Чтение онлайн

Выучила наизусть, ибо любые записи может проверить Владимир. Такое заклятье она вполне может претворить, не привлекая внимания своего мучителя. И, чёрт возьми, это ведь шаг к спасению!

Иванов собирался приступить к расследованию исчезновения трупа в понедельник, однако затем вспомнил, что на этот день запланирован допрос Горелова. Его как раз поместят в больницу для душевнобольных. Фёдор уже практически не сомневался, что узник покрывает неизвестного подельника. Нужно было провести тонкую аналитическую работу, чтобы вычислить второго негодяя…

В субботу он приходил в себя после корпоративного вечера. Хуже всего ему было от сцены любви, внезапно приключившейся с ним в банях. В отношениях с женщинами Фёдор был крайне разборчив. Он списал инцидент со взятием банщицы штурмом на алкоголь и пар.

Но чёрт побери, что она вытворяла! Что могла! Даже если мы опустим подробности. На секунду Иванов даже подумал, что он ей понравился как мужчина. Насколько убедительны были её стоны! Насколько натуральны комплименты… Как ни крути, можно восхищаться профессионалами любой профессии — даже древнейшей.

— На колени становлюсь пред таким мастерством, — пыхтел в усы Фёдор. — Можем повторить. Но не станем.

Утром воскресенья Иванов чувствовал себя прекрасно. По собственной мерке он пробудился рано, в восемь часов. Тут же принял ванну. Размялся в тренажёрном зале и даже подтянулся десять раз на турнике. Увы, из-за оседлого образа жизни его некогда богатырское тело постепенно разрасталось.

С аппетитом позавтракал, причём кушанье изготовил самостоятельно. Два жареных яйца, сыр, русская колбаса, помидоры и огурцы. Рука потянулась к графину с коньяком, но следователь решил воздержаться. Сегодня он решил всерьёз взяться за поиски тела Ксении. Сегодня. Вызвал такси и на нём отправился в Управление.

— Как похорошела Москва поздним летом! — в упоении вскричал следователь. Извозчик сдержанно кивнул. Вышел, увидев издалека юного газетчика.

Поздоровался за руку с дежурным, поднялся на этаж. Отчего-то ему захотелось проверить, на месте ли стажёр. По предположению Иванова, будущий следователь обязательно должен был находиться у себя. Так и оказалось. Гладко выбритое лицо, безупречная рубашка. И это в воскресенье! В выделенной ему каморке без окна он смотрелся неорганично.

— Здравствуйте, Георгий, — приветствовал его Фёдор. — Замечательно, что вы трудитесь по выходным.

— У следователя нет отдыха, — пробормотал он. — Мне тут дали добрый десяток поручений… Голова кругом идёт.

— Бросай их, — потребовал Иванов, внезапно переходя на ты. — Буду учить тебя настоящей следственной работе.

— Но поручения…

— Правило номер один: если можешь спихнуть на кого-то скучное дело — обязательно спихни, — напутствовал Фёдор. — Запомни, друг мой. Мы занимаемся искусством, а не ремеслом. И можешь обращаться ко мне, как к приятелю — на ты.

— Ни в коем случае, — покачал головой Георгий. — Вы — гранд, и заслуживаете соответствующего уважения.

Вместе они проследовали в кабинет Фёдора. Чисто, просторно. Ещё в пятницу Иванов истребовал у дознавателей дело о пропаже тела несчастной Ксении. Документ доставили к нему фельдъегерской почтой, однако руки до него не добрались. Иванов открыл дорогущее пластиковое окно. Звуки улицы заполнили помещение.

— Дорогие господа! — кричал маленький газетчик. — Свежий выпуск! Свежий выпуск! Имперские учёные были в ужасе, когда они вошли…

— Петька, — позвал его Фёдор. — Подойди ко мне, любезный.

— Здравствуйте, благородный дяденька! — поприветствовал мальчик, подбегая к окну. — Трудитесь в выходной?

— А как же, — ответил следователь. — Ну, докладывай. Что про Матушку нашу пишут, про Императрицу.

— Очередная победа на европейском фронте! — отчитался Петька. — Подписано судьбоносное соглашение…

— А про полицию? — оборвал Иванов.

— Говорят, что в деле Убитой и Похищенной поставлена долгожданная точка. Насильника ждёт каторга или виселица. Или то и другое.

Как это могло быть воплощено в реальности, малыш не задумывался.

— Молодец, — похвалил Фёдор, бросая газетчику пятьдесят копеек. — Хороший мальчик. Передай дяде Борису привет от Федьки Иванова.

— Обязательно передам, благородный дяденька! — улыбнулся мальчик и побежал дальше по улице, держа в руке пачку газет. — Господа! Свежайший выпуск! Имперские учёные были в ужасе, когда подошли…

Фёдор закрыл окно. Оно тут же обрезало звуки улицы и голос юного газетчика. Следователю было неинтересно, что там отыскали учёные. Стажёр покорно сидел за столом, сложив перед собою руки. Кажется, он и вовсе проигнорировал беседу аристократа с народом. Иванов молча указал будущему следователю на кофе-машину. Георгий отрицательно покачал головой.

— Я бы выпил зелёного чая… — протянул он.

— Такого мы тут не держим, — отрезал Фёдор. — Кофе, коньяк, а для любителей — голландский табак. Сам я курю имперский.

— Благодарю покорно, — снова покачал головой стажёр. — Предпочитаю держать разум чистым.

— Похвально, — кивнул следователь. — Знаешь ли ты, над чем над предстоит работать?

— Разумеется, нет.

— Вот, — Иванов кинул перед Георгием папку грязных страниц. — Я изъял у дознавателей сие дело. Нам с тобою надлежит отыскать труп пропавшей Ксении. И чем быстрее, тем лучше. Начинай изучение.

— А вы? — удивился стажёр.

— Я в сем не нуждаюсь, — небрежно махнул рукой Иванов. — Прочитаю, ежели сам не раскрою дело в течение двух суток.

— Двух суток?! — спросил стажёр. — Дознаватели за столько недель не сдвинулись с мёртвой точки.

— А ты информирован, — похвалил следователь. — Тоже газеты читаешь?

— Разумеется, — ответил Георгий и почему-то покраснел.

Фёдор взял из ящика стола копию карты Москвы на листе бумаги. Нанёс на неё несколько точек. Купеческий дом. Больница. Зал прощаний возле храма. Кладбище. Высчитал расстояние между ними по ближайшим дорогам. Затем — выписал на лист всех фигурантов. Отец убиенной и украденной девушки. Мать. Её лучший друг, сосватанный в мужья. В задумчивости заварил себе кофе. Так прошло тридцать минут.

— Я закончил, — отчитался Георгий, откладывая листы, исписанные неровным дознавательским почерком. В своём блокнотике он что-то помечал.

— Есть что-нибудь дельное?

— Увы. Смотритель кладбища. Рапорта, писанные, вероятно, без оставления кабинета. И бесконечные справки о том, сколько неблагонадёжных господ проверено на причастность к преступлению.

— Так я и думал, — произнёс Иванов. — Отправляемся на кладбище.

Сегодня Фёдор носил не китель, а обычный костюм, и издалека мог вполне сойти за крупного дельца. Георгий же напоминал врача: было в нём нечто от этой профессии. Как известно, кладбища работают и по выходным дням, ведь люди умирают во все дни недели…