Чтение онлайн

В результате этой необычной акции, широко освещенной в прессе (включая статьи в «Спорт иллюстрейтед» и «Нью-Йорк тайме»), в фонд исследования творчества Джека Керуака поступило более десяти тысяч долларов. На самом же деле идея пришла организаторам в голову в последний момент как замена первоначального плана (расстелить на игровом поле настоящий рулон с рукописью «На дороге»), который был отвергнут наследниками Керуака. Одна из фигурок Керуака хранится в Зале бейсбольной славы в городке Куперстаун, штат Нью-Йорк.

Кто бы мог подумать, что Джек Воробей — такой фанат Джека Керуака? В 1991 году актер Джонни Депп приобрел у душеприказчиков Керуака вещей на сумму свыше 50 000 долларов. Среди покупок были плащ Керуака стоимостью 15 000 долларов, чемодан за 10 000 долларов, одна из старых дорожных сумок писателя за 5000 долларов, водолазка за 2000 (надеемся, ее предварительно хотя бы постирали) и непромокаемая шляпа за 3000 долларов (что вполне резонно: кому нужен плащ без непромокаемой шляпы?), твидовое пальто за 10 000 долларов, письмо Керуака к другу-битнику Нилу Кэссиди за 5000 и погашенный счет из винно-водочного магазина за 350 долларов.

В извечном стремлении охватить как можно большую покупательскую аудиторию, в том числе и хиппи, сеть магазинов молодежной одежды «Гэп» запустила в начале 1990-х годов рекламную кампанию на тему битничества. В рекламе использовалась фотография Керуака в саржевых штанах и простой рубашке, а снизу был напечатан слоган: «Керуак носил хаки». Многие радикально настроенные поклонники Керуака были возмущены посмертной эксплуатацией его образа. (В торговой сети «Банана Рипа-блик», родственной «Гэп», примерно в это же время за 70 долларов продавалась курка-«пилот» «Керуак».) В знак протеста группа чикагских поэтов изготовила пародийную рекламу «Гитлер носил хаки», где, естественно, был изображен фашистский диктатор. Сотни листовок были тайком разложены в магазинах «Гэп» по всему Городу ветров [76] . С тех пор рекламисты предпочитают не связываться с битниками.

[77]

В начале своей литературной карьеры Курт Воннегут с сожалением определял свое положение так: «больной на всю голову обитатель каталожного ящика с ярлыком “научная фантастика”», и очень просил выпустить его оттуда, «в частности, потому, что очень многие серьезные критики регулярно путают этот ящик с унитазом».

Воннегуту удалось выбраться из этого каталожного ящика, но любви литературного бомонда он так и не завоевал. Часть критиков по-прежнему считали его не более чем классным «жанровым» писателем, чья литературная жизнь окончилась в 1960-х. А может быть, их просто отпугивали неприличные шуточки, которыми были сдобрены его поздние работы. Самого Воннегута это не смущало, он продолжал выполнять свою миссию — писать, рисовать и пропагандировать гуманизм.

Воннегут родился в четвертую годовщину окончания Первой мировой войны. Он был сыном и внуком архитекторов (его дед был первым архитектором Индианаполиса, получившим лицензию). Родители собирались отправить мальчика в частную школу, как и его сестер, но во время Великой депрессии их благосостояние пошатнулось. Курт ходил в самую обычную школу, а отец, сломленный и озлобленный, твердил сыну, чтобы он выбрал практичную профессию. Решив учиться на биохимика, Воннегут в начале 1940-х поступил в Корнелльский университет. Однако начало Второй мировой войны внесло в этот план свои коррективы, Воннегут вступил в американскую армию в качестве разведчика пехотного батальона. Пока он служил в Европе, его мать покончила с собой, приняв смертельную дозу снотворного. Это была одна из двух полученных за время войны травм, которые преследовали Воннегута на протяжении всей его жизни.

Другим потрясением стала бомбардировка Дрездена авиацией союзнических войск 13 февраля 1945 года, свидетелем которой Воннегут оказался, находясь в немецком плену. Бездушное истребление тысяч мирных жителей подорвало его веру в человечество и рациональное устройство мироздания. Позже он выразил эти переживания в самом известном своем романе «Бойня номер пять».

Вернувшись с фронта, Воннегут недолго поработал криминальным репортером, а потом поселился в городке Скенектеди, штат Нью-Йорк, и стал писать пресс-релизы для местного отделения компании «Дженерал Электрик». Он попытался, хоть и безуспешно, получить магистерскую степень по антропологии в Чикагском университете. Его диссертация под названием «Неустойчивое соотношение между добром и злом в простых сказках» была единодушно отвергнута всем составом кафедры. Когда мечты о научной карьере лопнули как мыльный пузырь, Воннегут переключился на писательство. В 1950-е годы, работая в «Дженерал Электрик», он параллельно написал несколько романов и рассказов. Потом переехал в Кейп-Код, штат Массачусетс, где для заработка устроился дилером компании «Сааб». К сожалению, это начинание тоже обернулось провалом, и в начале 1960-х фирма обанкротилась. Как продавец автомобилей Воннегут никуда не годился и опасался, что шведские партнеры никогда ему этого не простят.

Расцвет писательской карьеры Воннегута пришелся на 1960-е, когда были изданы его признанные шедевры «Колыбель для кошки» (1963) и «Бойня номер пять» (1969). В обоих романах писатель, преследуя собственные сатирические и философские цели, ловко нарушает законы научно-фантастического жанра. В «Бойне номер пять» массовый читатель знакомится с Килгором Траутом, второстепенным героем, появлявшимся и в одной из более ранних работ Воннегута, который впоследствии станет сквозным персонажем. Непризнанный автор научнофантастического чтива, печатавшегося в журналах для взрослых, Траут задумывался как апьтер эго самого Воннегута, или, во всяком случае, того, кем Воннегут мог бы стать, если бы ему не удалось выскользнуть из жанровой ловушки.

Некоторые критики отмечают, что за два последующих десятилетия качество работ Воннегута ухудшилось. Действительно, его романы становились все более замкнутыми на себя, пронизанными мрачным ощущением отчаяния, которое, очевидно, и заставило писателя в 1985 году совершить попытку самоубийства. С другой стороны, после невероятного успеха «Бойни номер пять» и ее киноверсии все последующие романы писателя расходились относительно неплохо, а сам Воннегут продолжал все так же проповедовать гуманизм. Он сетовал на нашествие новых технологий, порицал политику правительства США, сокрушался по поводу сокращения производства в развитых странах и в целом делал все то, чего можно ожидать от своенравного, сочувствующего левым старого ворчуна. Даже сильный пожар, опустошивший его дом в 2000 году и отправивший самого Воннегута в больницу, не смог заглушить его безошибочно узнаваемый голос. Он поклялся, что мемуары «Человек без родины», вышедшие в 2005 году, станут последней его изданной работой, хотя и продолжал до самой смерти писать очерки в один из прогрессивных ежемесячных журналов. По иронии судьбы, человек, переживший бомбардировку Дрездена, не оставившую камня на камне, и много лет куривший, дымя как паровоз, умер из-за падения с лестницы в своей квартире в Манхэттене. Он получил тяжелую черепно-мозговую травму, а несколько недель спустя, в апреле 2007 года, скончался.

Вопреки распространенному мнению, Воннегут не был сокурсником детского писателя доктора Сьюза. У них и университеты-то были разные: Воннегут учился в Корнелле, а Теодор «Сьюз» Гейзель в Дартмуте. Однако с одной известной писательницей школьная дружба Воннегута все-таки связывала. Он учился в школе «Шор-тридж» в Индианаполисе вместе с Мейдлин Пью, которая впоследствии стала главным сценаристом телесериала «Я люблю Люси». Воннегут и Пью состояли в школьном писательском кружке. Другим известным выпускником «Шортриджа» был сенатор Ричард Лугар из Индианы.

Прототипом самого известного персонажа Воннегута, непризнанного писателя-фантаста Килгора Траута, был, напротив, весьма уважаемый писатель Теодор Старджон, автор множества рассказов и награжденного литературными премиями романа «Больше чем люди». Для буквоедов, любящих во всем точность, сообщим: настоящее имя Старджона — Эдвард Гамильтон Уолдо.

Воннегут успел мелькнуть в экранизациях двух своих романов. Он сыграл эпизодическую роль «грустного человека на улице» в фильме «Мать Тьма» в 1996 году и роль коммерческого директора телеканала в фильме «Завтрак для чемпионов» в 1999 году. А еще он в 1986 году с превеликим удовольствием поучаствовал в съемках комедии Родни Дэнджерфилда «Назад в школу». Там он сыграл самого себя и помог придурковатому герою Дэнджерфилда Торнтону Мелону написать курсовую работу о произведениях… Курта Воннегута.

Воннегут здорово повлиял на Джерри Гарсиа, фронтмена группы «Грейтфул дед», который был большим поклонником писателя. Звукозаписывающая и издательская компания, принадлежащая «благодарным мертвецам», называется «Айс Найн Паблишинг» — в честь «льда-9», разрушительного вещества из романа Воннегута «Колыбель для кошки» (1963). Гарсии особенно нравился клас-сический научно-фантастический роман Воннегута «Сирены Титана», написанный в 1959 году. Нравился настолько, что Гарсиа даже приобрел права на его экранизацию. Несколько лет ходили слухи, что он и бывший сценарист телешоу «Субботний вечер в прямом эфире» Эл Франкен все-таки приступили к съемкам. К сожалению, слухи не оправдались. В 1995 году Гарсиа умер, так и не успев ничего снять.