Чтение онлайн

Похоже, он решил сделать вид, что не расслышал этого, после того как слиться со стеной, к которой он прислонился, у него не вышло.

Лайена вытолкала его за дверь, а потом еще раз внимательно изучила гематому на пострадавшем ребре девушки, стремительно меняющую свой цвет, и немного нахмурилась.

– Да, перелома все-таки нет - это радует.
– Дышать тяжело?

– Ага, на вдохе, - призналась магичка и поморщилась от боли.

Целительница приложила холодную грелку и заставила улечься на кушетку, потом еще пришлось выпить болеутоляющее и перетерпеть наложение тугой повязки, но в остальном дышать вскоре стало намного легче.

– Спасибо!
– негромко поблагодарила ее Валерия.

Лайена не рассыпалась перед ней в комплиментах и вообще вела себя как обычно, хотя привычного высокомерия в ней тоже не было, оттого общаться с ней было приятнее и легче.

– Да чего уж там, иногда мне кажется, что я получаю жалование исключительно за вас, принцесса!
– с доброй усмешкой заметила целительница.

Выслушав строгий наказ соблюдать постельный режим до конца рабочего дня и не выполнять никаких физических нагрузок еще два, а лучше все три дня, девушка со спокойной совестью распрощалась с женщиной.

И неожиданно окунулась в новую бурную эпопею абсурдных событий: кто-то из «доброжелателей» уже успел доложить обо всем ректору, а потом кто-то другой не менее доброжелательный рассказал в красках тренеру Домасу о том, что с ним будет, когда Рейтону сообщат о случившемся.

В итоге за дверью ее встречала толпа сочувствующих, ухмыляющихся и просто любителей посмотреть, а что же будет дальше! Убитый горем тренер вполголоса рассказывал о недавно родившемся у него сынишке несколько озадаченному происходящим Зелиусу.

– Все, достали! Клянусь, что лично прикончу первого, кто встанет на моем пути: прочих великодушно милую, если они исчезнут с моих глаз прямо сейчас!
– раздраженно произнесла Камила с такой суровой интонацией, что в коридоре сначала стало тихо, а потом вдруг пустынно, хотя Зелиус, конечно, никуда не делся, как и виновник всех ее несчастий за этот день.

– Кетал Зелиус, могу я спокойно покинуть это помещение и отдохнуть, согласно назначению целителя?
– выгнув бровь, осведомилась девушка, открыто игнорируя тренера.

– Конечно, просто скажите наконец, какую травму вы получили на занятиях в действительности, а то я уже было подумал, что вы при смерти!

Девушка закатила глаза.

– Просто трещина в ребре! Так что я, определенно, пока не при смерти и не стоит устраивать из этого шум и докладывать куда бы то ни было!
– фыркнула она.

– Я сообщил всем о заговоре против тебя и твоей семьи, организованном советником Донованом! Так что здесь об этом уже знают, а некоторые видели своими глазами, как ты мечом добила своего врага: думаю, при желании ты теперь сможешь навести порядок вокруг себя одним лишь взглядом!
– с легкой улыбкой заметил старик.

– Чудненько, - устало кивнула девушка.

Валерия отказалась от сопровождения и поспешила уйти прочь.

«А тренировка было толковая: столько вспомнилось! Разозлить Домаса и заставить бить, как прежде, было, конечно, непросто, но, с другой стороны, оно стоило того, чтобы научиться силой одного удара вышибать дух из своего противника, и одно слегка пострадавшее ребро не такая уж и страшная жертва», - рассуждала в мыслях принцесса.

Через час кто-то постучался, а потом подсунул два конверта под дверь.

Не без проклятий в адрес почтальона она подобрала с пола письма, борясь с неприятным болезненным спазмом.

Потом она перебралась в спальню, поудобнее устроилась на широкой постели и принялась изучать послания.

– Подумать только, теперь мне стопки писем под дверь запихивают, посмотрим, что тут у нас, - пробормотала она себе под нос.

Первый конверт был достаточно простым из белой непрозрачной бумаги, с единственным словом, написанным далеко не самым каллиграфическим почерком «Валерии».

«Приходи ко мне завтра: тут кое-кто раскаивается и жаждет узнать обо всем случившемся за время ее отсутствия из первых уст! И, да, она снова с нами разговаривает!» – сообщалось в письме.

Валерия улыбнулась: «Ну, хоть одна добрая весть за сегодня! Неужели Шай пришла в себя!?» - на душе стало спокойнее от мысли, что рядом снова будет тот, кому можно довериться!

Отложив первый конверт в сторону, она потянулась за вторым.

Светло-голубая бумага была расписана гербовыми знаками семьи Мрадовых, а на обороте конверт был запечатан настоящей королевской печатью в форме все того же дракона. Адресат был указан рукою Рейтона, и почерк его был заметно аккуратнее и ровнее, чем у Славы: «Ее Высочеству принцессе Валерии».

Она затаила дыхание и дрожащими пальцами сломала печать, торопливо доставая лист, исписанный почерком будущего императора.

«Здравствуй, Валерия! Я получил письмо и спешу ответить на твои вопросы.

Не знаю, с какой целью ты интересуешься, жив ли оборотень, но раз уж тебе так важно это узнать: он мертв. Я убил его, решив, что он на тебя набросился, хотя потом уже стало ясно, что зверь помогал добить старика Донована. Надеюсь, ты не станешь обвинять меня в смерти своего «друга»?

Касательно второй просьбы: признаться, ты меня опять удивила! Я собираюсь стать императором, Лера, и содействовать в деле разлучения законных супругов, не пошатнув свой авторитет в глазах общества, не могу - напрямую, естественно. Это не значит, что я считаю мелочью необходимость помочь сестре единственной подруги моей избранницы.

Я верю, что, скорее всего, ее отец, в самом деле, выдал бедняжку не по годам рано и не по любви, и вполне вероятно, что он (ее супруг) действительно недостойный и подлый человек. Именно поэтому я дозволяю тебе от своего имени, используя свои собственные полномочия принцессы этой страны, разрешить судьбу девочки! Если для этого нужно будет покинуть университет: ставь Зелиуса в известность и бери охрану! Даже, если тебе этого очень не хочется, и ты терпеть не можешь слушаться чужих приказаний - это ради твоего же блага! Увы, но я не могу быть уверенным наверняка, что у Донована, к примеру, не осталось сообщников! И да, постарайся никого не убить и не нарушать законов!

Кстати, это не все, что я хотел тебе сказать!

Наверное, ты в курсе: вчера хоронили отца, и я по понятным причинам не пригласил тебя на церемонию, а завтра состоится моя коронация, и туда я тоже тебя не приглашаю.

Вероятнее всего, возникнут разные домыслы о нас, глупые сплетни, но я буду их пресекать, да и не собираюсь я устраивать пышных празднеств на фоне панихиды по усопшему правителю. Прости, перед глазами у меня все еще его мертвое бледное лицо, а за спиной куча гиен, старающихся навязать мне свое мнение или начать править моими руками: кое-кого я был вынужден запереть в казематах, заподозрив в самом худшем...