Тайна Черного дома
Шрифт:
Лука вышел из трамвая неподалеку от кинотеатра «Алмаз», на той остановке, где сошла тогда Джоконда. Перед ним был просторный проходной двор, в котором исчезла женщина. Испытывая веселое охотничье волнение, Лука вошел в него. Большую часть двора занимал растянувшийся девятиэтажной буквой «П» многоподъездный дом. Лука понял, что незнакомку найти здесь будет непросто, и сел на низкую деревянную лавочку перед детской песочницей. Рядом вознеслась избушка на курьих ножках, козле нее деревянные старик со старухой на Прение, Кот в сапогах, прекрасные резные качели — последняя и уже нечаянная забота властей о детях.
Лука еще раз окинул взглядом огромный дом и почувствовал себя как бы в засаде. Что-то выпирало у него из правого кармана, мешало сидеть. Он сунул туда руку и извлек яркую банку пива, о которой было совсем забыл. Пиво он выбрал в палатке у метро самое дорогое — с заокеанскими фирменными марками. Не то, что ему очень хотелось выпить это пиво, он купил его, скорее подчиняясь аромату и вкусу своей новой жизни. Он подбросил красивую банку на ладони. Что называется, вещь в себе…
Лука хотел было раскупорить банку, но рука машинально сунула ее назад, в карман. Потому что он увидел, как во двор вошли двое вчерашних шпиков. Они шли уверенно, не глядя по сторонам, и потому не заметили Луку, притаившегося в такой призрачной засаде. Филеры почему-то пошли не в крайний, первый от арки, а в средний подъезд.
«Не надо бы мне никуда ходить… — подумал Лука. — Что я один против этих быков?» Но ноги сами понесли его к подъезду. Он приоткрыл дверь и услышал, что лифт уже тронулся. Стараясь быть бесшумным насколько это возможно, Лука добежал до четвертого этажа и увидел, что лифт стоит на пятом.
Теперь надо поскорее убраться! Это покаялось ему разумным. А потом, позднее, найти эту женщину и выяснить, действительно ли ей угрожает что-нибудь или нет. В конце концов можно просто заявить в милицию…
Он вышел со двора, направился в сторону своей Шаболовки и не увидел, понятно, что за ним кто-то крадется. Трудно было понять, кто следует по пятам за ним. То ли школьник, то ли мужичок с ноготок. Это было существо из компании Толика-Артиста. «Мальчиком» окрестил он его когда-то, принимая в свою команду.
В повадках Мальчика ощущалось одновременно что-то обезьянье и лисье. Он крался за Лукой едва ли не на цыпочках, хоронясь то за спиной прохожего, то за деревом или за фонарным столбом. Он хорошо понимал, что «ведомый» — не простой человек и вести его надо осторожно, что называется, по уму. Однако, сознательно увеличивая дистанцию между собой и объектом, Мальчик перестарался.
Никифоров считал себя настоящим оперативником. За годы службы в милиции наблюдательность и память его обострились и он накопил много разных, в том числе довольно необычных, сведений, простому человеку недоступных да и ненужных. Например, очень часто Никифоров мог без особого труда определить во вверенном ему районе место обитания той или иной физиономии. А район свой — между Даниловским рынком и Донским монастырем — он знал, как собственный дом, не первый десяток лет. И как опытный лесник точно укажет вам, на каком песчаном пригорке должны расти сосны, а в какой низинке почти наверняка окажется ельник, так и Никифоров, разглядывая фоторобот, все больше укреплялся во мнении, что если обобравший их проходимец живет в его районе, то непременно возле Шаболовки.
Своими выводами Никифоров не поделился даже с Кулькиным и отправился на Шаболовку, сказав в отделении, что у него срочные дела по объявившимся возле метро мошенникам-наперсточникам.
А Лука в это время как раз сворачивал Серпуховского вала на Шаболовку. Он и предположить не мог, что позади за ним крадется Мальчик, а навстречу неотвратимо приближаем оперативник Никифоров.
Мальчик увидел вдруг, что ведомого им Фальшивомонетчика» остановил мент. Он по-прежнему соблюдал дистанцию, и то, что на расстоянии показалось ему дружеской беседой, было совсем другим.
— Здравствуйте, предъявите, пожалуйста, документы… — Преграждая путь Луке, Никифоров козырнул.
Кладя поутру в карман миллион рублей, Лука почему-то подумал, что ему лучше иметь при себе и паспорт. Доставая его сейчас, он встретился взглядом с Никифоровым и узнал его. И Никифоров тотчас это понял. Взяв из рук Луки документ, он прежде всего посмотрел на место прописки. Эх, испариться бы куда-нибудь, исчезнуть, судорожно подумал Лука, как это бывает в сказках. Но тут же приказал себе успокоиться: в конце концов можно и отдать менту эти поганые золотые кружочки. Найти другие!
Мальчик из телефонной будки с мутными стеклами наблюдал, как двое служивых беседуют. И невольно пришло ему в голову, что и за ним, за Мальчиком, могли сейчас идти и следить. А он даже не почесался проверить такую элементарную вещь!
— К нам какие-то странные сигналы на вас поступают, — потупившись, проговорил Никифоров. — В общем, надо потолковать, това… гражданин Лучков. Попрошу вас сегодня в десять вечера быть дома…
Лука, уже смирившийся, что с добычей придется-таки расстаться, решился на контрудар:
— А вы, между прочим, тоже предъявите удостоверение…
Никифоров смерил его недоуменным взглядом.
— Зачем?
— Иначе мне придется пойти в милицию и узнать, как вас зовут.
— Лейтенант Никифоров, моя фамилия, — неохотно ответил оперативник. — А вечером поговорим.
— Я все понимаю…
— И я все понимаю, и ты все понимаешь!.. — Никифоров повернулся и пошел прочь, а Лука несколько секунд продолжал смотреть ему вслед, чем еще больше сбил с толку Мальчика.
Однако Мальчик не посмел бросить «фальшивомонетчика» и уже с опаской довел Луку до дома, выследил, в какую квартиру тот направился. Потом с большими предосторожностями выбрался снова на улицу. Это только кажется, что преступники не боятся попасть в зону. Они этого больше смерти своей боятся.
Придя домой. Лука первым делом достал из комода пистолет, который выудил вместе с монетами из грязной урны. До этого момента у пего не было особого желания поближе ознакомиться с этой игрушкой. Хотя большинство мужчин испытывают едва ли не папуасский трепет перед оружием. Припоминая, как пистолет ставят на боевое положение, он вынул обойму и нажал на спусковой крючок, выждав секунду-другую, нажал еще. Прицелился в дверь и снова нажал. Что ни говори, а звук выстрела, пусть и холостого, был приятен для слуха. И общем, военную кафедру в институте заставляли посещать не задаром. Загнал обойму на место и хотел было положить пистолет в карман, но, подумав, сунул его назад, в комод, под стопку белья. Большинство людей считают почему-то это место наиболее надежным, и Лука не был исключением.
Тем временем Гога и Баран безуспешно толклись у двери женщины, которую мы называем условно пока Джокондой. Они позвонили и раз и два. Из квартиры не донеслось ни звука. Надо отдать должное шпикам, у них хватило ума на то, чтобы в дверь звонил именно Гога, а не Баран, который плелся вчера за женщиной до самой двери и которого она могла опознать. Пока Гога звонил, Баран притаился в нише, где был вмонтирован мусоропровод. Однако их осторожности оказались ни к чему. На звонки в дверь так никто и не отозвался, и им ничего не оставалось, как перебраться во двор, благо укромных мест для наблюдения там было достаточно.