Тайна, в которой война рождалась… (Как империалисты подготовили и развязали вторую мировую войну)
Шрифт:
Германские монополии взрастили, вскормили, привели к власти фашистский режим, ставший раем для промышленников. Сбылись мечты Тиссена «взнуздать» немецкий народ и Круппа – «держать рабочих в страхе и заставить соблюдать железную дисциплину». В мае 1933 г. нацисты ликвидировали профсоюзы и заменили их «Трудовым фронтом» – организацией с принудительным членством. Владельцы предприятий могли произвольно определять условия труда и устанавливать зарплату.
Усилиями круппов, тиссенов, фликов и прочих промышленников Германия стала гигантской кузницей оружия.
«Из немногих заводов, разрешенных Версальским договором, – говорил начальник военно-экономического штаба имперского военного министерства Томас в мае 1939 г. сотрудникам МИД, – выросла самая мощная из существующих сейчас в мире военная промышленность. Она достигла уровня производства, который в известной мере был равен германскому производству военного времени и частично даже превышал его. На сегодняшний день Германия занимает второе место в мире по производству стали после Америки. Производство алюминия значительно превышает производство Америки и других стран мира.
Выпуск винтовок, пулеметов и артиллерийского вооружения превышает в настоящее время производство любой другой страны».
С какой быстротой нарастала смертельная угроза для соседних с Германией стран, и не только соседних, говорят следующие цифры. Бюджетные ассигнования на вооружения и армию в 1933—1938 гг. увеличились почти в 10 раз. Производство оружия и военной техники возросло за те же годы в 12,5, самолетов – в 22 раза.
Бешеная гонка вооружений стала источником сказочного обогащения для германских монополий. Приводимые ниже цифры раскрывают природу того «энтузиазма» промышленников, о котором говорил Крупп.
Рост чистой прибыли концерна «ИГ Фарбениндустри» (в марках)
Рост чистой прибыли концерна Круппа (в марках)
Гигантский рост прибылей вызывал у промышленников и банкиров полное удовлетворение действиями «фюрера». Деньги, которые они израсходовали на создание фашистской партии, содержание штурмовиков и «предвыборные кампании» гитлеровцев, окупались с лихвой. По инициативе Круппа был учрежден фонд «Адольфа Гитлера». Ежегодно солидные взносы промышленников поступали в кассу нацистской партии. За шесть лет (1933—1939 гг.) «ИГ Фарбениндустри» передал в распоряжение «фюрера» 40 млн. марок, Крупп – 12 млн.
Перестройка экономики в агрессивных целях требовала колоссальных средств. Наставником Гитлера по финансовым вопросам монополии сделали бывшего президента Имперского банка Я. Шахта. Он знал закулисные тайны «делового мира» и располагал широкими личными связями в кругах финансистов США и Англии. Познакомившись еще в 1931 г. на квартире Геринга с Гитлером, куда он явился вместе с Тиссеном (лучшей рекомендации нельзя было и придумать), Шахт становится ревностным сторонником «фюрера». Рассказывая о деятельности Шахта накануне захвата власти фашистами, один из его биографов пишет:
«В последующие недели были пущены в ход такие интриги, о каких не прочтешь ни в одном романе… Для Шахта характерно, что в эти дни он повсюду, в каждом разговоре, в каждом публичном выступлении, и особенно в наиболее трудные моменты, которые пришлось пережить Гитлеру… заявлял, что Германию может спасти один человек – Гитлер».
После установления фашистского режима Шахта вновь назначили президентом Имперского банка, который магнаты сделали центром финансирования военной программы. О прямом участии германского финансового капитала в подготовке агрессивной войны и ремилитаризации страны свидетельствует, в частности, один из меморандумов, подготовленных Шахтом для Гитлера.
«С самого начала рейхсбанк сознавал, что успех в области внешней политики может быть достигнут лишь путем реконструкции германских вооруженных сил. Он принял на себя в значительной степени ответственность за финансирование вооружения, несмотря на вытекавшие отсюда опасности для стабильности валюты. Это оправдывалось необходимостью, которая отодвинула на задний план все прочие соображения, необходимостью вооружиться немедленно и из ничего и, кроме того, в замаскированной форме, так, чтобы это делало возможным проведение внушающей доверие внешней политики».
Не менее характерен и другой документ по вопросам финансирования войны. Его составил летом 1939 г. Функ, сменивший Шахта на посту президента Рейхсбанка. В меморандуме обосновывалось предложение «внести в законы по вопросам финансирования войны идею оплаты военных издержек, рассчитывая на доход в будущем, после окончания войны».
Расчет на богатую добычу в результате разбойничьей войны стал основой денежных манипуляций германских монополистов. Для маскировки источников покрытия расходов на вооружение гитлеровцы широко прибегали, помимо ограбления масс путем повышения налогов, к выпуску бумажных денег и фальшивых векселей. Крупную жульническую комбинацию, прикрытую авторитетом Имперского банка, разработал Шахт.
Смысл аферы заключался в следующем. Военные заказы оплачивались векселями не существовавшей в природе фиктивной компании «Металлургише форшунггезельшафт» (сокращенно «МЕФО»). Банкам было дано указание принимать векселя к оплате, но средств для их погашения не было. Игра строилась на том, что векселя давали 4% годовых. И фабрикантам, не сомневавшимся в их добротности, было выгоднее вместо наличных держать у себя в кассе эти фальшивые бумажки.
Махинация Шахта дала возможность изъять у предпринимателей значительную часть их кассовой наличности. Разумеется, если бы векселя были предъявлены к оплате, наступила бы финансовая катастрофа.
Система векселей «МЕФО» применялась до 1 апреля 1938 г. К этому времени для оплаты заказов на производство вооружений было выдано счетов на 12 млрд. марок. Выдумка Шахта была особенно удобна для гитлеровцев в связи с тем, что векселя «МЕФО» не фигурировали ни в публиковавшихся отчетах Рейхсбанка, ни в. цифрах бюджета. Это обеспечивало секретность финансирования программы вооружений.
Резкий перевод экономики страны на военные рельсы был чреват серьезными последствиями. Дело в том, что чрезмерное развитие военных отраслей вызывало все возраставшую потребность в стратегическом сырье [16] . Вместе с тем свертывались экспортные отрасли промышленности, обеспечивавшие поступление валюты. Финансовая задолженность Германии по займам 20-х годов еще более усугубляла положение» Получался заколдованный круг, который должен был привести к экономической катастрофе. Надвигавшийся кризис грозил крушением фашистского режима. Его спасти не могли никакие финансовые аферы Шахта (3) .
16
Фашистская Германия покупала за границей железную руду, нефть, олово, медную руду, боксит, никель, каучук, хлопок, шерсть и другие виды сырья, необходимого для военной промышленности.
На выручку пришел международный капитал.
«Безоружная Германия – угроза миру»
«Тайные» думы и чувства, определявшие позицию США и Англии в связи с начавшейся в конце 1933 г. в капиталистическом мире бешеной гонкой вооружений, лучше всего раскрывают слова В.И. Ленина.
«Сотни и тысячи миллионов рублей, – писал он в статье „Вооружения и капитализм“ в 1913 г., – расходуются Англией и другими странами на приготовления к войне, – разумеется, все это делается исключительно в интересах мира, в интересах охраны культуры, в интересах родины, цивилизации и т.д.
А в качестве акционеров и директоров предприятий судостроительных, пороховых, динамитных, пушечных и т.д. мы видим адмиралов и знаменитейших государственных деятелей Англии из обеих партий: и консервативной, и либеральной. Золотой дождь льется прямо в карманы буржуазных политиков, которые составляют тесную международную шайку, подстрекающую народы к соревнованию в деле вооружений…» [17]
17
В.И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 23, стр. 175.