Чтение онлайн

– Надо ехать, – Высоцкий разворачивает меня к себе. – Что с больницей решила? Хочешь провериться?

– Уже не хочу, – мотаю головой. – В этом нет необходимости.

Мой ответ стирает с лица Максима нахмуренность.

Притянув меня к себе, он смотрит мне в глаза таким глубоким взглядом, что сомнений не остаётся – Высоцкий любит меня. Так же сильно, как и я его.

И чтобы понять это, не нужны слова. Достаточно взгляда, в котором читаются все чувства.

– Когда ты вернёшься? – глажу колючую щёку.

– Не могу сказать, – он целует мою ладонь, вызывая трепет. – Я позвоню. А ты дождись отца. Без него никуда не выезжай. Хорошо?

– Хорошо, – киваю и с тревогой прошу: – Будь осторожен.

– Буду, – улыбается он.

И, наклонившись, целует меня в губы. Осторожно. Нежно. Сладко. Заставляет меня таять в его руках, словно мороженое.

Не хочу его отпускать. Но это неизбежно. Поэтому нехотя отрываюсь от Максима и провожаю его. А когда черный джип отъезжает от дома, я с трудом сдерживаю слёзы и тяжело вздыхаю.

– У вас ещё будет время насладиться друг другом, – останавливается рядом со мной бабуля.

– Очень надеюсь на это.

И буквально живу этой надеждой на протяжении следующих нескольких дней.

Редкие звонки от Высоцкого хоть и радуют, но полностью не прогоняют тревогу. Я переживаю за него.

Но есть и хорошие новости – папина операция прошла успешно. Он быстро идёт на поправку и обещает приехать сразу же после выписки. Хотя я лично не вижу смысла в такой спешке.

Отцу надо полностью восстановиться, прежде чем ехать ко мне. Ведь в деревне безопасно.

Так я думаю ровно до того момента, пока в один из дней возле ворот не появлются два внедорожника, из которых выбираются несколько человек.

Они нагло заходят в дом, и я вижу среди них знакомое лицо.

Митронин.

– Что это значит? – встаю перед ним, пребывая в смятении.

– Тебе всё объяснят, – отвечает он, избегая моего взгляда. – Но позже. Сейчас ты должна поехать с нами, – и добавляет, немного помолчав: – Прости.

Макс

– …Не знаю, где тебя черти носили, но так дела не делаются, Макс. «Бездна» всегда должна быть под контролем старшего, – разоряется Ризванов в трубку. – Если сваливаешь, то оставляй того, с кого можно спросить. Иначе, бизнес в жопу.

– Да нормально всё, – скучающе тяну. – Пацаны не растерялись – сами провели запланированые бои. По бабкам как обычно вышло.

– Не беси меня лучше! – рявкает Макар. – Я не для того годами горбатился, чтобы ты за один миг просрал мне всё! Когда выйду, хочу увидеть «Бездну» в том же состоянии, какой она была.

Это вряд ли , – усмехаюсь про себя.

После того, как я перестал выходить в клетку, некоторые пацаны тоже с этим завязали. А новых не ищу, потому что башка другим забита.

На днях со следакими вопрос утряс. Я теперь свидетель, не более.

Макар на нарах чалится, и у меня в планах оставить его там на ПМЖ. Его влияние с каждым днём становится всё слабее и скоро совсем сойдёт на нет.

Всё идёт, как надо. Потихоньку проблемы решаются.

Я даже о будущем периодически задумываюсь. О семье мечтаю, которая будет у нас с Лисёной. О доме, который хочу построить для неё.

По бабкам всё ровно получается. У меня есть нехилые накопления с боёв, плюс квартиру можно впарить. А дальше посмотрим. Есть мысли по поводу транспортной логистики – хочу вложится в это дело. Знакомые коммерсы давно зовут. Но это пока в теории.

Сейчас я только землю под дом присматриваю. Приценяюсь.

Но точно не в деревне, где живёт Викина бабка. В ту сторону я даже мельком не смотрю. Во-первых потому что это глушь, второе и не менее важное – это сама бабуля. Её проделки мне боком выходят. Не хочу постоянно быть с поджатой задницей в ожидании очередной пакости…

– …Короче, тема – пушка, – вклинивается в мои мысли раздражающий голос Макара. – Мы выйдем на новый уровень. Представь, какие это возможности! Бабло лопатой грести будем. Гладиаторские бои – это новый виток в бизнесе.

– Какие бои? – напряжено переспрашиваю, надеясь, что ослышался.

– Гладиаторские. Я решу вопрос с организацией, а ты бойцов подберёшь. Сразу скажу – цифры гонорара там семизначные. Желающих будет хренова гора.

Слушаю его, а спину лютым холодом обдаёт. Ризванов окончательно долбанулся?

– Погоди…

– Мы будем первыми в этом направлении, – продолжает он воодушевлено. – Целый регион под себя подомнём, пока остальные ссыкуют. Знаешь, сколько людей хотят вложиться в это дело?

– Макар!

– Сотни! Народ жаждет зрелищ и готов вкидывать бешеные суммы в развитие…

– Какого хрена?! – рявкаю, теряя терпение. – Надеюсь, ты несерьёзно сейчас?! Никто из наших не пойдёт на мокруху в ринге!

– Да? А ты поспрашивай пацанов, которые всё детство с помойки жрали. Когда перед их глазами замаячат лямы, думаешь, они откажутся?

– И ты готов отправить их на убой – я правильно понял?

– Ну… Каждый сам решает, что ему лучше. Силой никого заставлять не будем. Дело добровольное.

– Отлично. Тогда я сразу пас.

– Ты пойдёшь одним из первых – это даже не обсуждается.

– Я сказал – нет! – бешено рычу, соскакивая с места.

И сжимаю трубку до хруста, рискуя раздавить её к чертям.

Ризванов совсем башкой поехал, если думает, что его дебильная идея имеет место быть!

Каким надо быть конечным уродом, чтобы устраивать бои со смертельным исходом? Я знал, что Макар отбитый. Но не до такой же степени!

– Тебе придётся участвовать, Макс. За тобой остальные потянутся. Ты для всех пример.

– Именно поэтому я не буду вписываться в это дерьмо. Если тебе насрать на пацанов, то мне нет!

– Да я о вас в первую очередь и думаю! Ты хоть представляешь, какие на кону бабки?! Вы все поднимитесь. Станете элитой…

– Нас и так всё устраивает, – обрываю. – Это гнилая идея, Макар. Полная дичь.

– Это уже решенный вопрос. Я не советуюсь с тобой, а ставлю перед фактом. Донеси информацию до остальных. Когда выйду, все должны быть в курсе.