Чтение онлайн

Принц и рыцарь Орс поспешили в город. Здесь они сочли за благо также разделиться.

— Ты, Орс, прочешешь западную сторону города, а я — восточную, заодно и на переправе побываю. За час, конечно, много не осмотришь, но оглядимся для начала.

Глава двадцать третья

Вольный город Оймен

Принц ни чего подозрительного не обнаружил, вернее сказать, в суетливом торговом Оймене, наполненном чужестранным торговым людом всё могло показаться подозрительным. Расспросы же никакого результата не дали.

— Вы, ваша милость, ищете иголку в стоге сена, — сказал ему один словоохотливый торговец у Паромных ворот.— Тут за день столько всадников проезжает, что запомнить кого-нибудь невозможно. Я вот могу припомнить только своих покупателей, но среди них тех, кого вы описываете, не было сегодня. Это уж поверьте.

Мало чем помог и разговор с капитаном Генхором. Принц встретил его у парома, который стоял на приколе.

— Мы, ваше высочество, заняли пост с вчерашнего вечера, три человека здесь и двое патрулируют в городе, но пока мне нечем вас обрадовать.

Рыцарю Орсу повезло больше, но его находка не относилась к целям преследователей. Беглый объезд западной части города не дал результатов. Он уже подъезжал к рыночной площади, когда стал свидетелем и участником весьма примечательной сцены.

В Oймене рыцарь был уже не в первый раз, и с этим городом были связаны весьма печальные воспоминания. Около двадцати лет назад он служил в городском гарнизоне, который набирался из рыцарей пограничного войска, менявшегося каждый год. Вольному городу не полагалось иметь собственной армии, только городскую стражу. За полгода службы у Ойменской переправы Орс хорошо изучил город, здешние нравы, встретил и потерял свою единственную любовь.

Орс так сумел организовать свой маршрут по городу, что напоследок оставил для себя возможность проехать Хлебным переулком, выводящим как раз на Рыночную площадь. Затаив дыхание и со стесненным сердцем подъехал он к хлебной лавке, знакомой ему слишком хорошо. И здесь ждала его неожиданная находка.

Возле памятной рыцарю хлебной лавки толпился народ; слышался гомон, в котором вспыхивали по временам весёлые возгласы, а порой и дружный хохот. У дверей лавки стоял тучный торговец с красным лицом, в его заплывших мутных глазках сквозь пелену привычного лукавства поблёскивал злобный огонёк. Напротив него двое горожан держали за руки высокого щупловатого парнишку, черноволосого, бледного от испуга.

— Кто же это научил тебя, гадёныш, воровать? — спрашивал лавочник сиплым голосом с заметно балаганной интонацией. — Знаешь, что делают с ворами в вольном городе Оймене? Не знаешь?

Лавочник сделала паузу и оглядел толпу, та тотчас же загудела в ответ.

— Не воровал я, — дрожащим, но громким голосом ответил парнишка. Было видно, что ему до смерти страшно, но он изо всех сил боролся за своё достоинство.

— Я же отдал за булку свою куртку, вон вашему приказчику.

Парнишка, наверное со страха, называл приказчиком рыжего горбуна с кривым носом и маленькими бойкими зелёными глазками.

— Куртку! — гаркнул горбун. — Вы только посмотрите на эту куртку, люди добрые!

Он выставил напоказ какую-то замшелую, побитую молью и временем рвань.

Смех и гомон огласили переулок.

— Да не эта! Что ж ты врешь! — Выкрикнул парнишка смелее. — Я тебе дал хорошую.

— Да она не стоит и половины буханки, которую ты сожрал, паршивец. Надо было деньги уплатить, а не совать моему помощнику всякую рвань.

— Да у меня деньги украли. А куртка эта не моя. Мою он куда-то спрятал.

— Вы слышали!? Мало того, что он вор, он ещё и клеветник.

— По нашим законам пусть заплатит штраф за клевету и воровство или придется ему проститься с ухом, — раздался чей-то бодрый голос в толпе.

— А то и с двумя…

От таких слов парнишка явно занервничал.

— Вы не имеете права! Я служу принцессе Аделине. Меня послал король Магнус. Вы не имеете права меня задерживать!

— Смотрите-ка, это королевский посланник!

— И как это мы сразу не разглядели благородного рыцаря!

— Ну и ну! Чего только не услышишь в Оймене, но такого…

— И с чем это, интересно знать, послал тебя к нам король Магнус? — ухмыляясь, спросил лавочник.

— Ну он, конечно, не то, чтобы послал, но дело-то серьезное, а может быть, и секретное.

— Вы только послушайте, парень имеет серьезное, а то и секретное дело, которое король Магнус ему даже не поручал.

Толпа снова загудела.

— Ну и заврался!

— Да не вру я! — похоже, юноша, наконец, разозлился. — Принцессу Аделину похитили!

— Прямо саму принцессу Аделину? — Давясь от смеха, с притворным участием поинтересовался горбун.

Толпа весело загомонила в ответ. Только два человека отреагировали на эти слова вполне серьезно. Первым был рыцарь Орс, он, прищурившись, всматривался в мальчугана. Второй — как это ни странно, сам горбун. Притворная улыбка быстро сползла с его лица, глаза сделались злыми и холодными. Потихонечку, не привлекая к себе внимания, он ретировался к стене лавки, медленно прокравшись вдоль нее, выбрался из толпы и, прихрамывая на левую ногу, засеменил в ближайший проулок. Это не укрылось от глаз рыцаря. Но Орс в этот момент интересовался пареньком.

— Так ты будешь, шельмец, платить за клевету и за убытки? — отсмеявшись, серьезно осведомился лавочник.

— Я уже все уплатил, — ерепенился малый, — отдал свою единственную куртку, а денег у меня нет. Я же говорил — украли.

Лавочнику, видимо, надоело это развлечение, и он решил с ним покончить.

— Поднимите-ка этому пареньку рубашку. Я распишусь на его спине об уплате долга.

— Эй, Гунал! — крикнул он, обернувшись к дверям лавки. — Куда подевался этот рыжий дармоед? Опять удрал?

Лавочник вздохнул и в два тяжелых шага очутился на пороге лавки, пошарил рукой внутри на стене и вытащил на свет блестящую коричневой кожей длинную плеть. Дюжие горожане, державшие парнишку, недобро ухмыльнулись и потянули с него рубаху.

— Эй, вы чего?! Вы не смеете! — Заверещал парнишка. — Я свободный гражданин Баргореля.

— А тут тебе не Баргорель, дружок, — жутким голосом прохрипел один горожанин. — Тут тебе Оймен.

— Я, между прочим, оруженосец! Да! И рыцарь, которому я служу, задаст вам!