Чтение онлайн

Сглотнув ком в горле, ошарашено смотрю на Максима и не понимаю, что происходит.

Он говорит странные вещи.

– Ты собираешься куда-то уехать? – озвучиваю внезапную мысль.

– Можно и так сказать, – усмехается он невесело. – Но сейчас речь не об этом. Ты должна меня выслушать. То, что я скажу, прозвучит дико и капец как тупо. Но тебе придётся в это поверить.

Ощутив внезапную усталость, отворачиваюсь от него, понимая, что у меня больше нет сил.

– Я не хочу ничего знать, – произношу бесцветным голосом. – Мне просто нужно в больницу, чтобы провериться на инфекции. И не волнуйся, тебе не нужно возиться со мной. Я сама всё сделаю. Вызову такси и…

Замолкаю, потому что Максим кладёт ладони на мои плечи, заставляя вздрогнуть.

– Мне несложно отвезти тебя в больницу. Но это бессмысленный риск, – убеждает он меня. – Клянусь – я чист. Ты ничего от меня не подхватила.

– Не надо клятв! – снова взрываюсь и скидываю с себя его руки. – Я помню, как ты себя вёл и с кем таскался! Видела собственными глазами! И мне не нужны твои объяснения. Я устала и чувствую себя плохо! Опять дурацкая тошнота начинается. Хватит меня мучить! Уйди, пожалуйста. Или уйду я.

Всхлипнув, с трудом сдерживаюсь, чтобы не зареветь, и пытаюсь справиться с дрожью во всём теле.

Нервы натянуты до предела. Мне хочется просто лечь и не шевелиться. Сил совсем не осталось. Ни моральных, ни физических.

Хорошо, что хоть Максим больше не доводит меня.

Раздраженно играя желваками, он хватает мастерку и выходит из комнаты, оставляя меня одну. А я сразу падаю на кровать и, свернувшись клубком, зажмуриваю глаза.

Надо успокаиваться. Нельзя нервничать. Иначе, малышу будет плохо.

Вдох-выдох, Вика. Не думай о Высоцком. Выключай мозг и засыпай…

Не сразу, но всё-таки погружаюсь в сон. А утром, открыв глаза, вспоминаю события прошедшей ночи и обречено утыкаюсь лицом в подушку.

На свежую голову столько мыслей сразу накатывает. Думаю о том, что говорил Высоцкий. Каждое его слово анализирую, и столько вопросов в голове зарождается.

Зря я его не выслушала.

Хотя что нового он мог сказать? Залить мне уши очередным враньём?

А вдруг это было бы не враньё?..

Нет. Всё. Хватит!

Я не буду думать об этом. Просто не буду.

– Доброе утро, – бодро приветствует бабушка, когда я захожу в кухню. – Как ночка прошла? Выспалась?

И мои щёки тут же загораются. С опозданием понимаю, что бабуля наверняка слышала всё, что было между мной и Максимом.

Так стыдно становится, что словами не передать.

– Я выс-палась, – заикаюсь, мечтая провалиться сквозь землю. – А как тебе спалось?

– Мне-то? – улыбается она загадочно. – Я спала, как младенец. Вчера у Марии до поздна засиделась. Да и осталась у неё с ночевой. Вот недавно только вернулась.

– Ты ночевала у соседки?

– Ну да. Не пошла уже домой по темноте.

– Ясно, – не могу скрыть облегчения. – Хорошо. А то…

Осекаюсь, поймав внимательный взгляд бабули, и стыдливо прячу глаза.

– Максим всё пытается машину починить, – меняет она тему. – С утра какого-то мужика вызвал. Не местного. Копаются там. Но, думаю, бесполезно это. Придётся твоему жениху ещё задержаться.

– Он мне не жених, – напоминаю, нахмурившись. – И даже если Максим здесь останется на какое-то время, то в гостевой он будет спать один. Я сегодня возвращаюсь в свою комнату. Краска на подоконниках наверняка уже высохла.

– Сомневаюсь, – звучит скучающий ответ. – Запах до сих пор сильный. Видимо, я просроченную краску купила. Очень долго сохнет.

Не поверив словам бабушки, иду в комнату и, открыв дверь, чувствую едкий запах. Расстраиваюсь.

Подхожу к подоконнику и трогаю подушечкой пальца поверхность. Она даже не липкая. Влажная, будто её только что покрасили. Странно всё это. В голову закрадываются сомнения…

– Это ты сломала машину! – возмущённо бросаю бабушке, влетая в кухню на всех парах.

– Бог с тобой, – испуганно качает она головой. – Я даже подойти к ней боюсь. Не машина, а монстр. Огромная такая…

– Прекрати! Притворяться больше нет смысла.

– Но я правда…

– Ба, ты попалась, – хмуро подбочениваюсь. – Признавайся! Это ты всё подстроила! Задержала здесь Высоцкого и всеми способами пытаешься сблизить меня с ним!

Бабуля нервно закусывает губу и тоже хмурится.

– Что меня выдало? – спрашивает недовольно.

– Только что покрашенные подоконники! Это просто смешно!

Жду, что на её лице мелькнёт хоть тень раскаяния. Но нет. Она продолжает невозмутимо попивать чай, похрустывая конфетой.

– Ну да, я немного подсобила, – наконец, признаётся, смахивая несуществующие пылинки со своего цветастого халата. – А что мне оставалось? Ваши отношения совсем плохи.

– И на то есть веские причины. Зачем ты вмешиваешься?

– Потому что вы должны быть вместе, – непреклонно заявляет бабуля. – Вам ещё дитё поднимать, а вы сами, как дети.

– Ты и про беременность знаешь? – удивляюсь. – Откуда? Папа сказал?

– У меня свои методы, – звучит сердитый ответ. – Глаз-алмаз. Я всё подмечаю. И то, как вы с Максимом смотрите друг на друга – тоже вижу. Это любовь. Крепкая. Истинная. Это…

– Бред, – режу, перебивая. – Я не хотела посвящать тебя в подробности нашего с Высоцким расставания. Но твои заблуждения не оставляют мне выбора. Он меня бросил – это первое, – загибаю пальцы. – Гулял направо и налево. А потом…

– Не надо мне никаких подробностей, – бабуля машет руками. – Я совсем другое вижу. Он страдает.

– Он что? Страдает? – истерично фыркаю. – Он?!

– Именно. И страдает даже больше твоего. Пожалела бы парня – выслушала бы его. И всё сразу встало бы на свои места.

– Не собираюсь я его жалеть. И слушать не хочу, – зло выплёвываю. – А он не пропадёт, не переживай. Я же не пропала после всего, что он со мной сделал!

– Не сравнивай, – тяжело вздыхает бабуля. – Там, где женщина гнётся, мужчина ломается.

– Это не про Высоцкого. Он толстокожий и очень даже живучий. А ещё чёрствый и эгоистичный.