Чтение онлайн

Песня поднимала не только дух человека, но и в сочетании с другими упражнениями служила важным средством выработки общей выносливости организма. Сегодня, наблюдая на сцене за выступлениями народных танцевальных коллективов, мы можем отметить одну интересную деталь: танцоры танцуют, но практически не поют, лишь изредка выкрикивая и посвистывая. Но ведь старинные исследователи и очевидцы, описывая казацкие или гуцульские танцы, единогласно отмечают, что танцы происходят обязательно с пением. Об этом говорят и Боплан, и Мериме, и Кайндль и другие. Леонид Без, в своем письме, которое мы приводили в предыдущей главе, также описывает, что его обучение боевому искусству пластунов «Спас» тоже обязательно происходило с песней, которая была важным элементом тренировок. И я, припоминая свое детство, так же вспоминаю, как дедушка, обучая меня старинным боевым приемам, так же пел шуточные песни. Одну из них я могу привести.

Казачок. Рисунок А. Ждахи.

Даже такие физические упражнения, как отжимание от пола, приседания или подтягивание на перекладине дедушка учил меня делать с пением, «чтобы дыхание было хорошим». Он, старый пластун, а также член общества «Сич», рассказывал, что все упражнения они выполняли в такт определенной песни. Например, упражнения с топориками — в такт песни «Эй, там на горе Сечь идет», различные упражнения руками в такт песни «Не мириться, милые братья» и т. д. Заинтересовавшись, мы провели такой эксперимент. Группе спортсменов (преимущественно боксеров и борцов), каждый из которых мог без особого труда отжаться от пола на кулаках 100–120 раз, было предложено провести отжима, распевая при этом песню «Эй, там на горе Сечь идет». Каково же было их удивление, когда после выполнения четырех куплетов вся группа практически «выдохлася». Такое же случилось и с экспериментом с приседаниями и ударами по груше. То есть, исполнение песни во время тренировки чрезвычайно усложняет упражнения и вместе с тем очень эффективно тренирует дыхательный аппарат и выносливость воина, имеет важное значение в бою. А кроме того, сама по себе, песня является очень эффективным средством психофизического воздействия на организм человека. Это подтверждают и свидетельства черноморского казака Ивана Попки, в которых подробно описывается древний казацкий способ лечения песней. «Раненому не давали спать около трех суток; около его изголовья били в бубен и пели боевую песню. Лежал он в полевом лагере или в курене, перед его глазами раскладывали огонь, блеск которого облегчал тоску, которая ощущается от потери крови и избытка телесных страданий» (149, 165–166). То есть, именно песня выполняла магическую, медитативную функцию, которая позволяла достичь желаемого психофизического эффекта на сознание воина и включить скрытые резервные возможности организма, в этом случае для лечения. А в сочетании с боевым танцем песня позволяла казакам достичь такого особого состояния сознания, когда их силы, в буквальном смысле слова удесятерялись.

Воин выполняет боевой танец. Изображение на браслете. Киев. XII в.

Танец казака с оружием.

Поэтому, сочетая боевые упражнения и танцы с песнями, наши предки прекрасно знали, что делают. И неудивительно, что иноземцы, описывая быт казаков, отмечали, что они целыми днями только поют и танцуют, а потом, в один голос, удивлялись их сверхчеловеческой силе, выносливости и невероятным подвигам в бою. А им не удивляться надо было, а просто самым попробовать так немного «попеть и потанцевать», и они сразу бы поняли, откуда берется и сила и выносливость. А казаки же танцевали в полном вооружении, с саблей в каждой руке. Кроме того, сами танцы выполняли функции своеобразных тренировочных наборов боевых движений и приемов. В таких старинных военных танцах, как «Гопак», «Аркан», «Метелица», «Казачок» четко прослеживаются связь боевых приемов, подобные на «ката» в каратэ. Исследователь боевого наследия казачества Владимир Пилат выделяет в Гопаке чрезвычайно эффективную систему отходов от противника, а также различные способы боя ногами, как на земле, так и в воздухе. К ним относятся: «ползунки» — способы ведения борьбы ногами против нижней части тела; «тынки» — способы поражения средней части тела соперника и техника поражения на верхнем уровне, которая базируется на ударах ногами в прыжке в воздухе. Здесь и «разножка» — удар в прыжке двумя ногами по сторонам, «щучка» — удар в прыжке двумя ногами вперед, «пистолет» — удар в прыжке одной ногой в сторону и многие другие. Там существует множество движений для рук, имитирующих блоки и удары, особенно с саблей, различных подсечек, подбивок и тому подобное. Выполнение юношами под музыку этих связок способствовало их эффективному усвоению. Затем эти связки отшлифовывались в поединках.

Запорожцы танцуют. Со старинного рисунка.

Танец опришков. Рисунок М. Демьяна.

Казаки веселятся. Рисунок П. Носка. 1927 г.

Постепенно выполнение этих элементов усложнялось. «Если музыка перестанет играть, то они возьмут в руки скамейки, с одного конца возьмется один, а со второго — другой, станут друг против друга и танцуют», — свидетельствует столетний казак Николай Корж (222, І, 246). Другой элемент — так называемые «ползунки», когда человек в присядке, держа в руках по сабле, поочередно выбрасывает вперед ноги, таким образом двигаясь, — сначала выполнялся на земле, а затем, по мере обучения, на бочонке или бочке, которая катится. Постепенно от выполнения простых элементов переходили к изучению сложных и очень сложных, для которых требуется виртуозная ловкость, координация и владение своим телом. Некоторые из этих элементов отрабатывали сначала в воде (реке, пруду), а уже потом на твердой поверхности (современные танцовщики изучают такие элементы с помощью специальных акробатических ремней-лонжей). По нашему мнению, одним из испытаний для кандидата в казаки было выполнения им сложных элементов казацких боевых танцев «Гопак» и «Казачок».

Что касается участников упомянутого выше эксперимента, то они сразу после его окончания бросились покупать кассеты с казацкими и опришковскими песнями и танцами и вводить их в программу своих тренировок. И результаты не замедлили сказаться.

О существовании мощной системы казацкой выучки существует много исторических свидетельств. Как показывает Эрих Лясота, посол австрийского императора, казаки с молодых лет упражняются в военном искусстве (110, 106). То же говорит и Альберто Вимина: «Казаки не изучают никаких наук, кроме военной» (235, 7). У анонимного автора брошюры «Поражение татар и турок, причиненные Замойским», которая была издана во Франции в 1590 году, читаем, что «казаки — воинственные, храбрые солдаты, народ отважный и неугомонный, в подавляющем большинстве состоит из изгнанников, которые к ним прибывают совершенствоваться в военном искусстве» (231, 1–2). Еще раз подтверждается факт, что боевое искусство на Сечи было на чрезвычайно высоком уровне, если отовсюду туда съезжались воины чтобы совершенствоваться в нем.

Казачья школа. Картина А. Монастырского. 1912 г.

Казак-победитель. Рисунок Т. Калинского.

Вообще на Сечь попадали такие типы людей:

1) люди, которые хорошо владели боевыми искусствами — городовые казаки, шляхта, бывшие солдаты и наемники различных армий мира. Эти люди, пройдя определенные испытания, сразу приписывались к определенным куреням и могли участвовать в походах;

2) люди, которые меньше владели или вовсе не владели боевыми искусствами — крестьяне, ремесленники, освобожденные невольники. Они под руководством опытных в военном деле казаков в течение определенного периода времени осваивали казацкие боевые искусства, проходили испытания, и только тогда становись настоящими казаками. В старинных описаниях казацкого быта подчеркивается, что каждый десятник, кроме 10 товарищей, имел под своим началом еще от 30 до 50 новичков, которых обучал и испытывал для роли казаков. Куренной атаман также, помимо функции руководителя, выполнял роль своеобразного тренера-наставника боевых искусств, ведь в каждом курене были свои боевые традиции, свои секреты мастерства, которые строго охранялись.

Начальное казацкое обучение продолжалось, как правило, три года: «Кто хотел стать казаком — должен заранее отслужить три года у старого казака джурой. Джура (слуга) делал различную работу. Носил за казаком второе ружье и нужные припасы. Только потом, когда научился от того казака управляться с оружием и набирался умения в битвах, становился истинным казаком и получал оружие: ружье, саблю, копье, лук и стрелы» (68, 97). Так же и у кубанских казаков начальное обучение в станицах тоже составляло три года. Только после этого казак поступал в армию. Это подтверждал и Боплан, который писал, что в казаки принимали только того, кто пробыл на Запорожской Сечи определенное время и совершил один морской поход;

3) кроме того, казаки свозили на Сечь своих детей и сирот со всей Украины, которые в Сечевой школе наряду с другими науками изучали с детских лет военное искусство. На Сечи их называли «молодыками»: «молодыки сызмальства обучались верховой езде, стрельбе из ружей и луков, метанию копий, закаливаться в храбрости» (19, 77). По свидетельству А. Скальковского «молодыков в школе и не в школе учили: Богу хорошо молиться, на коне репейником сидеть, саблей рубить и отбиваться, из ружья метко стрелять и пикой хорошо колоть» (169, 262).

Казацкий пастух. Рисунок П. Гурского.

Казак гонится за татарином. Рисунок П. Андрусива.

В те времена, когда не было антибиотиков и Красного креста, технических чудес вроде кондиционеров, зависимость человека от внешних условий природы была чрезвычайно велика. В условиях войны, когда болезни, которые сейчас легко лечатся, выкашивали целые города, когда войско могло просто замерзнуть в степи, или погибнуть от жажды в пустыне, такая зависимость удваивалась. Поэтому одним из важнейших моментов было закалить своих воинов так, чтобы они могли не бояться суровых природных условий. Запорожцы особое внимание уделяли именно закалке будущих воинов, в частности, как свидетельствует в своих путевых заметках словацкий проповедник и дипломат Даниэл Крман: «Сыновей, рожденных вне Сечи, они с детства приучают к военному мастерству и дисциплине, а также к голоду, холоду и жаре, умеренности и чистоте. Именно поэтому, когда кому-то из-за холода замерзнут руки или ноги, они это все бодро переносят, не жалуясь даже на суровость погоды» (93, 112). Поэтому молодыки почти круглый год купались в Днепре, устраивая своеобразные соревнования по плаванию против течения и ныряния в воду. Для этого старшина выпускал в воду курительную трубку и молодыки наперегонки ныряли, чтобы достать ее со дна. При этом особо почетным считалось взять трубку со дна без помощи рук, одними зубами и так вынести ее на поверхность.