Чтение онлайн

— Они убирали всех, кто мог бы их обойти. Даже тех, кто мог бы создать что-то великое…

Виктор продолжил, его голос был полон горечи.

— И не только учёных. Людей, которые пытались задать слишком много вопросов, тех, кто даже случайно сталкивался с их символикой или текстами, тоже ждали ужасные судьбы. Некоторые пропадали без вести, другие… Их устраняли так, чтобы это выглядело как несчастные случаи. Это было не просто общество, это была сеть контроля, организованная с невероятной точностью.

Мои глаза заблестели от эмоций, я крепко сжала руки в кулаки.

— Это не просто защита их знаний. Это террор. Они боялись, что кто-то сможет лишить их силы.

Виктор взглянул на меня, его голос стал мягче.

— Они считали, что знания — это самое мощное оружие. И они не могли позволить, чтобы кто-то, кроме них, владел этим оружием. Знаешь, что самое страшное? Это могло продолжаться веками. Возможно, оно продолжается до сих пор.

Я наклонилась к нему, мой голос был полон решимости.

— Мы должны узнать больше. Если общество все же не распалось, а их наследие живёт до сих пор, значит, есть те, кто продолжает контролировать, кому позволено знать, а кому нет.

Он поднял амулет, словно заключая их разговор.

— Ты права. Мы должны докопаться до истины. Есть еще кое-что.

Он посмотрел мне в глаза, его глаза горели возбуждением, несмотря на усталость.

— Это генеалогические древа. Я начал составлять их для трёх основателей: Игоря фон Лейтера, Грегориуса Штайна и Матильды де Бержерон. Каждый из них оставил следы, но найти их было непросто.

Я склонилась к столу, рассматривая сложные линии, соединяющие имена.

— И что тебе удалось выяснить?

Он указал на одно из древ.

— Игорь фон Лейтер. Его род оказался более запутанным, чем я думал. Он происходил из древней дворянской семьи, но после середины 17 века о роде почти ничего не известно. Однако я нашёл упоминание о его внуке, который переселился в Пруссию в 18 веке. Оттуда ветвь продолжает своё развитие, и я уже добрался до середины 19 века.

Он переключился на другое древо.

— Грегориус Штайн. Здесь сложнее. Его семья, похоже, была связана с алхимиками и ранними учёными. Они скрывались под разными именами, что усложнило задачу. Но мне удалось найти записи о его потомках в Южной Германии. Один из них — Карл Штайн — был известным инженером в начале 19 века.

Его пальцы замерли над третьим древом.

— И, наконец, Матильда де Бержерон. Она происходила из старинной французской семьи. Я нашёл упоминания о её потомках, которые эмигрировали во Французскую Канаду в 18 веке. Ветвь немного затухает, но кажется, я нащупал след: в 19 веке в Монреале был один учёный, Эмиль де Бержерон, который мог быть её потомком.

— Это потрясающе. Ты добрался до 19 века. Это значит, что совсем скоро ты узнаешь имена их потомков.

Он кивнул, его голос звучал уверенно.

— Если мне удастся связать эти линии с современностью, мы узнаем, кто из их потомков живет сейчас.

Я посмотрела на древа, пытаясь осознать весь масштаб их открытия.

— Но если их потомки всё ещё существуют, они могут быть частью тайного общества. Возможно, именно они следят за тем, чтобы наследие основателей не раскрылось.

Он опустил взгляд на записи, его лицо стало серьёзным.

— Да, это вполне вероятно. Эти имена — ключ. Я уверен, что мы скоро узнаем правду.

Я положила руку на его плечо, словно пытаясь передать ему свою решимость.

— Тогда продолжай. Мы должны знать, кто они. И что они скрывают.

Виктор молча кивнул, снова углубившись в свои записи. Я же решила отправиться домой.

Ветер проникал в пальто, оставляя неприятное ощущение холода. Я шла по старому мосту, осторожно ступая по камням, покрытым влагой. В этом районе было тихо, но тишина всегда казалась мне тревожной. Я перевела взгляд на часы — поздно.

Задержалась лишь на мгновение, чтобы почувствовать воздух, вдыхая в себя запах ночного города, но тут же что-то дернуло за плечо. Легкое касание, но мгновенно — холодное и жесткое.

Мое тело сжалось, как будто ощутив приближение чего-то зловещего, но я поспешила обернуться, ожидая увидеть кого-то знакомого. Но передо мной был лишь густой, затянутый мраком воздух, а из него, как призрак, вынырнули фигуры. Три человека, их силуэты нечеткие, как призраки, но движения быстрые, уверенные. Мое сердце резко сжалось. Я попыталась встать в стойку, почувствовав адреналин, но перед глазами всё расплылось, как вода на стекле. Один из них схватил меня за запястье. Холодный и твердый, его рука не отпускала, и я почувствовала, как мое сознание мутнеет от ужаса.

— Пустите! — вырвалось у меня.

Руки сразу оказались за спиной, резкие, как железные наручники. Один из них наклонился, и его дыхание было рядом, холодное и с привкусом табака.

— Ты слишком много знаешь, — шепнул он.

Страх сжал грудь, но я не могла отвести взгляд. Все силы будто исчезли, мои ноги не слушались. Мрак поглотил меня, и перед тем, как я потеряла сознание, я успела ощутить странное, но резкое чувство прикосновения.

Мост исчез. Все исчезло.

И осталась лишь темная тень, которая меня вела.

Я пришла в себя в тускло освещенной комнате, в воздухе стоял запах плесени и старой древесины. Мрак сгущался в углах, а единственным источником света был тусклый свет лампы, висящей над моей головой. Я пыталась пошевелиться, но руки были скованы, а ноги — прижаты к холодному полу. В комнате стояли трое.

— Ты очнулась, — сказал тот, кто стоял ближе всего. Его голос был глубоким, почти безэмоциональным, но в нем звучала некая угроза. Его глаза, ледяные и спокойные, скользили по мне, словно изучая, как алхимик изучает редкий металл.

Я молчала, только пыталась сосредоточиться, чтобы хоть немного вернуть себе контроль.

— Ты многое узнала, — продолжил другой, с лёгким смехом, который несущественно вибрировал в воздухе. Он был младше, с короткими темными волосами и яркими глазами, в которых блеск был похож на холодный огонь. Он медленно обходил меня, словно оценивая, насколько я понимала происходящее.

— Нам нужно, чтобы ты поняла одну простую вещь, — сказал третий, высокий и худой, стоящий в углу. Его слова были тихими, но не менее угрожающими. Он не двигался, но я ощущала, что его присутствие напрягает пространство вокруг. — Мудрость — это не просто знание. Это то, что приходит через… жертву. Ты ищешь ответы, и мы видим это. Мы видим, КАК ты ищешь. А мы уже знаем, что ты найдешь.