Чтение онлайн

И волшебница встала, неся на руках младшую принцессу. На ходу их окутал огонь, и они оказались в милых пижамах с разовыми слониками.

— Ты идешь? — оглянулась Сэнта. — Зайди в ванную, умойся и переоденься.

Полина в аналогичной пижамке юркнула под одеяло. Волшебница лежала спиной к ней на боку, задумчиво рассматривая спящую Эдик.

— Сэнта, ты еще не спишь? — спросила Поля, переваливаясь через нее. — Расскажи, что было дальше?

— Дальше. В смысле дальше? — она перевернулась на спину, принцесса плюхнулась рядом.

— Вот ты удалила часть прошлого из памяти, что было потом? — настаивал любопытный подросток.

— Потом были долгие годы обучения у доброго волшебника философа и мечтателя, желавшего перестроить мир, сделать его свободным от монархии, установить повсеместно демократию. Мальтус мнил себя либералом. Мы жили в его хижине, иногда ходили в город. Он относился ко мне как к ребенку, шкодливому непоседливому ребенку, а он был мудрым ученым. Есть у него жилка к преподаванию. Научил писать, читать. При переносе я обрела только способность к распознанию речи, всему остальному пришлось научиться заново. Научил пользоваться силой, строить телепорты, переноситься так. Что-то рассказал о Листерии, о некоторых законах и порядках. Кстати, срамная здесь мода, одежда так для красоты, ничего не прикрывает, это ж после моего мира морали и нравственности, но потом мне понравилось. Разобралась что к чему. Мальтус говорил, чтобы я не распространялась о своем происхождение, мол, о других мирах знает только элита, а для остальной массы людей это, что в моем мире магия. Хорошее было время, веселое, беззаботное. А потом я узнала, что он принц и меня отправили в Институт Благородных Девиц. Вот тогда я и узнала жизнь, — Сэнта замолчала, рассматривая потолок, видимо воспоминания были не из лучших.

— Все так ужасно?

— Да нет. И снова мне повезло. Там я познакомилась с Катрин. Мы с ней чудили. Устраивали мелкие и большие пакости сокурсницам и преподавателям, сбегали в самоволку, не соблюдали дрейф-код учебного заведения. А однажды я ушла и больше туда не вернулась. Катрин меня познакомила со своей компанией: отчаянные парни и девчонки. Экстрим их девиз по жизни. Мы ходили в горы, спускались под воду, катались на лаве и много чего интересного. Был в тот период некий Юра, вроде как он оказывал мне знаки внимания, научил магии игры с разумом, а потом выпал из нашей тусовки. Одним из увлечений была группа «Летучая мышь», кучка анонимных музыкантов. На удивление мы стали жутко популярными. Ребята захотели славы и сняли маски, пытались на нас наехать, но мы ушли. С тех пор личность солистки так и осталась тайной и по сей день. Девушку, которая сейчас поет, никто в лицо не знает. Данное хобби сколотило хорошее состояние. А потом я захотела большего и поступила в институт Стихс на факультет «Дипломатия, международная экономика и право». Дальше работала секретаршей в Совете, потом постепенно продвигалась по должностям. Вот и все. Спать.

— А роман с королем Цветкольф? — не унималась Полина.

— Все тебе расскажи, — устало проворчала волшебница.

— Ну, Сэнта.

— Хорошо, — сдалась наставница, под действием настоя прибывая в благодушном расположении духа. — После урагана, прошедшего по всей Листерии, во многих странах была жуткая неразбериха: много пострадавших, погибшие и не только простые граждане, но и правящая элита. Соседнее с Цветкольф королевство Незабудка перестало существовать. Мальтус потерял многих из своего ближайшего окружения, пропали без вести его родители, друг отца генерал и супруг Нины Прокопьевны, родители Эдик. Тогда я решила по старой дружбе его поддержать. И задержалась. Забросила Совет и взвалила себе на плечи часть его работы, в основном экономические вопросы. Мальтус сильно изменился, стал более серьезным собранным закрытым. Я просто была с ним рядом, поддержкой, другом. И на приеме у короля Велегтона, старый товарищ Мальтуса (он его советником хотел сделать), не кронпринц был вынужден после мировой трагедии взять власть в свои руки, меня не с того ни сего объявили, как невесту нашего короля Цветкольф. Вот с того самого запоминающегося события у нас и начались отношения. Они развивались с переменным успехом. Кульминацией нашего романа был День Мира.

— Почему исчезли? — совсем потеряла страх принцесса, подгоняемая любопытством.

— Честно, не знаю. Что-то нашло, по ощущениям неконтролируемый звериный страх, паника, желание бежать неизвестно куда. А потом я не видела смысла объясняться, оправдываться. Что толку тушит сгоревший дотла дом?

— А сейчас?

— Знаешь, порой людям просто не суждено быть вместе. Вот подходят они к важному шагу в отношениях, и что-то случается, разводя их в разные стороны. Судьба, так сказать. Все спать, тебе сегодня на занятия.

— А Эдик?

— Мне ко второй половине, а Эдик после настоя встанет не раньше обеда. Там на донышке осталось, — зевая, намекнула наставница.

Полина не мелочилась и допила содержимое шкалика залпом. На удивление спать не захотелось, а ее состояние больше напоминало алкогольное опьянение: так же улетал мир, настроение было близкое к эйфории и очень хотелось откровенных разговоров.

— Сэнта, ты спишь? — заплетающимся языком, искала себе собеседника Поля.

— Нет, — ответила она, завидуя Эдик, что та без задних лапок дрыхла, а ей сна ни в одном глазу.

— А что с нами будет дальше? Вот мы принцессы, и что мы свою оставшуюся жизнь так и будем чахнуть в этом замке?

— С чего ты решила? Вот сейчас Мальтус утрясет все формальные вопросы, и вы вернетесь на Цветкольф к своей привычной жизни. Будите, как и прежде, ходит в школу, жить дома. Этот дурдом закончится.

— Да? — сильно удивилась девочка. — А нас оповестить собирались?

— Разве вам никто не говорил? — теперь удивилась волшебница.

— Да как бы нет. А вы?

— А что я? Я вернусь в Совет к исполнению своих прямых обязанностей.

— Я буду скучать.

— Я тоже, — печально улыбнулась наставница. — Жаль не могу вас забрать с собой.

— Очень жаль, — подтвердила Поля. — Почему не ты моя мама?

— Родителей не выбирают, — тяжело вздохнула она. — Рассказать сказку о драконах повелителях стихии воздуха?

— О любвеобильных воздушных ящерицах и их многочисленных потомках?

— Угу.

— Рассказывай.

Волшебница набрала побольше воздуха в легкие и начала повествование. Старшая принцесса мирно посапывала на ее плече, изредка угукая, мол она еще не спит, а слушает.

— … И пусть только у единиц был дар воздуха, но всех их объединяла любовь к облакам. И поднимали они острова в небо, строя там свои замки, — Сэнта посмотрела на Полину: «Спит. Странное успокоительное зелье или я опять перепутала. Блин, вот нельзя Мальтусу было приготовить простых настоев без всех этих мудреных тонкостей».

***

Мальтус был сильно удивлен, когда к нему на занятие не пришла Эдик, а на второе и Полина. Учитывая, что его никто не предупредил о возможных форс-мажорах, волшебник решил лично выяснить, в чем дело. Не обнаружив принцесс в их покоях, он отправился к «ответственной за все». Как выяснилось, не ошибся. Троица нашлась, сладко посапывающая, в опочивальне. В комнате витал аромат редкого травяного зелья, и, как догадался Мальтус, его приготовления. Увы, как показала практика, у Сэнты не было склонности к целительству и зельеварению. Все попытки юной воспитанницы приготовить любой настой заканчивались взрывам, а заживить рану дополнительным ожогом.

Причина столь неуважительного отношения к образовательному процессу нашлась в гостиной. У окна была горстка пепла и россыпь мелких бриллиантов. Мальтус недовольно нахмурился: он планировал присутствовать или быть рядом, быть поддержкой, если потребуется, при таком важном событии в ее жизни. Волшебник не знал тайну ее прошлого, но искренне надеялся, что принцессы не попали в вихрь воспоминаний, а потом просто удачно зашли на огонек, поддержали свою наставницу в трудную минуту.

Мальтус еще раз окинул свою избранницу задумчивым взглядом. Она набралась храбрости посмотреть своему прошлому в глаза, а хватит ли у нее сил жить с этим дальше?

Под мирное посапывание трех «сурков», он взял ее планшет и отменил оставшиеся занятия на сегодня.

Поздним дождливым очень холодным осенним вечером окольными путями Полина возвращалась в замок. Промокнув до нитки, шмыгая красным носом, перелезая через декоративный забор, загулявшийся подросток, не удержав равновесие, упал в самую большую грязную лужу. Шмяк, и брызги разлетелись в разные стороны. Девочка, тихо постанывая и ругаясь всеми известными ей бранными словами, встала на ноги и продолжила свой путь.