Чтение онлайн

вый сук, который упал с высоты так не вовремя, но точно в цель.

Он лежал тут же, рядом с местом падения Агафона с лошади.

Данному предмету воздействия на своего врага Уля придала

особое значение, осмотрела не только его, но и залезла на кедр,

на ту высоту, откуда он сорвался. И над выводами оставалось

основательно задуматься.

Во-первых, сухой сук был ещё достаточно крепок, чтобы без

всякого основания падать вниз. Он имел довольно внушитель­

ные размеры: около полутора метров длиной, толщиной с уве­

систый кулак мужика-старателя. Твёрдая, прочная сердцевина

была крепкой, чтобы обломить его, потребуется сила медведя

или в крайнем случае вес человека. Однако следов их присут­

ствия на тот момент на кедре не было. Во-вторых, в этот день

стояла сухая, безветренная погода. Значит, не могли повлиять

какие-то природные силы. Остаётся только призадуматься, что

произошло. Случай? Судьба? Рок? А может, какие-то неведомые,

потусторонние силы?

О последнем предположении Уля подумала тогда, когда не

смогла дать объясняющего ответа. Она сразу же поняла, что

караван Агафона преследует ЭТО, что владело ей, парализо­

вало сознание вчера ночью у лагеря Дьявола. Девушка вдруг

вспомнила о том, как под Агафоном споткнулся и упал олень.

Теперь — сломанный сучок. Нет, не зря это всё. Сразу двух со­

впадений за один день не бывает. Тем более таких, как послед­

ний случай, самый странный и невероятный. Она похолодела

душой: возмездие! Кара за грехи! Где бы ты ни был, куда бы

324

т а й н а о з е я л к у ч у м

ты ни сбежал — везде и всегда. И уже больше не сомневалась

в том ни на мгновение. За Агафоном тянутся его грехи тяжкие,

и за них его наказывают.

Уле стало нехорошо, как будто к её впечатлительной душе

прилип кусок горькой смолы. Нет, не из-за жалости к Агафону.

А потому, что в её мире, мире матери-природы, где вроде бы всё

просто и понятно, происходят такие невероятные события.

Сергей думал по-другому. Мужской характер намного жёстче

женского. Как дрова и трава. Поэтому и вывод был более суро­

вым:

— Жалко, что не насмерть...

Травма Агафона оказалась серьёзной. Как Уля и предпола­

гала, беглецы остановились неподалёку от места происшествия,

у излучины мелководной речки. Девушка издали увидела дым

костра и поняла, что ночевать Кулак и Айкын будут здесь. Как

и вчера вечером, она осторожно подкралась к лагерю врага и под

покровом густых тальников недолго наблюдала за происходя­

щим. Раненый Агафон лежал на суконном потнике у костра,

а проворная Айкын быстро готовила дрова, жарила на прутиках

оленью печень, заботливо кормила случайного возлюбленного

и бережно перевязывала голову чистыми, сухими тряпками

с продымлённой лавиктой. Больной, казалось, был настолько

слаб, что едва приподнимал голову над постелями. По всей ве­

роятности, удар сучка пришёлся на левую сторону черепа, затем

соскользом продрал ухо, щёку и отбил плечо. Это было видно по

тому, как он с трудом переворачивается, не может облокотиться

на левую руку и встаёт на ноги с помощью хакаски. Однако всё

ещё полон сил и энергии. Боль и страдания переносит муже­

ственно, без стонов и гримас. И большую часть необходимого

делает самостоятельно, решительно отстраняя помощницу.

В его глазах всё так же горят искры коварства, а румяные щёки

растягивает холодная, хитрая улыбка. В этот вечер он не пошёл

ставить на тропу самострел. Может, понадеялся на милость

своих богов. Но отказаться от утехи с молодой женщиной не

мог. Проворно поймал смоляную косу в кулак, привлёк к себе

румяное, зардевшееся сполохом вечернего заката лицо, долго,

жадно целовал тонкие губы, плоский носик, узкие глаза.

325

е л д д и м и р т о п и л и н

И не противится Айкын, как вчера. Зачем? Она уже была с рус­

ским. Считает, что любовь Агафона долгая и прекрасная, как цвет

и дурман распускающегося хмеля. Всё совсем не так, как это было

с Харзыгаком. И пусть сначала ей немного больно, зато потом

молодое тело заполняет такое чувство, от которого одновременно

хочется петь, плакать, смеяться, грустить и даже умереть. Ради этого

Айкын сделает для Агафона всё, что он захочет. Пойдёт за ним хоть

за синь далеких гор. Лишь бы он не бросил её. А Харзыгак? Она

уже не помнит его.

Отвернулась Уля от стыда в сторону, прикрыла уши ладош­

ками, чтобы не слышать протяжные стоны, поползла назад

в тайгу. Да вдруг почувствовала на себе чей-то взгляд. Повер­

нулась — нет никого. Прислушалась, только шум хвои да лёг­

кий шелест листвы. А ветра-то и нет. Что это? Не может быть,

чтобы тайга сама с собой разговаривала. И тут вспомнила, что

возможно, здесь, рядом, находится ЭТО. И так же, как и она,

Уля, видит и слышит всё то, что происходит там, на стане у Ага­

фона. Но как ОНО отнесётся к происходящему? Тоже закроет

глаза, уши и уйдёт в сторону? Или всё же поступит по закону

тайги?..

И в эту ночь Загбой и Костя не пришли, не догнали Сергея

и Улю. Что случилось? Что произошло с друзьями? Неизвест­

ность разбудила тревогу. Пусть в первую ночь товарищи за­

держались на перевале или у Калтана на стойбище. Но после