Чтение онлайн

— Густав Марлон знал об этом. Он знал, что мой брат участвовал в создании нового купола, как знал и о том, что на демонстрацию приедут покупатели от самого императора. И понял, какие деньги и власть сулил возможный договор. Нужно было лишь сделать так, чтобы купол продал не Геллер, а академия. Шантажом Марлон заставил Шермана испортить несколько пластин, что держали купол. Магистр признался в этом сам. Жертв не должно было быть, но в последнюю минуту Фрэнк Геллер решил изменить место, где расположить гостей. Он подозревал диверсию, но не знал, где окажется опасность. Пластины взорвались, высвободив запас пустынного огня. Жертв оказалось много, но и это не остановило Марлона.

Гул пробежал по залу, но Эштон не позволил себе отвлечься.

— Марлон убедил моего отца, что виновен именно Геллер, — продолжил он. — Настоял на закрытом суде, чтобы не подрывать влияние и авторитет академии. Семью Геллер лишили всего, разделив имущество между пострадавшими, а Марлон запросил в качестве компенсации для академии права на разработки погибшего, которые объявил бесполезными. Он утверждал, что купол не заработал, потому что никогда и не должен был. Что это был предлог собрать вместе влиятельных людей и драконов, чтобы избавиться от них, а потом поучаствовать в переделе власти.

Эштон выдохнул, его плечи расправились.

— Но когда пластины были восстановлены, оказалось, что их нельзя активировать — на них стояла защита кровной магией. Уникальное заклинание, изобретенное Геллером. Ректору Марлону ничего не оставалось, кроме как ждать, когда второй сын герцога объявится. Я не спешил показывать себя, подозревая, что со мной тоже случится «несчастный случай», когда защита будет снята. Игра в кошки-мышки продолжалась. Пока искали меня, я искал улики и доказательства. Пользовался артефактами для небольшого изменения внешности при встрече с ректором, чтобы меньше походить на брата, — добавил он, и его взгляд скользнул к Лекси. Один из артефактов он подарил ей. — Когда же появилась Алексия Геллер, ситуация стала опаснее. В академии собрались оба «компонента» для снятия защиты.

Он помедлил, позволяя слушателям осознать его слова.

— Кто-то пустил слух, что у наследника герцога появилась метка, еще и донес это моему отцу. Я боялся поставить пару в смертельную опасность и решил воспользоваться тем, что все смотрят в другую сторону. Теперь больше ничего не мешает мне открыто называть себя, а мое происхождение доказано магией.

Все ждали подвоха. Ждали чего-то непредсказуемого.

— Я обещаю вам справедливость, — продолжил Эштон. — Марлон предстанет перед судом. Каждый услышит правду. Марлон заплатит за каждую жертву.

Он медленно обвел зал взглядом, останавливаясь на лицах глав богатых и влиятельных семей. Тех, кто привык командовать, кто привык подчинять других.

— Вы срослись с роскошью и властью, — продолжил он. — Погрязли в междоусобицах, в предательствах, в убийствах. Западные земли залило кровью, когда мой отец отошел от дел, а остальные не смогли поделить пирог. Но эта власть дана вам не для того, чтобы угнетать. Вы служите этим землям. И я требую от вас верности. Не мне — людям, которые здесь живут. Верности, справедливости и подчинения. Все, кто не согласен, покинут мои владения, и это будет не просьба.

В зале повисла тишина. Кто-то сглотнул, кто-то отвел взгляд. Но ни один не осмелился возразить. Эштон смотрел на них с твердостью истинного правителя, и даже те, кто еще вчера надеялись захватить власть, теперь видели — перед ними стоит дракон из древнего рода. Сила, которую не сломить.

Лекси смотрела на Эштона такими восторженными глазами, что его сердце замирало от гордости. Он обещал всем, что Западные земли снова станут местом силы и справедливости. Он говорил о переменах, о том, что каждый голос будет услышан, что больше никто не сможет использовать магию или власть для наживы. Он видел, как люди тянулись к нему, и знал, что из него получится достойный наследник, но только от нее хотел получать подтверждение снова и снова — ее полные обожания взгляды.

Когда вечер памяти подошел к концу, Лекси протиснулась к Эштону. Он обнял ее, прижимая к себе. Она — его жизнь. Академия, пустыня, буря — все это было лишь началом их общего пути.

— Готова стать королевой, принцесса? — шепнул он ей, целуя в ушко.

— Твоей? — прищурилась она. — Титулом не вышел. Но я подумаю.

И со смехом уткнулась ему в плечо.

Их ждала новая жизнь.

Двор академии купался в свете осеннего солнца, которое, впрочем, в этих краях не сильно отличалось от летнего. Академия восстанавливалась, в сад потихоньку возвращалась жизнь. В воздухе витал аромат свежеиспеченных огненных булочек, где-то неподалеку слышались голоса адептов, обсуждающих задание магистра, и даже ветер казался теплым и уютным.

Но сегодня я чувствовала, как небольшой кусочек моего мира снова ускользает.

Я стояла у экипажа, обнимая Лию, а она впивалась пальцами в мои плечи, пока ее подрагивали.

— Ты справишься, — гладила я подругу по спине, стараясь вложить в голос побольше уверенности. — Вы оба справитесь. Императорские целители — лучшие. Я это точно знаю.

Лия не отвечала. Ее глаза были мокрыми от слез, но она сдерживала рыдания, уткнувшись лицом мне в плечо. Я лишь крепче обнимала ее.

Из окна экипажа с важным видом торчал маленький Дейв. Он все старался привлечь мое внимание, а я притворялась, что не замечаю, потому что не хотела отталкивать Лию. В руках у мальчишки была стопка листов, испачканных красками. Я уже знала, что там, но все равно готовилась изображать самое честное удивление и восторг.

— Это тебе! — Его голос прозвучал неожиданно громко. Дейву надоело ждать, и он все же решил вмешаться. Протянул мне рисунки: — Я рисовал их сам. Тут драконы. Настоящие!

Я взглянула на цветные каракули и понял, что губы растягиваются в улыбке, которую невозможно подавить. На рисунках действительно были «драконы», но они больше напоминали смешных зверушек с огромными глазами и короткими лапками. Их крылья были похожи на листья, а хвосты закручивались спиралью.

— Они восхитительны! — Я бережно прижала рисунки к груди. — Спасибо, Дейв. Я буду хранить их всегда.

Мальчик нахмурился, но его серьезный вид быстро сменился смущенной улыбкой.

— Ну, да… Это потому, что я так круто рисую, — ничуть не смутился он. — Лия, хватит реветь!

Лия отлипла от меня, явно готовясь всыпать нетерпеливому брату.

— Девчонки всегда плачут, — пожаловался мне Дейв. — Это же просто поездка! Мы вернемся, и будете от меня отделываться.

Я почувствовала, как Лия вздрогнула и разразилась смехом сквозь слезы. Я тоже не сдержалась. Мы смеялись, будто не было ни академии, ни экипажа, ни тяжелого прощания.

Пока мы стояли во дворе, к нам подошел магистр Шерман. Он все еще передвигался с тростью, но взгляд оставался твердым и ясным. За ним, чуть поодаль, толпились несколько адептов в форме помощников. Они ждали его указаний, не решаясь подойти ближе.

— Сильвия, — позвал он и протянул ей сверток, — это заклинания, которые помогут целителям создать для Дейва защитный купол вокруг костей. Если целитель добавит что-то еще… думаю, это должно помочь ему держаться на ногах.

Я видела, как Лия дрожащими руками приняла подарок. Ее губы шевелились, но слова не выходили. Она лишь кивнула. Глаза блестели от слез, но в них светилась благодарность.