороший. — Он вдруг с любопытством посмотрел на Тоню. — Так это вы первая заметили следы того человека?

Тоня кивнула.

— А вот они, — полковник повернул свою седую голову к Бочкареву, — следов почему-то не обнаружили.

— Там все в пару, как в бане, — пробормотал Бочкарев. — Ты бы не нашла их второй раз.

— Как это, не нашла б! — Тоня даже обиделась на мужа. — Возьмите меня с собой, и я вам покажу эти следы... Нет, правда, товарищ полковник, — она посмотрела на него, — возьмите! Конечно, если для вас важно увидеть их.

Полковник и подполковник переглянулись.

— Пожалуй, в этом есть резон, — сказал начальник отряда. — Вы полагаете, Антонина Кирилловна, что сможете узнать то место?

— У меня очень хорошая зрительная память, — ответила Тоня.

— Ну что ж, в таком случае мы воспользуемся вашей помощью, — решил полковник.

В ответ Тоня захлопала в ладоши и фокстротным шагом прошлась по комнате.

— Тоня! — укоризненно пробормотал Бочкарев, глядя на жену.

— А что такого? — ответила Тоня, обескураживающе улыбаясь. Она очень обрадовалась, что ее берут в вертолет.

— Позавидуешь молодости, — сказал полковник и тоже улыбнулся.

В вертолет, кроме офицеров из погранотряда, сели Бочкарев и пятеро солдат, среди которых был Константинов. Начальник заставы взял его за очень острое зрение, которое могло пригодиться при осмотре местности с воздуха.

Вскарабкавшись в машину, Тоня увидела, как Константинов чуть потеснился, как бы приглашая ее сесть рядом, но то же самое сделал и Бочкарев, и она устроилась возле мужа. Константинов нахмурился. Он сидел напротив Тони и всю дорогу смотрел на нее. Тоня сделала вид, что ничего не замечает. Только раз она, наморщив лоб и насупившись, бросила на Константинова строгий взгляд, но он в ответ лишь улыбнулся краешками губ.

Вскоре Тоня отвлеклась: впереди показалось облако пара, висевшее над заснеженной землей. — Горячие ключи, — и все приникли к иллюминаторам. Пар казался сизоватым с белесыми проплешинами и шевелился, лениво меняя свои очертания. Под его непрочной воздушной шубой по-прежнему не было ничего видно.

— Правее, правее надо взять! — крикнула Тоня, вглядываясь в нагромождение камней.

Вертолет подбросило, швырнуло вниз и затрясло над парящей долиной, и летчик тут же свернул в сторону, чтобы выйти в нужную точку не напрямик, а в обход опасного места. Снова неприятно, щекотно запахло серой. Тоня прислонилась лбом к стеклу иллюминатора и смотрела на землю. С запада вливалась в долину узкая ленточка пара, должно быть там тек горячий поивший долину ручей. Справа и слева от него лежали среди снегов темные голые скалы, за которые цеплялись тоже голые деревья с корявыми стволами. Еще дальше виднелось зеленое хвойное редколесье.

— Иванова вижу! — вдруг крикнул Константинов. — С Миртой... К нам бежит...

Тоня с трудом нашла среди белого поля тоже белую, в маскировочном халате фигурку сержанта, впереди которого на поводке бежала собака.

Второй пилот встал со своего кресла и посмотрел на полковника, который показал рукой, что надо садится.

Иванов уже не бежал, а стоял и чертил в воздухе круги рукой. До армии он работал составителем поездов и по привычке пользовался железнодорожными сигналами. Вертолет, подняв в воздух тучу снега, опустился рядом с сержантом, и пилот приглушил мотор.

— Прошу всех оставаться на своих местах, — распорядился полковник. — Сойду я и начальник заставы.

Дверь не закрыли, и через широкий проем было слышно, о чем рапортовал сержант.

— ...как только вы ушли, я след обнаружил, — донесся возбужденный голос Иванова. — Сразу на преследование пошел. Километров семь мы с Миртой бежали, аккурат до того места, где Теплый ручей на запад поворачивает. А потом заминка, товарищ старший лейтенант, вышла. Потеряла след Мирта. Остановились. Соображаю — не иначе, как нарушитель по воде пошел. Сперва подумал, что он вперед подался, ищу то на этом, то на том берегу — должен же он выйти из воды — нету! Мирта тоже нервничает, взять след не может. Тогда я догадался и назад повернул. Километрах в двух по ручью учуяла его Мирта. На берег выходил, видимо, отдыхал. Без лыж, в сапогах, размер сходится. Есть предположение, товарищ старший лейтенант, что он снова в Горячих ключах прячется. Правильный расчет: думал, будем его впереди по ходу искать, а он назад вернулся. По ручью опять же...

— Понятно... Где Федоренко и Савельев? — спросил Бочкарев.

— Маленько отстали. Я за Миртой быстро бежал.

Значит, Вы полагаете, сержант, что неизвестного Надо искать здесь? — начальник отряда показал в сторону Горячих ключей.

— Гак точно, товарищ полковник. Некуда ему больше деваться.

— Пожалуй, резонно... Что будем делать, старший лейтенант?

— Заблокируем возможные выходы из долины, а сами прочешем закрытую паром площадь.

— Какими силами? У вас сейчас в наличии пятеро солдат и еще трое — вымученных до отказа, причем двоих из них вообще пока нет.