Чтение онлайн

Тысячи войн, миллионы мертвых, миллионы несчастных и обездоленных, непрерывная борьба человека с природой и еще более ожесточенная борьба человека с человеком…

Почему человечество не поумнеет?

С одной стороны оно устремляется в бесконечность Вселенной, а с другой готовит могилы.

Что это за парадокс?..

Непостижимо. Наша наука никогда уже не догонит советский прогресс, хотя мы имеем способных ученых. Наш темп ограничен конкурентной борьбой частных монополий, и это тормозит взлет, прогресс; наши силы разобщены…

И насколько же отчаянное и забавное требование директора "Іntегstеllаr Company"!

Макдональд всем сердцем ненавидел грязные интриги, шпионские методы, кражу научных достижений. Разница в морали двух полушарий нашей планеты действительно огромна. Наши способны только хвастаться и скрываться, а Советы - Советы отдают свои научные достижения всему миру.

Вот и теперь! Находка ядерной ракеты имеет неоценимое значение, но о ней уже знает весь мир. Даниэль Сандей не дождется того, чтобы Макдональд изменил своим принципам.

– Мы вступили в земной рай, - вывел его из задумчивости ироничный шепот нового секретаря компании.

– Вы правы, - очень значительно и убедительно подтвердил старик.

Франк Вильман остолбенел. Он не верил собственным ушам, но не было времени выяснять истинное мировоззрении седоволосого ученого, потому что к нему подошел молодой человек лет двадцати пяти в форме служащего отеля и предложил свои услуги - отнести багаж.

Агент насторожился. Он лихорадочно размышлял. Хотел сначала отдернуть руку с магнитофоном, но вовремя спохватился. Слегка улыбнувшись, Вильман переложил чемоданчик в другую руку и поблагодарил. Юноша подвел их к конторке, за которой сидела стройная армянка.

– Ваши паспорта, пожалуйста, - обратилась она к прибывших на хорошем английском языке.

Мужчины, любезно улыбаясь, подали ей документы и сели в кресла. На столике лежали фотографии первого советского космического корабля. Макдональд и Вильман взяли несколько и начали присматриваться к отдельным деталям.

На конторке тихо зазвонил телефон.

– Ваня, тебя зовут в канцелярию, - обратилась девушка к юноше.

Канцелярия отеля находилась в правом углу вестибюля. Пятников постучал и вошел. За письменным столом сидел его начальник, капитан Орлов.

– Здравствуй, Иван. Взгляни на рентгенограмму, - сказал Орлов и подал негатив.

– Интересный тайник, товарищ капитан, - проговорил Пятников.

– Он принадлежит Вильману. Посели его в номере 112. Вильман - наш гость, и я надеюсь, что ты уделишь ему максимум внимания, - приказал Орлов лейтенанту Пятникову.

– Понятно, - проговорил лейтенант и вышел. Подошел к конторке, взглянул на девушку, которая как раз закончила записи в ведомости отеля.

– Господин Макдональд, - прочитала она в паспорте.

– Номер сто одиннадцатый, - добавил Ваня. Армянка взяла нужный ключ и вместе с паспортом подала его гостеприимном жестом.

– Надеюсь, мы будем соседями, - пошутил агент.

– Как хотите, господин. Сто двенадцать, - ответил Пятников.

Девушка подала ключ и документы и пожелал гостям приятного отдыха. Ваня открыл лифт и поднял гостей на второй этаж.

На следующий день в девять часов на аэродроме Нордвика приземлился самолет с иностранными учеными. В зале аэродрома их встречали академики Кропоткин и Балашов. Гостей сразу повезли на верфь. В конференц-зале дирекции уже сидели члены комиссии. Они аплодисментами встретили прибывших.

Академик Кропоткин ознакомил присутствующих с результатами исследований и объявил о начале дискуссии. Первым, с планами дальнейших работ выступил академик Бердичев. Он предложил, прежде всего, исследовать двигатели в защитной одежде и найти способ отделить их.

Профессор Яшкевич, известный специалист по электротехнике слабых токов, обратил внимание присутствующих на каюту с жалюзи, в которой найдено большое количество магнитофонных и телевизионных лент. На подставках возле столиков лежат проигрыватели и репродукторы. Профессор думает, что сохранился очень ценный материал, и языковеды должны расшифровать и сделать его достоянием всего человечества.

Академик Балашов кратко изложил гипотезу Олега и Тани по поводу загадочного рисунка с шариками и передал по кругу фотографии.

Потом Кропоткин прекратил дебаты и объявил, что ракету можно будет осмотреть завтра.

В монтажный зал вернулись только Кропоткин, Бердичев, Балашов и главный мастер. Они надели защитные костюмы и вошли в ракету.

Олег пошел к профессору Яшкевичу.

– Меня очень заинтересовало ваше сообщение о каюте с жалюзи, - начал Олег в своей обычной манере.

– Это бесценная находка, молодой человек. Мы еще даже не подозреваем, что скрыто на этих магнитофонных лентах. Я уверен, что на них есть записи, от которых у нас перехватит дух, - ответил Яшкевич.

– Вы что-то говорили и про телевизионные ленты. Правильно ли я понял?
– расспрашивал дальше Балашов-младший.

– Правильно.

– А как вы их узнали?
– допытывался Олег, потому что совсем не разбирался в электротехнике.

Профессор засмеялся.

– Это не так трудно. Телевизионные техники научились сохранять изображения на магнитофонной ленте. Звуковой магнитофон может зафиксировать сигналы до шестнадцати тысяч колебаний в секунду, а магнитофон для записи изображения должен обработать минимум четыре миллиона колебаний в секунду. Пока применяют больше звуковых блоков и ленту примерно пяти сантиметров в ширину. В ракете я нашел узкие и широкие ленты, поэтому надеюсь, что мы обнаружим и записанные изображения… если я прав, то это будет чрезвычайно интересно.

– Когда вы начнете работу?

– Как только переправим ракету в исследовательский центр Академии. Вчера я уже мобилизовал всех сотрудников. Сначала демонтируем один из приборов и изучим все его детали. Магнитофонная система похожа на нашу. Думаю, что мы запустим аппарат и перепишем все записи на наши ленты.

– Я слышал, что ваш институт имеет самый большой электронный мозг в мире. Наверно вы примените его для анализа неизвестного языка астронавтов?

– Ну, конечно. Но с этим придется немного подождать. Сначала языковеды должны понять основную структуру языка, растолковать смысл всех знаков, слов, практически проработать весь словарь этого языка, а тогда уже - тогда все пойдет быстро.

Олег невольно поглаживал себя по лбу, будто уже стоял перед чудо-прибором, в который вкладывают ленты на неизвестном языке, и слушал историю жизни эпохи неолита…

Профессор Яшкевич продолжил:

– В библиотеке, где ты нашел предполагаемую схему нашей Солнечной системы, находится несколько тысяч книг. Возможно, в них мы найдем ключ для понимания внеземного алфавита, законов грамматики и математических знаков. Но наших ученых ждет очень интересная и сложная работа.

– Работа, пожалуй, подвинется быстрее, чем при расшифровки египетских иероглифов, - убежденно сказал молодой биолог.